время? — с подозрением воззрился на меня Сократ, недовольно дернув усами, а после приказным тоном распорядился: — Давай, рассказывай, чего ты там еще натворила? Знаешь, еще чуть-чуть, и я начну жалеть, что встретил тебя на том захудалом кладбище.
— Еще чуть-чуть — и я начну жалеть, что вообще появилась на свет, — подражая манере кота, ответила я. — Но ты можешь немного расслабить свой пушистый филей.
— За мой филей не переживай, — оборвал меня котяра. — Я за ним слежу в оба глаза.
— У тебя только один глаз, — невежливо напомнила я.
— Рассказывай! — прикрикнул кот, не выдержав возросшего градуса дискуссии.
Глава 3
Глубоко вздохнув, на одном дыхании выпалила:
— Я видела маму! — а после тут же принялась рассматривать собственные ногти.
Кот икнул. Громко так. Как будто подавился куском отлично прожаренной до хрустящей корочки рыбки. А потом еще несколько раз повторил. Наверное, на бис.
— Чью… маму? — чуть придушенно поинтересовался он, когда прекратил икать.
— Свою, чью же еще? — проворчала я, не поднимая головы.
— Хочешь сказать, ты видела её призрак? — решил уточнить кот.
— Нет, — с печалью выдохнула я. — Я видела её на рисунке. Знаешь, на таком, который больше напоминает черновой набросок, как будто кто-то второпях пытался перенести её образ на бумагу.
— Фух! — с облегчением выдохнул Сократ и едва ли не смахнул пушистой лапкой в белом «носочке» пот со лба. Интересно, а коты вообще способны потеть? — Святые ежики! А я уж подумал, к тебе твоя старшая родственница с того света пожаловала!
— В виде фантома, что ли? — засомневалась я. — Разве такое возможно?
— Возможно, возможно, — «утешил» меня кот, подхватившись с места и начав суетливо расхаживать туда-сюда, от противоположного края столешницы до моей правой ноги и обратно. — Если она мертвая, конечно.
— По-твоему, есть другие варианты? — безрадостно хмыкнула я, наблюдая за маневрами кота.
Но ответить мне не соизволили, кот проигнорировал вопрос и задал свой:
— А где ты, говоришь, её видела?
— Я не говорила, — мрачно опровергла я.
— Ну, так скажи! — резонно заметил кот.
Я почесала нос и ответила:
— В той книге, которую достал с верхних полок запрещенной секции Сатус. Вернее, когда он её раскрыл, из книги выпал листок с маминым изображением.
— Ты уверена, что это была именно твоя мама? — прервал меня ушастый, замерев у края парты ко мне задом.
— Абсолютно, — нахмурилась я, скептично рассматривая устремленный стрелой к потолку пушистый хвост. Ну, и то, что под ним, естественно тоже, куда уж от этого денешься? Сократ ведь особо не скромничал и всеми своим достоинствами сверкал направо и налево. — Ты думаешь, я не смогу узнать самого близкого мне человека, которого оплакивала последние десять лет?
— Некоторые собственное отражение в зеркале не узнают после кувшина браги, — немного невпопад зачем-то сообщил мне Сократ.
— Очень ценная информация, — с иронией отреагировала я. — И как же я раньше-то без неё жила?
— А где эта книга сейчас? — спохватился пушистый, наконец, соизволив повернуться ко мне передом, а то любоваться его наеденным задом уже надоело.
— С учетом всех обстоятельств, — издалека начала я, — предполагаю, что в данный момент она горит. Ну… или уже сгорела.
На меня тут же уставились в немом возмущении.
— Что? Это не я устроила пожар в библиотеке! Листок упал на пол, поднять его я не успела, так как, до того момента, пока не повалил дым, на меня в упор пялились семь демонических морд! А потом уже было не того, знаешь ли! Сама книга осталась там же, то есть, в самом эпицентре устроенного тобой бедствия.
Говоря так, я надеялась, что наглый котяра хотя бы пожалеет о своих действиях. Но нет, вместо самобичевания он принялся решать им же созданную проблему.
— Значит, так, — начал распоряжаться пушистый, — сейчас идем…
— …куда? — перебила я его вопросом. — В горящую библиотеку? Ты сам сказал, что это глупость несусветная!
— Ой, — отмахнулся он от меня лапкой с розовыми подушечками. — Там уже наверняка все потушили.
— Откуда такая уверенность? — скривила я губы.
— Иначе тут бы уже тоже все было в огне, — резонно заметил Сократ. — Огненные зелья — они такие, если не использовать правильное контрзелье, то очень скоро полыхать будет везде.
— И ты, осознавая риски, все равно пошел на это? — покачала я головой, так до конца и не определившись, каким образом следует реагировать на подобные выходки питомца.
— У меня не много вариантов было для маневров, — раздраженно зашипел кот в ответ, еще немного посидел, подергивая усами и о чем-то напряженно размышляя, а после спрыгнул и направился к двери.
— Эй! Ты куда? — забеспокоилась я и поторопилась его догнать.
— Спать! — ответил мне кот, вильнув пушистой пятой точкой и выскользнув за скрипнувшую дверь.
— А мне что делать? — развела я руками, обращаясь к пустоте учебной аудитории.
Пустота ответить не соизволила, решительно не желая общаться и уж, тем более, раздавать советы, а потому пришлось последовать примеру Сократа и тоже отправиться на встречу сновидениям. Хотя, в сложившейся ситуации, скорее кошмарам.
Уже выходя из класса, я услышала шорох за спиной, как если бы кто-то наступил на сухую опавшую листву.
Рефлекторно обернувшись, обвела взглядом аудиторию, но не увидела ничего, что могло бы спровоцировать подобный звук.
— Странно, — пробормотала я себе под нос, а потом решила, что, наверное, мне уже мерещиться всякое от недосыпа. — Действительно, лучше пойти и поспать.
Вышла, аккуратно притворила за собой дверь и направилась к лестнице, которая должна была доставить меня наверх, в общежитие колдуний.
Сократа уже след простыл, а потому возвращаться обратно пришлось в гордом одиночестве. Пока шла, постоянно оглядывалась, стараясь
