совершенной степфордской разновидности. Ухоженные. Вежливые. Идеальные дети с плакатов с сумасшедшим отцом. С Тео появлялись не только ближайшие родственники. Иногда рядом, опустив глаза и сложив руки перед собой, стояла Сью-Эллен — племянница, которую Тео, лживый грёбаный ублюдок, спас. Она одаривала камеры застенчивыми улыбками и тихими словами. Средства массовой информации её любили. Но СМИ также любили и скандалы, поэтому для каждой фотосъёмки, которую они транслировали по сетям, пытаясь способствовать единению, противопоставляли ролики животных против людей, где люди проигрывали, если не использовали оружие.
Мир оказался в смятении с тех пор как Великое Откровение — термин, который он должен отметить, был придуман оборотнями, — и слова Паркера начали повсюду воспроизводить на всех новостных каналах. Ведущие новостей продолжали спрашивать ответственных политиков, что те собираются делать. Доктор Фил и другие знаменитости проанализировали то, что сказал Тео, и что не сказал, но, возможно, подразумевал. Люди повторяли слова Тео на улице, пытаясь понять смысл этого откровения.
— Меня зовут Теодор Паркер, и я здесь, чтобы сказать вам, что да, оборотни действительно живут среди вас. Но, несмотря на то, что вы могли увидеть или подумать, не нужно бояться. Мы такие же, как и все остальные. — Вот же кусок дерьма. — Наш вид, за некоторыми исключениями, с которыми справилась моя компания, мирный. — Чудовищная ложь. — Мы, — Паркер с доброжелательной улыбкой притянул к себе Сью-Эллен, — с нетерпением ждём возможности рассказать вам о нас.
Ха. Единственное, что интересовало Паркера, — что потребуется, чтобы контролировать тех, кто издаёт законы. Как один из его бывших тайных сотрудников, Брэндон знал, чего на самом деле добивался Паркер. Он совершенно ясно выразил свои намерения. Быть одним из тайных лидеров ВСО мало. Тео хотел больше власти. Хотел быть в центре внимания. Поэтому выставил всех себе подобных на всеобщее обозрение. Сумасшедший! Обычно все смеялись, улыбались и успокаивали Тео, ожидая, когда люди в белых халатах его заберут. Вот только были видеозаписи. Проклятые видео, на которых демонстрируются дикие стороны оборотней. Кадры битвы в Биттехе вызвали приливную волну проблем. Ожесточённые животные нападают на других животных. Звери нападают на людей. А ещё были монстры Биттеха — такие, как Брэндон. Многих засняли на камеру, их дополнительные конечности служили источником завораживающего ужаса.
Человечество почувствовало угрозу. Люди чувствовали себя обманутыми. За иными стали охотиться. А это означало немедленную охоту в ответ. Человек делал всё для выживания.
Законодатели изо всех сил старались приспособиться к такому неожиданному развитию событий. Как интегрировать эту подгруппу населения? Когда кого-то обвиняют в преступлении, какие законы они должны использовать — человеческие или звериные? Если волк укусил, это считалось нападением или же тем, что ему, как собаке нужен намордник? И кто эти меняющие облик? В политкорректном мире могут ли потенциальные работодатели спрашивать о способностях? Было ли дискриминацией не хотеть, чтобы оборотень работал на птицефабрике? Должен ли быть этот статус в водительских правах?
Подозрения о том, кто может прятать волка под одеждой, заставили многих людей искать лекарства от беспокойства, и продажи алюминиевой фольги взлетели до небес, когда паранойя достигла новых высот. Что касается оружейной промышленности, то их запасы взлетели до рекордных высот, так как все хотели вооружиться. Обвинения обрушивались на любого, кто казался другим. Невинные люди погибали, когда сосед набрасывался на соседа.
Вся семья и друзья Брэндона решили уйти в подполье, им пришлось оставить дом — дом, в котором жили многие поколения в Эверглейдс. Они изменили имена, разделились и влились в основное общество. Пришлось очень сильно постараться, чтобы выглядеть нормальными и казаться людьми. Не каждый мог притворяться. Некоторые представители старшего поколения решили уйти в болота. Но даже там Брэндон считался уродом. Он не мог спрятаться, не с тем, что Биттех с ним сделал.
«Я не могу прятаться, пока у Паркера моя сестра».
Скользкий ублюдок продолжал скакать по стране, распространяя чушь под названием «Давайте жить вместе». В конце концов, Брэндон догонит Тео, и когда это сделает… Ням-ням.
А пока должен выжить. То, что он жил, свободный и способный бродить по миру, не помогало. Он не стал снова нормальным. Когда люди смотрели на него, видели чудовище. И кричали.
Он разозлился. Съесть их. Свежее мясо делало человека и его рептилию сильной. Слишком часто он говорил своему внутреннему «я» — более холодному, более циничному тёмному «я» — успокоиться, чёрт возьми. Не есть людей. Но они соблазняли, особенно когда пахли шоколадом. То, что он был монстром, не уменьшило его пристрастия к сладкому.
Сидя на корточках на крыше, как живая горгулья, наблюдающая за этим новым городом, ещё одним местом, в котором не мог смешаться с толпой, Брэндон задавался вопросом, зачем он вообще это пытался сделать. Возможно, ему следует отказаться от поиска ответов или помощи в решении своей чудовищной дилеммы. Он должен забыть о попытках вернуться к нормальной жизни и смириться с тем, что новый облик останется с ним навсегда. Если бы он растворился в дикой местности, ушёл глубоко-глубоко в лес и жил за счёт земли, возможно, смог бы унять тоску. Возможно, со временем он бы забыл, что значит быть человеком.
Однако это означало бросить сестру.
Когда остальные члены семьи пытались выжить, а Уэс делал всё возможное, чтобы уберечь близнецов и Мелани от досягаемости науки, лишь Брэндон действительно заботился о судьбе девочки.
«Посмотрите на меня, настоящий грёбаный герой».
Насколько печален мир, когда он — последняя надежда для своей сестры.
Тихий звук предупредил о том, что на крыше Брэндон не один. Он обернулся и не мог не уставиться на женщину, стоявшую позади него. Стройная фигура, длинные волосы цвета лунного света и глаза ещё страннее, чем его. Она склонила голову набок и изучала его. Брэндона очаровало то, что, хотя она и смотрела на него во все глаза и его черты были отчётливо видны в неоновом свете вывески над головой, она не убежала. И не закричала. Глубоко вдохнув, девушка запрокинула голову, демонстрируя гладкую линию своей шеи.
«Убей её сейчас, пока она не позвала на помощь. Для этого потребуется вырвать всего один кусочек горла. Один хрустящий кусок».
Брэндон покачал головой. Нет. Он не убил бы её, даже если бы все чувства кричали, что она опасность. А насколько она опасна? Всё, что он мог
