движение.
— Пошли, — говорю я, хватая девушку за запястье.
— Он умер? — спрашивает она, когда я тащу ее вверх по лестнице.
— Я не знаю.
Нет времени проверять, куда я его ударила, все, что я знаю, это то, что он лежит и не двигается. Мысль о том, что я, возможно, убила его, едва заметна. Я сомневаюсь в этом. Мне не так повезло.
Я так быстро бегу по лестнице, что чуть не спотыкаюсь. Каким-то образом у меня осталось достаточно здравого смысла, чтобы запереть дверь в подвал, как только мы выйдем. Заворачиваем за угол и врываем на кухню.
— Здесь.
Я бросаю рюкзак девушке.
Она роется в нем и издает разочарованный звук. — Мой паспорт здесь, но моего телефона и кошелька нет.
Как она собирается оплатить свой полет? Нам нужны наличные. Если я дам ей свою кредитку, папа легко сможет ее найти.
— Пойдем со мной, — говорю я ей, направляясь к кабинету Лазаро на втором этаже. У него есть сейф, наполненный деньгами, оружием и другими ценностями. Мои туфли останавливаются на полированном деревянном полу, когда мы подходим к сейфу. Это мощная вещь, почти такая же большая, как холодильник.
— Ты знаешь код? — спрашивает девушка.
Я не стала ей отвечать, просто ввожу пароль. Как и время, слова кажутся драгоценными. Каждый звук, который мы издаем, — это риск, шанс, что кто-то нас услышит. В этот час дом пуст, Лорна ушла после полудня, а у меня паранойя. Я оглядываюсь через плечо, открывая тяжелую дверцу сейфа. Половина меня ожидает увидеть истекающего кровью Лазаро прямо позади нас с ножом в руке, но его там нет.
Я протягиваю руку и хватаю пачку наличных, а через мгновение беру и свой паспорт. Я понятия не имею, что я буду делать, когда подвезу ее, но возвращаться сюда не вариант, а без документов я далеко не уйду.
Все тихо, пока мы идем к гаражу, но мои руки трясутся, когда я нажимаю кнопку, чтобы открыть багажник.
— Садись, — говорю я девушке.
Я сдерживаю желание промчаться по окрестностям. Это может подсказать Майклу, что что-то не так. Когда я подъезжаю к его будке, я натягиваю на себя самую расслабленную улыбку, хотя прекрасно осознаю, что вдоль линии роста моих волос собираются капли пота. Майкл выходит и предлагает мне опустить окно. Мы всегда были сердечны, но не более того. Надеюсь, он не в настроении для разговора.
— Отправляемся? — спрашивает он, скользя взглядом по салону машины. Он просто делает свою работу. Здесь нет ничего, что могло бы вызвать у него подозрения.
— Ага. Нужно купить кое-что на ужин в магазине, — говорю я.
Его глаза сузились. — Что это у тебя в сумке? — спрашивает он, указывая на мою сумочку, лежащую на сиденье рядом со мной.
Мое сердце подпрыгивает в горле. На долю секунды я думаю, что паспорт выскользнул, а он недоумевает, зачем он мне нужен для похода в магазин. Вместо этого, когда я смотрю вниз, нож, который я воткнула туда, выпал.
Я смущенно рассмеялся. — О, это, должно быть, Лазаро. Он всегда забывает свои вещи в машине.
Майкл фыркает. — Может, захочешь убрать это в бардачок, пока тебя нет дома.
— Ты абсолютно прав.
Он смотрит на меня, пока ждет, когда я это сделаю. Дерьмо, я спрятала пистолет там. Я открываю отсек всего на дюйм и вставляю нож так быстро, как только могу.
Он снова нюхает и отходит от машины. — Я открою ворота.
Я задерживаю дыхание, пока не сворачиваю за угол, и он исчезает из виду. Выбрались. Мы на самом деле выбрались.
Наступает очень короткий момент облегчения, пока я не осознаю, что передо мной еще одна дилемма. Я не знаю, как добраться до ближайшего аэропорта, Ньюарка, без GPS, что означает, что мне нужно держать телефон включенным, но это означает, что люди Папы смогут отследить меня, как только они узнают, что я ушла. Дерьмо.
Я открываю приложение «Карты», быстро ввожу пункт назначения и просматриваю маршрут. Это не так уж плохо. Как только мы приблизимся к аэропорту, везде будут указатели. Бросив последний взгляд, я открываю отделение для SIM-карты и выбрасываю чип в окно. Затем я выключаю телефон.
Мои мысли мчатся, когда я выезжаю на шоссе. У меня есть короткое окно времени, чтобы решить, что, черт возьми, мне следует делать. Майкл забьет тревогу, как только поймет, что меня не было слишком долго. Это будет лишь вопросом времени, когда люди отца поймают меня в ловушку.
Если Лазаро жив, меня тут же вернут к нему. Если он мертв, папа будет отвечать за мое наказание. Я крепче сжимаю руками руль. Он не будет относиться ко мне хорошо за то, что я вмешалась в его дела, освободила одного из его пленников и убила одного из его лучших людей.
Папа ненавидит предателей. Он не проявит ко мне пощады.
Из задней части машины доносятся три громких стука.
Я сворачиваю к следующему выезду и въезжаю на стоянку заброшенного «Таргета». Мы не можем тратить время на эту остановку, но я боюсь, что она там задохнется. Я открываю багажник и помогаю ей выбраться.
— Меня бы вырвало, если бы я осталась там еще на минуту, — говорит она, перебрасывая ноги через край.
— Нам нужно продолжать движение, — говорю я ей. — Мы еще в десяти минутах от аэропорта. — Я достаю телефон и бегу к ближайшему мусорному баку. У меня нет возможности оставить устройство. Даже без SIM-карты, я уверена, они смогут отследить меня, как только я снова включу его. Я уже собираюсь бежать обратно к машине, когда мой взгляд останавливается на моем обручальном кольце. Через мгновение я снимаю его с пальца и тоже выбрасываю.
Девушка садится рядом со мной, и мы возвращаемся на дорогу.
— Что мы будем делать, когда доберемся туда? — она спрашивает.
— Ты купишь место на первом же рейсе, — говорю я. — Тебе нужно быть в самолете как можно скорее.
Боковым зрением я вижу ее кивок. Я не могу представить, что она чувствует и думает. Что из этого она вспомнит, когда адреналин спадет? Она держится, но еле-еле.
Не то чтобы мне стало намного лучше, если честно.
Несколько минут мы едем молча, но я чувствую на себе ее задумчивый взгляд.
— Почему ты решила мне помочь? — она спрашивает.
Несмотря на множество причин, которые сразу же приходят мне в голову, я изо всех сил пытаюсь дать ей ответ.
Потому что ты невиновна.
Потому что ты напоминаешь мне мою младшую сестру.
Потому что, если я причиню
