гоблинов ему нипочем. А когда поживет в глуши, станет куда покладистее. Посмотри на него! Уверен, он бы и вовсе не вылезал из библиотеки, если бы его оттуда не гнали.
— Отец, ты говоришь, что он должен тренироваться только с Домиником. Но тогда его максимум — командовать сотней бойцов.
— Наконец-то я слышу вопрос наследника, а не сопливого юнца! Ты ведь помнишь попытку расширить наши земли?
— Да, я читал об этом.
— В прошлой вылазке мы не участвовали и смогли сэкономить приличные ресурсы. Сейчас в замке Помпео все чаще звучат призывы повторить поход. Численность войск восстановлена, магов с каждым годом становится больше. И что это значит?
— Это значит, что совет повторит задуманное.
Герос расплылся в довольной улыбке.
— Не только! Если мы поучаствуем в таком походе, нам выдадут новые земли.
— Но что, если брат погибнет?
— Значит, такова его судьба. Я и так изо всех сил пытаюсь дать ему шанс на жизнь.
Дальше слушать этих наполеонов я не стал и тихо побрел к себе. С военной карьерой все ясно — я верно оценил «воспитание». Но вот эта идея с отправкой в деревню… Плохой знак. Очень плохой. Я ведь могу отправиться на перерождение гораздо раньше срока! Блин, и что теперь делать? Хотя… что тут можно сделать? Ровным счетом ничего.
Зайдя в комнату, я плюхнулся на кровать. Нужно было многое обдумать. Я говорил, что ненавижу этот мир? Так вот — я его ненавижу! Нужно бежать! Но куда? Руки похолодели. Так, соберись! Пару раз шлепнув себя по щекам, я наконец смог успокоится.
Конкретно сейчас меня никуда не отправят. Значит… время у меня еще есть! Если и бежать, то туда, где безопасно. А безопасно у нас в столице. «Магов, говорит, с каждым годом все больше…» Вот туда мы и направимся. Что мне нужно? Деньги. Много денег.
Я зашагал кругами по комнате. Где этот Бернар? Продал картину или нет? Дурак, нужно было просить пять золотых! Хотя нет, и трех бы хватило. Как там говорится? «Не беспокойся о вещах, от тебя не зависящих». Черт, но цену-то назначал я! Как тут не волноваться?
Еще раз: глубокий вдох, медленный выдох. Что мне еще нужно? Как добраться до столицы? Наверное, с караваном. Сомневаюсь, что гоблины на происхождение будут смотреть — схарчат и не заметят. Нужно охрану нанять, да побольше — не хочу рисковать. Вот это уже похоже на план! Найму охрану и отправлюсь с караваном в столицу. Чем не гениальная идея?
За окном послышался скрип — открывали ворота, чтобы выпустить карету с моими любезными родственниками. Хотите поиграть в войнушку за мой счет? А вот вам народная мудрость — индейская изба, фиг вам называется!
Проводив уезжающую карету злобным взглядом, я стал переодеваться для тренировки. Действовать нужно будет тихо и незаметно. Чтобы папаша ничего не заподозрил до самого последнего момента.
На заднем дворе я застал Доминика, который о чем-то спорил с главным конюхом.
— Говорю же, Гроза для начала подойдет! — настаивал Доминик.
— Да она уже двадцать лет на пенсии! — возражал конюх.
— Молодому господину нужна лошадь посерьезнее.
Увидев меня, Доминик прекратил спор.
— Подготовь Грозу.
— Доброе утро, Доминик.
— Доброе, ваше благородие! Готовы постигать военное искусство?
— Нет. Но кто меня будет спрашивать?
— Ого! Да вы, я смотрю, самую суть войны ухватили.
Я поморщился от такой философии. Да, я слышал шутки про «зеленую траву», но разделять этот подход не собирался.
— Сегодня я познакомлю вас с верховой ездой.
— Неожиданно. А я думал, буду стог сена затыкать насмерть.
— И это будет! Только не стог, а глиняные куски — они научат вас чувствовать оружие. Я поспрашивал у местных мастеров, как лучше обучать, — сказал Доминик и гордо выпятил грудь.
— Почему начинаем с верховой езды?
— Потому что истреблять гоблинов тебе предстоит верхом. Гоблины для кавалериста — считай, смазка для пики. Главное — не останавливаться в окружении, и все будет отлично.
— А что, если вдруг остановят?
— Если выживешь при падении и не потеряешь сознание, тогда можно будет и мечом помахать. Но лучше не падай. Целее будешь.
— Можно подумать, меня будут спрашивать.
Тем не менее первый урок верховой езды оказался на удивление интересным. Гроза стала моим первым транспортом, и, вопреки кличке, это была спокойная и добрая лошадка. Доминик, в меру своей солдафонской прямоты, называл ее клячей.
Сначала меня водили кругами, чтобы я привык к ощущениям. Потом она немного ускорилась, и тут все мои внутренности принялись весело подпрыгивать. Хотя мне и объясняли, как правильно держаться в седле, наука шла туго.
Получив «неуд», меня отправили вымещать злость на куске глины. И я был чертовски жесток! Настолько, что забыл о возможности появления мозолей.
В общем, первый день в средневековой качалке прошел на троечку. Возможно, Доминик — крутой воин, но как тренер он ужасен. Придется мне самому продумать, как тренироваться, чтобы не совершить суицид на почве физподготовки.
Но этот сложный день подходил к концу, и я с нетерпением ждал рассказа Бернарда. Мне уже было откровенно все равно, получил он деньги или нет, — важен был результат. И вот в мою комнату зашел Бернар с улыбкой и вытащил из-за пазухи мешочек.
— Ну, рассказывай.
— Ваше благородие, все прошло лучше некуда! Мне удалось встретиться лично с Вергюсом.
Увидев мое непонимающее выражение лица, он продолжил:
— Вергюс занимается поставками для магов. Когда он увидел картину, то даже не стал торговаться. Ему было велено найти картины для ее светлости Эмилии Помпео. Он готов скупить все подобные работы!
На моем лице расплылась глупая улыбка. Ну хоть что-то пошло по-моему!
— Говоришь, готов скупить все? Что ж, у нас есть, что предложить.
Приведя себя в порядок после изнурительных тренировок, я сел составлять график. Заниматься я могу через день — помнится мне, что так будет правильнее. И тело будет развиваться, и на написание картин время останется.
Нужно было аккуратно разузнать, сколько стоит проживание в столице и во сколько обойдется найм охраны. Выручка в десяток золотых немного успокоила меня, хотя я до конца не понимал, много это или нет. Вспоминая уроки истории, крестьяне за всю жизнь золота могли и не увидеть, а горожанин мог заработать одну золотую монету за год. Так что, по крайней мере, на первое время я точно обеспечен.
