— Дамиан! — позвала я, неспешно проводя пальцем по его правой лопатке.
— Что?
— Знаешь, мне очень стыдно…
— За любовника в сундуке? Это правильно.
— Да нет, за это мне как раз совсем не стыдно. Стыдно мне за другое.
— Интересно. — Он приподнялся и посмотрел на меня, подпирая подбородок рукой. — За что же?
— Ну, понимаешь… — Я немного помялась, комкая в руке кусок одеяла. — В общем, кажется, теперь я всё-таки хочу есть.
— Серьёзный повод для стыда, — глубокомысленно согласился Дамиан. И, вставая с постели, сказал: — Сейчас спущусь, отыщу трактирщика. А ты пока отдыхай.
Он быстро оделся и вышел из комнаты, а я натянула на себя одеяло и блаженно закрыла глаза. Однако спать не спала, ждала мужа. А он почему-то всё никак не возвращался. Трактирщика нигде нет? А может, Дамиан дожидается, пока тот всё приготовит, и собирается подняться сюда уже с едой?
Вернулся Дамиан существенно позже, чем я ожидала. Он вошёл быстро, резко дёрнув на себя дверь, а затем сразу же её запер. Никакого подноса он, ясное дело, не нёс, а вид у него был чрезвычайно встревоженный.
— Ника, одевайся! — сказал он прямо с порога. — Мы отсюда уходим.
— То есть как? — удивилась я.
— Одевайся, быстро. — Он подхватил платье, которое я совсем недавно сняла, и протянул его мне. — Я всё объясню по дороге, но ради богов, поспеши.
— Хорошо, но… мы хотя бы сюда вернёмся?
Платье платьем, но начать одеваться следовало с белья.
— Нет.
— Тогда надо собрать вещи.
— Не надо. И не возись со всем этим. Платья довольно. Здесь опасно оставаться.
— Опасно?
— Да. — Дамиан встревоженно покосился на дверь, но никаких звуков снаружи пока не доносилось. — Наш приятель мэр сбежал. Я видел внизу его карету и сумел кое-что подслушать. — Он принялся помогать мне с застёжками, дабы процесс одевания завершился быстрее. — Вся эта поездка — ловушка. А я — идиот. Но это сейчас неважно, важно успеть вытащить тебя из этого дерьма.
— Ты о чём?
Уже поняв, что ситуация сложилась крайне серьёзная, я кинулась обувать туфли.
— Тот, кто подставил меня тогда, пять лет назад в Ансилоне. Это один из моих бывших друзей, сослуживец, я о них рассказывал. Я подозревал, но не был уверен.
— Что ему понадобилось?
Мы устремились к выходу, Дамиан прислушался, затем резко распахнул дверь, держа наготове обнажённый меч. Коридор был пуст, и мы устремились к лестнице.
— Хочет утопить меня окончательно. Всплыли какие-то новые факты, преступника снова ищут, и он опять под подозрением. Нужен козёл отпущения.
— Но тебя же оправдали! — воскликнула я. — Мой отец ведь отвёл от тебя подозрения!
— Да, но теперь его нет в живых. Стой!
Дамиан резко остановился и отступил к стене, увлекая меня следом. Внизу послышался громкий шум и лязг извлекаемого из ножен оружия.
— Демоны! — шёпотом выругался он. — Назад!
Мы метнулись обратно к комнате. Дамиан снова запер дверь изнутри. Подскочил к окну, выглянул и выругался опять.
— Там караулят.
Он быстро оглядел помещение. Беспокойство смешалось во взгляде с какой-то странной решимостью.
— Сюда!
Он подтащил меня к камину и открыл решётку. Звучавший снаружи шум становился всё громче.
— Ника, — сказал Дамиан, хватая меня обеими руками за локти и заглядывая в глаза. — Им нужен только я, но они не захотят оставлять живую свидетельницу. Поэтому ты сейчас спрячешься. Здесь, в камине. Выбраться наружу через трубу, к сожалению, не выйдет, но постарайся втиснуться в неё, насколько сможешь. Им не придёт в голову тебя там искать. И умоляю тебя, что бы здесь ни происходило, не издавай ни звука. Вот, — он выудил из-за пазухи кошелёк и вручил его мне. — Это тебе понадобится. Когда всё закончится, уходи отсюда как можно более незаметно, и возвращайся домой. Там ты будешь в безопасности. И Эддингтон будет знать, как тебя защитить. Знаю, это будет нелегко, но ты смелая девочка, ты справишься.
В дверь громко постучали. Дамиан быстро поцеловал меня в губы, потом крепко обнял, а затем, отстранившись, подтолкнул к камину. Беспокойство в выражении его глаз уступило место решимости, и эта решимость совершенно мне не понравилась.
— А что будет с тобой?
Дамиан на мгновение опустил глаза, словно не зная, стоит ли мне об этом говорить.
— Я не дам им взять себя живым, — всё-таки признался он, и голос был полон всё той же демоновой решимости.
— Нет! — Я хотела закричать, но повторившийся стук в дверь заставил вовремя понизить голос. — Нет, Дамиан, пожалуйста!
Он сжал губы и качнул головой.
— Тогда я не буду никуда прятаться.
— Ника, ты не понимаешь.
На сей раз голос Дамиана прозвучал глухо. Я бросилась на колени и схватила его за руки.
— Дамиан, умоляю тебя, пообещай, что останешься жив! Что сделаешь всё, чтобы остаться в живых. Я тебя вытащу, обещаю, я найду способ, только останься жив!
Раздался грохот. Теперь в дверь не стучали; её пытались выломать.
— Хорошо. — Дамиан рывком поднял меня на ноги. — Боги с тобой. Прячься.
Я принялась неуклюже забираться в камин.
— А наши охранники? — вспомнила я, замирая.
— Уже мертвы, — коротко ответил Дамиан.
Двое сопровождавших нас стражников. Оба не старше тридцати… Дамиан закрыл за мной каминную решётку. Я стала отчаянно протискиваться в узкую и грязную трубу. Удалось немного подняться и залезть в неё с ногами. Добраться до крыши действительно невозможно, Дамиан прав. Слишком узко, я двинуться не могу. Не знаю даже, как буду вниз выбираться; может, я вообще здесь застряла. Но сейчас было не до этого. Судя по раздавшемуся в комнате звуку, дверь всё-таки слетела с петель.
Шум шагов. Всё продолжается и продолжается. Не знаю, сколько их, но точно много. Пятеро? Больше?
— Бросайте оружие, виконт.
Красивый голос, только с хрипотцой, будто говоривший недавно переболел простудой.
— Кто вы такие и что вам нужно?
Дамиан говорит резко, немного высокомерно.
— Это не имеет значения. — Всё тот же, охрипший. — Важно то, что мы пришли за вами.
— По какому праву?
— По праву оружия. Повторяю: бросьте меч.
— Или что?
— Нас уполномочили по возможности доставить вас на место живым. Но в случае, если вы заупрямитесь, вашего трупа тоже будет достаточно.
Молчание. Потом лязг брошенного на пол оружия.
— Вот так-то лучше. Окружите его. — Снова топот шагов. — Остался ещё один вопрос. Где ваша жена?
— Какого демона? Вам нужен я, а не моя жена.
— Это нам решать.
— Оставьте её в покое. Вы получили то, что хотели.
