— надо будет смотреть, как будут идти восстановительные процессы. Но поговорить, поговорить вы уже можете.
— Ага, так вот почему я не могу двигаться…
— Само собой, я пока медикаментозно заблокировал вам возможность двигаться.
… Разблокировать можно. Только нет причин нарушать этим течение процесса лечения…
Опять Доминатор посчитал нужным вставить свои пять центов.
— Очень хорошо, — ответ меня действительно удовлетворил, — тогда я прошу вас. доктор, поручите кому-нибудь пригласить ко мне кого-нибудь из моих компаньонов. У кого из них такая возможность будет.
— Конечно, — доктор явно собирался уходить, — на завтра, вас устроит?
— Да, — ответил я, — и спасибо вам, доктор…
Глава 3
Следующим утром я проснулся уже при памяти. То есть твёрдо зная, где и почему я нахожусь. Другое дело, что проболтав с доктором Умио вчера битый час я так и не смог доподлинно выяснить, на сколько моя тушка на текущий момент покоцана. Не долго думая, я подал голос:
— Сестра! — вышло едва слышно, тем более, что под конец я ещё мелко закашлялся.
Но, следует отметить, своего я добился, и на мой зов прискакала одетая в зелёное девуля, которая, кстати, была вполне себе симпатична.
Я как мог, объяснил, что именно хочу узнать. Она понятливо кивнула, вильнула попкой и ускакала куда-то в даль. Но не на долго. Минуты через три она опять возникла у изголовья моего скорбного ложа.
В её руках был довольно большой планшет, который она вывесила передо мной на блестящем кронштейне, который крепился к спинке кровати за моей головой.
— Сейчас выведу на экран историю болезни. — сообщила она серьёзно, — и как прочтёте страницу — скажете, я переверну.
Ах, ну да, руками-то двигать мне пока, так сказать, не с руки. Сейчас и узнаю, кстати, почему.
… Мог бы у меня спросить…
Доминатор опять начал давать комменты — видать, по общению соскучился. Хотя, я не сказал бы, что он большой любитель поболтать…
— С тобой я потом пообщаюсь, — подумал я, адресуя свою мысль нейросети, — а пока дай мне с девушкой пофлиртовать.
… Ну, флиртуй… Тем более, что ни на что другое ты пока не способен…
Сказал он и транслировал мне в мозг звуковой сигнал, очень похожий на ехидное старческое хихиканье.
Доминатор становится, однако, всё желчнее и циничнее, очеловечился совсем…
Как выяснилось, история болезни тоже может быть весьма занятным чтивом.
То, что рядом со мной рванула штурмовая плазменная граната, я уже знал. Сколько меня после этого осталось и что удалось довезти до медкапсулы — тоже знал из разговора с доктором.
А вот дальше уже было интересно. До капсулы довезли голову и грудную клетку, внутри которой из последних сил трепыхалось сердце, да исходили кровавой пеной лёгкие.
Причём все считали, что это чудо, что так не бывает и вообще. Но факт остаётся фактом.
Я таки выжил, практически находясь в эпицентре взрыва.
Далее пошло долгое и нудное восстановление. И тут медперсонал элитной клиники доктора Умио Талбазу начал удивляться. Причём настолько сильно, что удивление это просочилось и в документы — в частности в мою медкарту.
Как известно, если выращивать заново органы и конечности, первыми восстанавливаются компоненты опорные — если по простому, то кости.
Не сказать, что сначала целиком вырастает скелет, а только потом на нём начинают появляться мышцы и прочее, словно зелёные листочки, из почек… Нет, конечно.
Вернее, всё происходит так, только организм не ждёт полного формирования какого-либо элемента. Всё растёт постепенно. То есть вытянулась косточка на сантиметр, и тут же её обволакивают мягкие ткани, сквозь которые робко прорастают нервные волокна, пробивают себе дорогу кровеносные сосуды и возрождающаяся лимфосистема…
В общем и целом, позвоночник и кости таза у меня уже вполне себе сформировались. сейчас шло формирование конечностей, то есть мясом и тоненькой кожицей уже обрастали пальцы.
Надо сказать, что если меня извлечь из-под простыней, то зрелище было бы совсем не аппетитное.
Визуально это выглядело бы так: Из большого бурдюка, сделанного из матового пластика, торчала только моя голова. Всё остальное плавало в сложном растворе, который этот самый бурдюк и заполнял.
Внутрь входила масса трубочек, проводков, торчали какие-то манипуляторы на сложных приводах… Гель внутри этого самого бурдюка постоянно обновлялся.
В общем, можно сказать, что до момента полного восстановления организма я находился в большой мягкой колбе, внутри которой и протекали сложные процессы восстановления моей безвинно пострадавшей тушки…
— Спасибо! — я отпустил добрую девушку и взялся оценивать текущую ситуацию.
Если всё пойдёт хорошо, то полное формирование конечностей и кожного покрова продлится ещё в пределах месяца, но уж точно не меньше недели.
Это, конечно, не пол-года, как это бы было с обычным хомо, получившим сравнимые травмы. При условии, конечно, что он дожил бы до момента, когда стало возможно получить врачебную помощь.
Но ладно, это лирика.
Но неделю парни тащили всё без меня. И ещё какое-то время, может неделю, а может и гораздо дольше, как пойдёт, им предстоит вкалывать без меня. Если я и смогу им чем-то помочь, так это только добрым словом…
А кто-то из них сегодня должен ко мне прийти — доктор обещал не чинить препятствий. Вот я тогда и пойму, как дела обстоят, хотя бы в общем. И смогу принять хоть какое-то участие в этих делах, пусть только на уровне советов и пожеланий.
— Ты даже не спишь? — это Тихий изобразил удивлённое лицо, встретившись со мной взглядом.
За ним в палату ввалились все остальные. Наша команда собралась в полном составе. И после приличествующих случаю пожеланий здоровья и прочих ритуальных фраз, мы перешли к делу.
Первым, само собой, говорить начал Тихий:
— Естественно, что после того, как случилось, то, что случилось, перед нами встали два вопроса… Первый — кто виноват, а второй, само собой — что делать… Но начнём все же с первого вопроса.
Он вопросительно посмотрел на меня, и я одобрил предлагаемый план его выступления:
— Я не возражаю, излагай.
И он начал излагать.
Самое интересно, так это то, что этот мамкин бомбист, которого звали Морени Трикс, действительно был одиночкой.
Расследование, которое ребята дополнительно простимулировали, позволило воссоздать полную картину того, что произошло, и то, как этот придурок пришёл к печальному финалу.
Это был типичный представитель тех, кто винит во всех своих неудачах других. И, проиграв деньги, которые он занял
