сомневаюсь, что среди тех завалов реально что–то найти.
Признаться по правде, после всего, что мы натворили, и того, сколько раз нам помогал Тин, лишний раз пользоваться его помощью не хотелось.
Ульт, ожидавший во дворе, радостно поднялся, заметив нас в дверях, а потом честно пытался выполнять наши команды «сидеть» и «стоять», заодно поднимая пыль длинным хвостом.
— Всё, — устав показывать представление всем собравшимся у окон магам, объявил Луаронас. — Идем, думаю, этого вполне достаточно.
Когда мы вернулись обратно в кабинет, возникло ощущение, что за наше отсутствие бардак в нем еще разросся. Какие–то коробки стояли вскрытые, возле них лежали груды книг и бумаг. Не кабинет, а приемный пункт сбора макулатуры.
— Я поднял свои записи, — выглянул из–за коробок парень. — Желтоногих драконов не бывает. У них расцветка от темно–синего или темно–зеленого до черного.
— Послушайте, какая разница, какой у него окрас! — не выдержала я. — Для выдачи разрешения цвет дракона играет роль?
— Безусловно! — не сдавался маг. — Должен же я внести его характеристики в разрешение!
— Тогда пишите — черный!
— Но он не черный! Он черно–желтый! — не хотел идти на компромисс парень.
Вот же дотошный попался!
— Да что вообще люди могут знать о драконах? — это Луаронас, который и до этого не отличался долготерпением и проявил уже всю выдержку, на которую был способен.
— У нас множество известных и знаменитых исследователей в данной области! Например, Кьядур Вицийнур — его монументальный труд, посвященный изучению драконов, считается одной из самых серьезных работ по драконоведению.
— Видел я ваших драконоведов, они ближе чем на сто шагов к драконам не подходили, а потом умудрялись описывать анатомию драконов с собак! — мой друг находился практически на точке кипения, еще немного — и уши дергаться начнут.
— Опишите дракона черно–желтым. То, что перед вами именно дракон, сомнения не вызывает, — вновь попыталась достучаться я до парня.
— Как–то это неправильно. Непрофессионально, — не спешил поддаваться на уговоры маг, чей высокий профессионализм и богатый опыт работы видны невооруженным глазом. — Были бы у вас какие–то документы при себе…
— Послушайте, у вас сегодня первый рабочий день — может, в честь этого стоит проявить понимание и пойти навстречу? — почти ласково сказала я.
За время пребывания в этом мире опыт общения с подростками у меня наработался немалый. Не мытьем, так катаньем, но я до него достучусь.
— Наоборот, от того, как я себя зарекомендую, люди и станут ко мне дальше относиться. — Интересно, это мамины наставления или папины?
— Так то люди, а сейчас перед вами представители орков и темных эльфов. Или у вас имеются проблемы в работе с другими расами? — я наклонилась, уже по лицу парня видя, что нащупала верный путь к вожделенному разрешению.
— Нет, конечно! У нас специальный отбор и проверка на расовую терпимость!
— Оно и видно, — скривился Луаронас. — Сначала требовал у честных путников каких–то документов, потом выгнал из здания на жару к дракону и даже после этого выписывать разрешение не спешит. А может, — прищурился эльф, — вы ждете от нас взятку?
— Да как вы можете! — подскочил маг. — Я никогда не запятнаю свое честное имя подобным!
— Кстати, имя вы нам не назвали, — напомнила я человеку о вежливости.
— Так оно у меня на табличке написано!
— И после этого вы говорите про расовую терпимость? — поразилась я. — Орки не читают человеческую письменность.
— Как и любую другую, — тихо добавил темный.
— Мое имя Зилуус Ларкер, — представился юный маг, — и не надо на меня наговаривать, выпишу я вам разрешение, просто нужно было всё проверить.
— Работа такая, понимаем, — обрадовалась я, видя, как парень достает из стола перо с чернильницей.
Радовалась я, как выяснилось, преждевременно, потому что сами бланки разрешения оказались погребены в недрах шкафов или коробок — или еще где–то в труднодоступных местах. Поняв, что Зилуус так и до ночи не управится, мы вызвались ему помогать, о чем быстро пожалели. Благими намерениями, как говорится…
Маг оказался не дурак, поэтому сообразил–таки привлечь нас к разбору вещей: книги, которых он набрал с собой под сотню, — в книжный шкаф, бумаги и свитки — на специальные стойки и стеллажи.
Злополучные бланки нашлись в шестой коробке — после того, как пять мы разобрали и под чутким руководством мага расставили пять набитых под завязку здоровенных упаковок. Разочарование парня, что такая рабсила пропала, столь явно читалось на лице, что меня против воли пробрало злорадство.
Потом пришел черед заполнения бланка, в котором не допускались помарки и исправления, да и вообще оформление разрешения оказалось работой кропотливой и трудоемкой. Короче говоря, только с четвертого раза маг смог написать всё как надо и остался доволен своей работой.
— С вас пятнадцать шидов! — гордясь собой, выкатил нам ценник маг.
— Сколько–сколько? — не поверила я.
У нас с собой всего было двадцать шидов с копейками, то есть с шидисами, и я очень надеялась, что на эти деньги мы сможем спокойно останавливаться в гостиницах, и еще мне в столице на что жить останется.
— Смотрите: у нас почасовая оплата услуг плюс каждый бланк стоит два шида — это я вам еще по минимуму посчитал.
— Нет уж, давайте обсудим! — не собиралась просто так расставаться со своими кровными я. — Мы тут половину коробок разобрали, а к заполнению бланков мы не имеем никакого отношения!
— Гхыш, заплати ему и пойдем, — попросил эльф, которому не терпелось поскорее уйти, да и любой торг он считал занятием ниже своего достоинства.
Махнув рукой, я отсчитала пятнадцать крупных монет. Люди все–таки такие странные: разрешение на дракона и то без бюрократии и мздоимства сделать не могут! Даже хорошо, что у нас, орков, письменности нет, значит, всё решается на словах или на кулаках — тут уж как пойдет. Но всяко быстрее и эффективнее.
— Не зря нам столько гостевых домов насоветовали, — констатировал эльф, когда мы в сумерках вышли из здания контроля.
Дракон ринулся нам навстречу: испереживался, поди. Зато теперь хотя бы до Ульта никто докопаться не сможет.
Мы дошли до ближайшей таверны с гостевым домом, в которой нам любезно предложили две комнаты в разных концах и пообещали по лохани для мытья за счет заведения. От такого предложения я отказаться не смогла, так что, отправив Луаронаса в его конец, я дождалась, пока мне натаскают воды, выдадут кусок мыла и простынку, а после с наслаждением скребла себя, наверное, целый час.
Когда я вышла в обеденный зал,
