мигом стало холодно, мрачно, неуютно.
- Что это?
- Его Светлость, госпожа, - ответили слуги. – Усмиряет силу стихии, удерживает распространение Зимы – собственной магией. С каждым годом это даётся князю вся тяжелей.
- Эх, еще так молод. Ему бы жениться. Завести ребятишек, чтоб бегали по замку и наполняли его громким смехом. А Его Светлость борется с проклятием и пытается спасти родные земли.
Задумчиво поглядывая на потускневшие под потолком канделябры, произнесла:
- Кто его проклял?
- Никто не знает, мадам. И вряд ли узнает. Идёмте, вы верно очень голодны?
Кивнув, отправилась за Лили, ощущая на сердце тяжесть, от какой по телу разливались волны бессилия. Навести порядок в забытом княжестве –
это одно, и совсем другое – выдернуть отважного мужа-дракона из когтей черного колдовства.
… Ужинала, едва ли разбирая запах и вкус еды.
Поблагодарив кухарку за сытные блинчики, салат и тушеное мясо, сообщила, что уборку начнем завтра в десять утра и отправилась к себе.
Снежок исчез еще утром и не появлялся. Пытаясь упорядочить факты, разложить сведения по полочкам и, наконец, этой ночью – во что бы то ни стало «поймать» князя в своей постели, я взлетела по лестнице наверх.
Голоса настигли неожиданно.
По затененному вечерним сумраком коридору шагали Берта и градоначальник.
Удивленная необъявленным визитом мерзавца во дворец, от одного вида на которого к горлу подкатывает тошнота, а по телу прокатывается дрожь отвращения, юркнула за тяжелую портьеру и затаилась.
- … ненавижу ее! – Шипела ведьма-экономка, отравляя воздух ядом. –
Уже второй день приходится выполнять ее мерзкие поручения и молчать.
- Мадам и в замке проявила свой волевой характер? – Расслышала усмешку старшего Дормана, позволявшего сестре опираться себе на локоть.
- Как видишь.
- Гхм. Сильная женщина. И интересная.
- Скажи еще, она тебя заинтересовала, Уолес.
- Ну, Летта мила, молода и не замужем. Я все больше склоняюсь к мысли, что именно такая женщина подходит мне в спутницы жизни.
Я задохнулась от возмущения.
Этот скользкий червяк всерьёз обдумывает возможность взять меня в жены?!
Нет, ну наглец.
В пустой холодный коридор выдернул язвительный голос Берты.
- Три дня назад ты горел страстным желанием избавиться от пронырливой девицы, смешавшей все наши планы. Заставил меня отослать ей коробку с черным заклятием, потом творить заклинания на ярмарке и вдруг передумал?
- Нет, передумал. Но зачем убивать того, кого можно использовать и заодно прибрать к рукам всё ее имущество.
- Уолес, Летта Рейнар – не такая, как мы. Ее невозможно запугать, сломить и, тем более, использовать. Всё еще этого не понял?
- Так подмешай ей одно из своих зелий в напиток. «Подточи» ее волю,
- без тени иронии велел Дорман. – В чем проблема?
- Зелья носят кратковременный эффект. Как долго ты планируешь ими поить всеми уважаемую госпожу?
- Столько, сколько потребуется. Вменяемая она мне всё равно не нужна. То зелье «полусна», какое ты добавляешь в еду Его Светлости, действует превосходно. Почему бы не оморочить им и наследницу древнего рода?
- Я вынуждена морочить князя. Ты поторопился в ту ночь, когда ударил Эвана кинжалом в сердце. А я теперь расхлёбываю.
Шаги резко оборвались. Прямо рядом со мной.
Прячась за тонкой бордовой шторкой, я натянулась как струна в ожидании неминуемого разоблачения. К счастью, Дорманы были слишком увлечены общением и меня не заметили.
- Я пытался избавить княжество от проклятия, сестра! – Рыком ответил градоначальник. – Со смертью проклятого князя-дракона уйдёт и вечный холод с морозом.
- Это не точно, Уолес.
- Точно, Берта. Семейные хроники не могут лгать.
- Ты самоуверен и неисправим.
- Именно такой правитель и нужен Дубору. Как только князь-дракон умрет, я займу его место.
- Если умрет. В ту ночь после удара в сердце, он ненадолго пропал из замка. А потом вернулся. Живой и здоровый.
Я до боли переплела похолодевшие пальцы.
Минутку, речь о новогодней ночи, когда я нашла Эвана в безлюдном дворе?
Картинка окончательно сложилась. Сразу после удара в сердце –
ледяной дракон неосознанно переместился через границу миров – ко мне, его Истинной. Я спасла его тогда от гибели.
Закусила губу, чтобы не вскрикнуть.
Дорман нанес князю смертельный удар. А Берта с незапамятных времен подливает Его Светлости магические зелья, отнимающие рассудок и память. Вот почему он меня не узнал.
- Ладно, поверю тебе в последний раз, - недовольно буркнула Берта.
Шаги возобновились, голоса начали постепенно отдаляться.
- Когда планируешь покончить с князем-драконом?
- На балу.
- Который для него устроит твоя несравненная мадам? – Фыркнула ведьма.
- Не смешно.
- Будет не смешно, если Его Светлость опять уцелеет.
- Поверь, на этот раз я всё предусмотрел.
Послышался злобный смешок, после чего шаги прилетели уже от лестницы.
- Его Светлость опять заперся в астрономической башне?
- Заперся, Уолес. Будешь дожидаться его в замке?
- Буду. Заодно понаблюдаю за мадам Рейнар, коей на балу отведена особая роль.
- Неужто сделаешь богатой наследнице предложение руки и сердца?
- Всё может быть, Берта. Всё может быть.
Топот стих, а я поймала себя на том, что все эти мучительные минуты почти не дышу. Легкие саднит, в горле – горит.
Отдернув портьеру, выступила в пустой коридор и глухо выругалась.
С первых дней догадалась – все беды исходят от алчного семейства
Дорманов. Вот кто главные злодеи в Северном княжестве. Покушения, козни, фальшь, желание прибрать земли, власть и богатство к рукам. Такие люди ни перед чем не остановятся. А я в замке совсем одна!
- Мяу, - раздалось у ног тихое мурлыкание.
- Снежок, - присела, радостно подхватив котика на ручки и ощущая, как пальцы утопают в мягкой снежной шерстке. – Безумно рада, что ты появился. Скорей идём в спальню. Надо хорошенько подумать.
До полуночи я меряла комнату шагами, кромсала ладони ногтями и под пристальным взором кота разговаривала сама с собой.
Вся проблема – в проклятии.
Как только оно падет, Эван очнётся, обретёт былую силу и магию, а на эти земли вернутся весна и тепло. Но как снять чертово проклятие? Как спасти князя-дракона? Ни единой вразумительной мысли в голове.
С шумным вдохом рухнула в кресло и уронила голову на ладонь.
- Очень устала, - призналась Снежку, минут пять не двигалась, закрыв глаза и отрешившись от всех невзгод, потом стянула с себя пыльное рабочее платье и поплелась в ванную комнату.
Когда вернулась
