Лили шла через зал и слышала, как ритмично постукивают по столу кости и шуршат тасуемые карты. Под самым куполом висела люстра, яркий свет которой падал на зеленое сукно с желтой разметкой. Сегодня за центральным столом собрались чиновники из немецкого посольства, эмигранты из Франции и английские денди. Губы Лили тронула снисходительная улыбка, когда она увидела их сосредоточенные лица. Делались ставки, и кости катились по столу, потом снова делались ставки, и снова метались кости — и так до бесконечности, с завораживающей ритмичностью. Окажись здесь человек, незнакомый с азартными играми, он бы решил, что стал свидетелем некоего религиозного ритуала.
Чтобы выиграть, нужно было оставаться бесстрастным и рисковать, но обдуманно. Однако большинство гостей играли не ради выигрыша, а ради азарта. С лихорадочным блеском в глазах они отдавали себя во власть судьбы. Лили играла спокойно, выигрывала хоть и помалу, но постоянно. Дерек называл ее шулером, что в его устах звучало как наивысшая похвала.
Даниэль и Фиц, крупье за столом для игры в кости, едва заметно кивнули Лили, когда она проходила мимо.
Она была в отличных отношениях со всеми работниками Дерека, в том числе и с прислугой. Шеф-повар, месье Лабарж, всегда настаивал на том, чтобы она попробовала и оценила его творения: клешни омара в сметане и сухарях, суфле из картофеля, куропатку, фаршированную фундуком и трюфелями, омлет с фруктовым желе, кондитерские изделия и миндальное печенье, прослоенное потрясающим заварным кремом, при мысли о котором рот наполнялся слюной.
Лили оглядела комнату, но Дерека нигде не было.
Тогда она направилась к одной из шести арочных дверей.
Внезапно кто-то слегка дотронулся до ее локтя. Она улыбнулась и повернулась, ожидая увидеть Дерека. Однако это был не Дерек, а высокий испанец с золотым значком на рукаве, свидетельствовавшим о том, что он является секретарем посла. Небрежно поклонившись Лили, он с надменной фамильярностью взял ее за руку.
— Вы привлекли внимание посла Альвареса, — заявил он. — Идемте, он желает, чтобы вы сели рядом. Идемте со мной.
Высвободив руку, Лили перевела взгляд на посла, пухлого мужчину с тонкими усиками. Он смотрел на нее с похотливой жадностью и недвусмысленным жестом поманил к себе.
— Произошла ошибка, — мягко сказала Лили. — Передайте сеньору Альваресу, что я польщена его вниманием, но у меня другие планы на сегодняшний вечер.
Лили собралась было уйти, однако испанец снова схватил ее за руку и дернул.
— Идемте! — продолжал настаивать он. — Сеньор Альварес хорошо заплатит за удовольствие.
Очевидно, ее спутали с одной из женщин, которых нанимали, чтобы развлекать гостей, но даже с ними не обращались как с проститутками.
— Я не уличная девка! — процедила сквозь зубы Лили. — Я не продаюсь, понятно? Руки прочь!
Лицо испанца потемнело от негодования. Он затараторил по-испански и потянул Лили к столу, за которым сидел Альварес. Кое-кто из гостей приостановил игру. Неловкая ситуация только разозлила Лили, и она устремила уничтожающий взгляд на Уорти, секретаря Дерека. Тот встал из-за конторки и направился к ней. Но прежде чем он успел прийти на помощь, откуда-то чудесным образом появился Дерек.
— Послушайте, сеньор Барреда, я вижу, вы познакомились с мисс Лоусон. Красавица, не правда ли? — Дерек ловко высвободил руку Лили из цепких пальцев испанца. — Она особая гостья — моя гостья. А для посла, дабы он не скучал, много других дам, гораздо более аппетитных. Эта же — просто кислое яблоко, поверьте мне.
— Знаешь, кто ты такой? — прошипела Лили, глядя на Дерека.
— Он желает эту, — настаивал испанец.
— Он ее не получит! — твердо заявил Дерек.
Этот дворец был его царством, а его слово — решающим.
Лили заметила, что в глазах испанца промелькнуло беспокойство. Однажды она на собственном опыте узнала, сколь страшен может быть Дерек. Как всегда, Дерек был одет очень дорого: в синий сюртук, жемчужно-серые панталоны и идеально белую сорочку. Однако несмотря на великолепно сшитую одежду, в нем нельзя было не угадать человека, получившего жизненную закалку на улицах Лондона. Сейчас он принимал в своем доме сливки общества, однако понимал, что изначально ему была предназначена гораздо менее благородная компания.
Дерек сделал знак своим самым красивым женщинам, и те поспешили к хмурившемуся послу.
— Уверяю вас, те две понравятся ему больше… Видите? Счастлив, как мышь в сыре.
Лили и Барреда проследили за его взглядом и обнаружили, что Альварес перестал хмуриться и доволен любезностью дам. Бросив на Лили последний сердитый взгляд и пробормотав что-то себе под нос, Барреда ретировался.
— Как он посмел?! — возмущенно воскликнула Лили, покраснев. — И как посмел ты? Твоя особая гостья! Я не желаю, чтобы кто-то думал, будто мне требуется покровитель. Я вполне способна постоять за себя и буду благодарна, если ты перестанешь намекать на обратное, особенно в разговорах с…
— Ну это уж слишком! Мне следовало позволить ему и дальше приставать к тебе, да?
— Нет, но ты мог бы говорить обо мне с уважением. Кстати, где, черт побери, ты был? Мне нужно кое-что обсудить с тобой…
— Я уважаю тебя, радость моя, больше, чем следует уважать женщину. А теперь давай прогуляемся. Можешь сжевать мое ухо, вернее, то, что осталось от него.
Лили не удержалась от смеха и взяла Дерека под руку. Ему нравилось гулять с ней по игорному дворцу, как будто она была его призом, доставшимся ему дорогой ценой. Когда они прошли через холл и направлялись к главной лестнице, приехали новые члены клуба — барон Миллрайт и граф Невилл. Дерек радостно приветствовал их, а Лили ослепительно улыбнулась.
— Надеюсь, Эдвард, вы составите мне компанию для криббиджа? — обратилась она к Невиллу. — После проигрыша на прошлой неделе я жду не дождусь, когда мне представится возможность отыграться.
Пухлое лицо лорда Невилла расплылось в ответной улыбке.
— Всенепременно, мисс Лоусон. С нетерпением жду следующей партии.
Невилл и Миллрайт направились в зал. Лили услышала, как Невилл произнес:
— Для женщины она очень умна…
— Не очень зверствуй с ним, — предупредил Дерек. — Вчера он занял у меня немалую сумму. Его карманы слишком малы, чтобы порадовать такую плутовку, как ты.
— Тогда у кого же они велики? — спросила Лили, и Дерек засмеялся:
— Попытай молодого лорда Бентинка — когда он играет слишком круто, его долгами занимается отец.
Они поднялись по роскошной лестнице.
— Дерек, — без обиняков начала Лили, — я приехала узнать, что тебе известно об одном джентльмене.
— О ком?
— Меня интересует граф Вулвертон, лорд Александер Рейфорд.
Дерек поднял брови.
— Щеголь, с которым обручена твоя сестра?
— Да. Я слышала довольно неприятные отзывы о нем. Мне надо знать твое мнение.
— Зачем?
— Боюсь, что он будет очень жестоким мужем для Пенелопы. Еще есть время что-либо изменить. Свадьба состоится через четыре недели.
— Да ты не дашь за свою сестру и устрицы! — заявил Дерек.
Лили устремила на него осуждающий взгляд:
— Это доказывает, что ты плохо меня знаешь! Верно, что мы с ней абсолютно разные, но я боготворю Пенни. Она нежная, робкая, покладистая… думаю, эти качества очень ценятся в других женщинах.
— Ей не нужна твоя помощь.
— Нет, нужна. Пенни слаба и беспомощна, как ягненок.
— А ты родилась с клыками и когтями, — усмехнулся Дерек.
Лили гордо вскинула голову.
— Счастье моей сестры под угрозой, и я должна ей как-то помочь.
— Ну ты прямо святая!
— А теперь расскажи, что тебе известно о Вулвертоне. Ты все обо всех знаешь. И хватит хмыкать! Я не намерена вмешиваться в чью-то жизнь или совершать опрометчивые поступки…
— Так я в это и поверил! — Дерек хохотал во все горло, представляя, как Лили выбирается из очередной переделки.
— Сегодня ты не встречался с мистером Гастингсом, верно? Я всегда могу определить, когда ты пропустил урок.
