class="p1">– Да, это я и есть, чтобы это ни значило. – широко улыбаюсь. – Так я успела на собеседование или нет?
Она смотрит на мои волосы и едва ли не прыскает от смеха. Я тут же ощупываю свою шевелюру, примерно представляя, какой кошмар творится у меня на голове.
– Тристан отлучился на полчаса. – наконец отвечает Эмма. – Будет минут через пятнадцать. У тебя есть время все мне рассказать. Идем.
Она берет меня под руку, и мы вместе входим в прохладное заведение. Внутри все выдержано в теплых коричневых тонах – кирпичные стены, по углам расставлены уютные кожаные диванчики. На пустых деревянных столах стоят перевернутые стулья. Через окна проникает теплый свет, доходя прямо до барной стойки у дальней стены справа. С потолка сквозь металлическую сетку пробиваются растения, и я ловлю себя на мысли, что это место волшебное. Ничего не режет глаз, растения гармонируют с деревом и стеклом на стенах.
– Вау. – вырывается из меня, и Эмма хихикает.
– Да, мне тоже нравится. Тристан сам занимался дизайном.
Она ведет меня к единственному столу с опущенными стульями в самом центре. Я сажусь, и она спрашивает:
– Будешь кофе?
Мое лицо морщится при одном только воспоминании об утреннем стриптизе.
– Нет, спасибо, мне сегодня хватило кофе.
– И что это значит? – выгибает бровь, спиной направляясь к бару.
Вкратце пересказываю ей историю о своей нелепой попытке насладиться кофе утром. Она разрывается смехом и несет мне стакан апельсинового сока, потом располагается напротив. При этом ее лицо зеркалит мое, и я невольно сама улыбаюсь.
– А где был Шон в этот момент?
Веселье разом сходит на нет.
– Уже ушел на работу.
– Вы поссорились. – догадывается она.
– Немного. – обхватываю пальцами стакан. – Он злится, что я была недоступна вчера.
Эмма морщится с неодобрением, и я понимаю, что она хочет сказать что-то еще, но сдерживается.
– Говори уже. – выдыхаю.
Она пожимает плечами и придвигается ближе, сложив руки на столе рядом с моими.
– Просто он всегда злится.
Мои брови сходятся на переносице:
– В каком смысле?
– Во всех. Любое твое поведение, не вписывающиеся в рамки его понимания тебя, злит его. – Я открываю рот, чтобы возразить. – И даже не смей его оправдывать.
Беру стакан в руки и молча делаю глоток.
– Вчера я и правда заставила его понервничать.
– Возможно. – соглашается Эмма. – Но ты молода, тебе всего двадцать три. Это нормально веселиться время от времени. За эти полгода ты впервые вчера так отрывалась.
С этим не поспоришь. В Нью-Йорке мне было не до веселья. Да и когда мы с Шоном познакомились, я была полностью поглощена учебой. На тот момент у меня была единственная подруга. Эмма. Ума не приложу, как мы смогли сохранить дружбу на расстоянии в тысячу километров.
Не успеваю я ответить, как дверь в ресторан открывается. Я рефлекторно встаю, думая, что это мой новый руководитель. Эмма оборачивается.
В этот момент заходит молодой парень моего возраста с милой улыбкой.
– Люк. – говорит Эмма и поднимается с места. – Ты опоздал.
– Прости. Пробки. – бросает он и переводит взгляд на меня.
– Это Дана. – представляет меня подруга.
Я киваю, и на лице парня появляется румянец.
– Enchantee(фран. «приятно познакомится») – бросает Люк с дружеской улыбкой, и Эмма уводит его на кухню за баром.
Я же снова плюхаюсь на свой стул и достаю из сумочки телефон, попутно открывая камеру. Делаю пару фото со своего места. Цветы. Преломление света. Отражение улицы в одном из зеркал. Вряд ли смогу поделиться ими в профиле до открытия. Навожу камеру на вывеску с названием места на стене у входа. Слегка уменьшаю яркость. Тут темная фигура появляется в кадре, настройки сбиваются, и я вижу мужчину, палец соскакивает, и раздается щелчок.
– Ты что меня сейчас сфотографировала? – слышу низкий голос и резко опускаю телефон, подрываясь с места.
Стул с грохотом опрокидывается за моей спиной. Сердце начинает бешено колотиться.
– Эмм…да…нет. – бормочу, пытаясь быстрее поднять стул и снова оборачиваюсь.
Черт, что ты несешь?
Мужчина явно подавляет улыбку и выходит из тени. Первое, что бросается в глаза при ярком свете – льняная белая рубашка и бежевые брюки. У незнакомца немного кудрявые темные волосы, легкая щетина и синие, как у меня, глаза. Помимо всего прочего он высокий и широкоплечий. Симпатичный.
– Так да или нет? – серьезно спрашивает он, но я все равно улавливаю нотки веселья в его голосе.
– Возможно. – натягиваю улыбку на горящее лицо.
Он подходит ближе и опирается руками на спинку стула, на котором сидела Эмма.
– Как-то неоднозначно, тебе не кажется? – теперь он не скрывает своей улыбки и демонстрирует ровные белые зубы.
Я же как полная идиотка слежу за тем, как напрягаются мышцы на его предплечьях. Разве там должны быть мышцы?
Приди в себя.
– Возможно. – отвечаю я и тут же прикусываю язык.
Он ухмыляется, выпрямляется и обходит стол, протягивая мне руку.
– Я Тристан. – говорит он, и я понимаю, что мне нравится его голос. Такой низкий, но не сильно. Приятный тембр.
– А ты, должно быть, Дана. Эмма рассказывала о тебе.
Жму ему руку, поражаясь тому, какая мягкая у него кожа.
– Боюсь спросить, что именно она рассказывала. – нервно выпаливаю я.
Он жестом предлагает мне вернуться на место, и я снова сажусь на стул.
– Она сказала, что тебе нужна работа. И что у тебя уже есть опыт в сфере обслуживания.
Я тут же расслабляюсь. Никаких грязных подробностей. Хорошо.
Тристан размещается напротив, внимательно изучая, взгляд останавливается на декольте, и я усилием заставляю себя не опускать глаза.
Боже, а что если у меня рубашка просвечивает?
Его глаза снова находят мои. И я буквально чувствую, как мои предательские соски напрягаются. Черт. Я забыла надеть лифчик. Чтоб меня. Чертова чувствительность. Теперь он решит, что я легкомысленная. Кто в здравом уме забывает надеть лифчик на собеседование? Правильно, только проститутки.
– Мне нужно еще что-то знать? – спрашивает он.
Кажется, его совсем не напрягает моя грудь. В синих глазах есть интерес, но он скорее деловой. Сам Тристан в целом излучает только деловые флюиды. Остальные возможные сексуальные флюиды я намеренно игнорирую.
– Нет. – тут же отвечаю, качая головой. – Думаю, этого вполне достаточно.
Вряд ли ему стоит знать о причинах ухода из предыдущих мест. Я почти молюсь, чтобы он не спросил меня об этом.
– Хорошо, тогда. – он встает и продолжает. – Открытие через три дня, но тебе нужно быть здесь все эти дни. Запомнишь меню, познакомишься с персоналом, понаблюдаешь за приготовлением основных блюд. Я очень строг в этом плане. Ты должна знать
