знаток мог уловить: внутри они словно туго натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент, неся неизбежную смерть любому агрессору.
Глядя на профессиональных убийц, маг сутуло опустил плечи. Начинать разговор первым он не собирался. Спустя минуту молчаливого ожидания, стражи расступились и к нарушителю спокойствия вышел старик. На нём была та же форма, что и на других южанах, а плечо украшал золотой шеврон, помимо прочего, он, в отличие от коллег, не носил маску.
– Боюсь, молодой человек, вы выбрали не самое удачное время для визита.
Голос старика был спокойным, будничным, он улыбнулся.
– Я пришёл бросить вызов магистру, – спокойно произнёс волшебник.
– Вам назначено?
– Магические дуэли не требуют уведомления, так прописано в законе, – вздохнул пришелец, незнание собеседника ему претило.
– В таком случае, – командир стражи сложил ладони вместе, – извольте представиться и разрешите скромному дедушке Эфе́нди взглянуть на ваши бумаги.
– Энтинус Дзе, – сказал волшебник, откидывая капюшон.
– Хм, – протянул Эфенди разглядывая пергамент, – лицензия на ведение преподавательской деятельности, сдано экстерном, высший балл…
Старик усиленно делал вид, что проверяет свиток, а сам отдал едва заметный приказ: доложить о незваном госте в замок.
– Что же, всё в порядке, – нарочито долго скручивая пергамент заключил командир стражи. – Не возражаете, если мы вас проводим?
– Мне всё равно.
На вершине стены, окружавшей замок, засуетились огни, Энтинус вздохнул.
– Что-то не так, уважаемый? – поинтересовался Эфенди.
– Не люблю толпы…
– Тогда, вам надо было бросать вызов не достопочтенному магистру, а зверю в далёкой горной пещере.
Спорить дальше маг не стал, только шаг ускорил. Он хотел закончить всё как можно быстрее.
***
Дуэль было решено провести на поляне перед стенами замка. Стражники выстроились, образовав круг, импровизированную арену. Зрителей собралось видимо-невидимо: прислуга, маги-ученики и простые зеваки, большинство, конечно же, поддерживали хозяина замка. Пришельца принялись осыпать оскорблениями. Мысль о том, что какой-то наглец бросил вызов светилу волшебства, не давала толпе покоя.
Пламя факелов всколыхнулось, повеяло холодом, зрители расступились, как вода под натиском масла. Меж ними показалась фигура, тяжело опирающаяся на посох.
– Приходить в столь поздний час – столь дерзко, столь неучтиво к старику, который уже отходил ко сну, юноша, – произнёс мэтр, входя в круг из стражей.
– Пытаться подавить меня аурой до начала дуэли ничем не лучше, уважаемый, – парировал Энтинус, вызывая ещё больше негодования среди людей, поддерживающих магистра.
Дитя Истины заливисто рассмеялся, а затем ударил посохом оземь, призывая к тишине.
– А ты дерзкий! Мне нравится! Однако ж, ты в курсе, что ближний бой запрещён в магических дуэлях? – из-под капюшона старого волшебника проступила озорная улыбка.
– В курсе. Дуэль на основе очереди? – Энтинус закатал рукав на правой руке – обычной руке обычного человека.
– Именно, молодой человек, закон превыше всего.
«Дуэль на основе очереди», это состязание на выносливость: один маг атакует, второй защищается. Они меняются до тех пор, пока кто-то не сдастся, не потеряет возможности продолжать, или не умрёт.
Повторяя действие пришельца, Дитя истины закатал рукав, явив изрытую рунами кожу и пальцы, пронизанные тонкой леской, к которой крепились обереги. Вид руки мэтра магии был устрашающе гротескный.
Идентичными церемониальными движениями, маги достали из-за пазухи амулеты родированного серебра.
– Выступая перед Богом и публикой… – начал было произносить клятву Энтинус, но магистр его прервал:
– Погоди! Может, отложим дуэль? – сказал мэтр, с жалостью глядя на руку Энтинуса – такую обычную, такую не магическую.
– Мне не нужны подачки.
– Но ты ведь совсем не готов и можешь серьёзно пострадать! Иди ко мне в ученики и лет эдак через двадцать…
– Вы слишком добры к сопернику, это может стоить вам репутации, – холодно подчеркнул Энтинус.
– На «нет», как говорится… – вздохнул старик.
– Выступая перед Богом и публикой, я клянусь оправдать труд и терпение своего учителя.
– Отстаивая свою честь, я клянусь уважать своего противника.
Когда Дитя истины закончил свою фразу, амулеты дуэлянтов вспыхнули, и меж ними, переплетаясь, потекли тонкие полупрозрачные нити маны. Контракт был заключён.
Магистр поднял руку, направив указательный палец на оппонента, один из оберегов вспыхнул. Слепящей вспышкой вырвался шар иссиня-белого пламени, заставив зрителей зажмуриться, а Энтинуса – исчезнуть в струях волшебного огня. Закончилось заклинание оглушительным хлопком.
– О-о-о! Я заинтересован, чтоб тебя…! – удивился магистр, глядя как пришелец развеял пламя движением руки и уже приготовился контратаковать.
Вжух!
Из ладони Энтинуса вылетел маленький голубой шарик, оставляя в воздухе мерцающий след. Дитя Истины сделал несколько пасов руками, но шарик легко пробил его защитные чары, сорвал капюшон мантии и опалил волосы. Улетев за пределы арены, заклинание молодого мага ударилось в крепостные врата. Дрогнула земля, тяжелые, обитые сталью створки врат рухнули вовнутрь. Воцарилась тишина, прерываемая лишь стонами тех, кого сбила с ног ударная волна.
– Ваш ход, уважаемый магистр.
