Обманывать людей и обворовывать принцев? Я вижу в вас опыт. Но опыт идет из памяти…
Зря я рассчитывал, что вокруг меня одни идиоты. Кошусь на Торна:
— Ты помнишь, как ты сказал первое слово или сделал первый шаг?
— Хм… нет.
— Но сейчас ты идешь и разговариваешь. Наверное, опыт не всегда зависит от памяти.
Торн не отвечает. Проникся? Тогда я спрошу:
— Почему мы не убили утропия?
— Смерть одного привлекает других.
— Каким образом?
— Убийство утопия называется последняя смерть. Происходит выплеск эфира, привлекающий утропиев со всей округи. Если бы мы убили его, то за километр это бы почувствовали другие. А если убить десяток в одном месте, то и выплеск больше. Заметили частокол вокруг деревни? Он нужен не для убийства утропиев, а чтобы задержать их.
— Убить их можно, только раскроив голову?
— Откуда вы знаете?
— Не знаю. Предположил.
Зомби же. Хотя этот «выплеск» — что-то новенькое. С такой фигней в нашем кинематографе герои долго бы не прожили. Зомби, которых нельзя убивать…
Ну теперь понятно, почему их тут так боятся.
— Римус, вы должны знать, что тут когда-то шли войны. Зловонные Болота хорошо сохранили тела убитых. Под нашими ногами их тысячи, а то и больше. Стилет знал, где прятаться.
— Вы с Гримзом согласились, что план может сработать.
Торн не отвечает, и мы продолжаем путь. Передвижению мешает дождь. Под ногами хлюпает, а к телу липнет мокрая одежда. Не представляю, каково Торну в доспехах. Просто монстр какой-то.
Вскоре деревьев становится меньше, а болот больше. Мы узнаем места, описанные Херусом, стараемся проверять каждое подозрительное место, тычем палками в трясину, проверяем глубину. Пока нас не засосало, а значит, Херус не соврал о безопасном маршруте.
Еще через десять минут мы находим лагерь посреди огромного болота. Каким-то чудом бандиты возвели тут настоящий форт на несколько гектаров. Его окружают деревянные стены из толстых стволов. Как все это чудо не погружается в трясину и не гниёт — загадка. Или магия.
Прячемся с Торном за поваленное дерево.
— Открытая местность, вокруг болота, — осматривается он. — Нас заметят ещё на подходах.
— Неужели нельзя было направить сюда одного элементалиста?
— Можно… Но дорого и рискованно. Тут нужны плетения четвертой ступени, не меньше. В гарнизоне таких всего таких трое, и, если потерять хоть одного из них — это серьезно ослабит защищённость замка. Ваш отец не пойдёт на такой риск ради шайки бандитов.
Не меньше часа мы наблюдаем, трижды обходим лагерь, выискивая слабые места. Возвращаемся в укрытие. Торн снимает шлем, потирает лоб:
— Херус не соврал. Из форта только один выход. Со всех сторон непроходимое болото.
Замечаю, как к форту по тропе ковыляет утропий. Сгнивший, ущербный. Еле-еле ногами передвигает.
Торн видит мою недобрую улыбку, хмурится:
— Вы что-то задумали?
— Ага. Слушай, у тебя есть что-нибудь дальнобойное? Магия?
— Нет. Я воин ближнего боя. А с такого расстояния от лука толку не будет. Вы посмотрите, какой дождь моросит. Стрелы и болты не найдут своей цели. По бандитам точно не попасть, да и какой в этом смысл — только потеряем преимущество неожиданности. Давайте придерживаться плана, Римус.
— Так я и придерживаюсь. Смотри.
Торн с легкой грустью возвращает железо на голову, смотрит в указанную сторону.
На стенах появляется бандит, опустошает ведро с каким-то месивом прямо у единственных ворот.
— Хм… подкармливают. Утропии чувствую кровь. Но хуже, чем выплеск.
— Больше они ничего не чувствуют?
— Низшие — нет. А высшие в этих землях не водятся.
— Понял. Геомант точно переживет нашу затею?
— Если он второй ступени, то должен.
Киваю:
— Жди здесь.
— Римус, что вы делаете?..
Ложусь в лужу животом, поворачиваю голову к Торну, улыбаюсь своей богомерзкой улыбкой:
— Как что? Ты думал, будешь за меня всю грязную работу делать? Нет, друг. Ты мой помощник, а не нянька. Тебя я взял на всякий случай.
Ползу через болота по маршруту за утропием, стараюсь изгваздаться в тине и грязи как можно сильнее. Меня не должны заметить. Замираю, когда вижу бандита на стене.
Он смотрит вниз, зевает. Наверное, проверяет, вкусно ли утропию. Скрывается из виду. Вонь гнили бьет в нос, а мошкара лезет в глаза. Не представляю, как можно жить на болотах…
Приближаюсь к форту еще ближе. Уже могу рассмотреть трупные язвы на теле утропия у ворот. Смотри-ка, у него и правда башка пробита. Половины кости черепа нет, различаю зеленоватые мозги. Кушай, гаденыш, кушай и дергайся.
Если бандиты меня заметят, то хватит и одной стрелы, чтобы закончить моё весёлое приключение. Но сегодня дождь союзник мне, а не им. Он заглушает звуки и прячет меня. Повезло. Он уже не просто дождик, а настоящий ливень. Если бы не изменившаяся погода, я бы не додумался до такого…
Достаю из сумки за спиной перстень, надеваю. Следом охотничий нож.
Словно монстр из болот, я медленно встаю, выпрямляюсь. Грязь валится с меня кусками. Перехватываю нож за лезвие.
Я знал, что мое хобби рано или поздно пригодится в этом мире.
Спортивное метание ножей.
Теперь я могу это сделать. Тело лёгкое, послушное, быстрое…
Физической силы хоть отбавляй. Спасибо тебе, принц Крысеныш. Отличный подгон.
ВЖИИИИИИИХХХХ!!!
С такого расстояния ливень мне не мешает. Охотничий клинок находит свою цель в пульсирующих мозгах. Утропий падает и больше не двигается.
Быстро достаю из сумки фиал Дождя. Откупориваю.
Размахиваюсь, перекидываю через ворота флакон.
Глупо орать, но… я не могу удержаться! Адреналин в кипящей крови требует сказать слово!
— Я вернулся, утырки!!! Второго шанса не будет!!!
Ливень превращается в водопад такой силы, что меня впечатывает в грунт под напором воды. Еще немного, и тут будет настоящий ад. Огороженный со всех сторон форт станет ловушкой и могилой. Никакой геомант не удержит его на плаву. Он смог лишь
