что Хогвартс — единственная школа в Англии, дающая основное магическое образование… Первоклашки этого года уже разъехались кто в Шармбатон, кто в Дурмштранг. Этот набор потерян для Англии на ближайшие семь лет: практики перевода учеников из одной школы в другую не существовало никогда — слишком разные концепции обучения. Если не восстановить школу в этом году, квалифицированные волшебники-специалисты будут поступать только из континентальной Европы. Если будут. Позволить себе обучать детей за границей могут сейчас очень немногие семьи магической Британии. В основном это чистокровные семейства, не вступавшие под знамена Лорда. И уж эти волшебники наверняка поспособствуют тому, чтобы их отпрыски, получившие забугорное образование, за тем бугром и остались. Кому охота бросать своих обожаемых чад в горнило восстановления разрушенной страны?
Итак, сухой остаток: те ученики, которые должны были получить образование в ближайшие семь лет, не получат его, если не уедут за рубеж; поток волшебников, поступивших бы в Хогвартс в этом году, для Англии потерян; если школа не будет восстановлена, поток следующего года тоже направится в Европу. Результат: магическая Британия будет наводнена неквалифицированной рабочей силой — юными магами преимущественно из малообеспеченных семей, а для магглорожденных путь в образование окажется закрыт совсем. Последствие первое и самое очевидное: резкий рост уровня уличной преступности, сразу за ней — разгул организованного бандитизма. Последствие второе: должности специалистов во всех областях деятельности будут занимать преимущественно иностранцы, это касается и должностей в Министерстве. Английские галлеоны потекут за рубеж, английские мозги тоже. Коренные волшебники-британцы займут места от дворников до официантов, не выше. Упадет рождаемость, повысится смертность — получите демографический кризис. Зато возрастет тюремное население страны, и в основном это будут юнцы, мотающие сроки за хулиганство, кражи, грабеж и бытовые убийства.
Готовая почва для политической экспансии. Англия в магическом сообществе превратится в страну «третьего мира».
Ей-Мерлин, лучше бы Волдеморт победил.
Северус остановился снова, сжал пальцами виски. Нет, это уже слишком. Вроде никогда не страдал неуемной фантазией, а тут прямо понесло. Практически похоронил Англию только из-за того, что Министерство отказало в финансировании обучения полутора десятка учеников. Может, у Комитета образования и правда нет денег — он всегда был самым нищим ведомством: в туалете там регулярно не было света, а на окнах висели тряпочки, о которые руки вытереть побрезгуешь. Ладно, занавески, но как ихним сортиром пользоваться — не закрывая дверь? Вполне возможно, золотой поток, хлынувший в Министерство с конфискацией имущества состоятельных Упивающихся, как всегда, обогнул несчастный Всеобуч.
Хватит делать из червяков Нагайн. Не дадут денег — ну и пусть подавятся. Если выгоняют через дверь — влезай в окно: надо думать не о воображаемом трагическом крахе волшебной Англии, а о том, чем бы прижучить министерских чинуш, чтобы раскошелились. В конце концов, даже если магическое образование больше не нужно руководству Англии, оно нужно, как выяснилось, по меньшей мере восемнадцати людям, в том числе пятерым Героям войны. И как минимум троим из этих восемнадцати — самому Снейпу, Минерве и Септиме — это нужно просто потому, что кроме школы у них ничего нет.
Северус усмехнулся собственным мыслям. Верный признак нестабильной психики — кидаться из крайности в крайность, от безнадеги к воодушевлению. Но что еще остается? Стадию наматывания соплей на кулак и нытья из серии «пойду я на болото, наемся жабанят» он миновал лет двадцать назад и возвращаться в это состояние не собирался. Слишком много дел сделано, слишком много дорог исхожено, слишком многое увидено и оценено, чтобы позволить себе предаваться счастливому себяжалению. Если верблюд хоть раз задумается о непосильной тяжести навьюченной на него клади, он упадет и сдохнет. Но все человеки — прекрасные вьючные верблюды и ослы. Они могут запретить себе думать.
— …ну невозможно же думать об этом постоянно!
Свистящий шепот, в котором явственно слышались умоляющие нотки, заставил Снейпа едва не споткнуться и рефлекторно замереть на месте, прислушиваясь.
— Я не могу не думать об этом. Сколько это уже длится?
— Года еще нет…
— Года нет! А мы уже…
— Чшш, тише…
— Я так надеялась, что с возвращением сюда все начнет налаживаться! Привычная обстановка, привычные лица… а тут все изменилось, я не узнаю Хогвартс, он словно умер, умер, и мы умираем здесь вместе с ним, все умираем, все…
Шепот сорвался на рыдания, раздался звук, словно ремнем шлепнули по стене, вскрик и сразу снова шепот:
— Прости, прости, прости…
— Спасибо… а то я бы сейчас опять… в истерику…
— Что-то у тебя в последнее время нервы совсем ни к черту. Хочешь, я успокаивающее у Снейпа попрошу?
— У Снейпа? О, Мерлин, неужели ты сделаешь это для меня?! Ты мой герой! — всхлип, смешок. — А хотя нет, не надо. Вдруг он вместо успокоительного тебе яду подсунет. Ты же не отличишь.
— Ну почему не отличу? Яд — он же невкусно пахнет.
— «Тролль» тебе по Зельям. «Глоток живой смерти» пахнет так же, как и обычное снотворное — лимоном.
— Это тебе «тролль» по Зельям. «Глоток живой смерти» — это не яд, а сильнодействующий седативный препарат.
— Ка-акие умные слова мы знаем! Остаточные знания из учебника Принца-Полукровки?
При упоминании об учебнике Снейп поперхнулся. Непроизвольный надсадный кашель перехватил горло, и шепчущиеся выпорхнули из-за угла, как вспугнутые куропатки.
Поттер, Грейнджер и Уизли.
Конечно. Кто же еще.
— Добрый вечер, сэр! — гаркнули малолетние Герои хором, как авроры на параде.
Вечер добрым не был определенно, только сказать об этом Снейп не мог: кашель душил и не давал вымолвить ни слова.
— Вам нехорошо, сэр? — участливо нахмурилась Грейнджер. — По спине постучать?
Снейп хотел посоветовать наглой девице постучать по ее собственной голове, и чем-нибудь очень тяжелым, но не смог даже вдохнуть. А в следующий миг маленький острый кулачок очень больно и очень точно врезался в профессорскую спину между лопаток, першинка выскочила из горла, а на глаза навернулись слезы.
— Что… кхм… что вы забыли в такой час… кхе… в коридоре?
— Мы дежурим, профессор.
Северус даже опешил слегка:
— Дежурите?
— Ну да, — Поттер близоруко щурился из-за очков на свет Люмоса. — Дежурим. Малфой и Забини в Подземельях, мы тут, Терри с Кормаком пошли на башни, а
