предвкушения ответа.
— Император! Кто же еще?! Будьте вы все прокляты! — Ингрид пошла прочь, с трудом таща свою сумку.
— И тебе того же, — усмехнулась я и вошла в общие комнаты гарема.
Внутри встретила Роксильету. Она выглядела печальной, но истерик не закатывала, в отличие от некоторых.
— Привет. Может, ты расскажешь мне что произошло? — спросила я.
— Император пришел утром, поблагодарил нас за то, что делились с ним своими силами, сказал, что больше в этом не нуждается, щедро оплатил наши услуги и сказал, что распускает гарем.
— О… — выдохнула я.
— Да, новенькие девочки уже все разъехались. Ингрид долго билась в истерике, но Клери пригрозила, что ее выставят стражники, если не перестанет упрямиться. А я ждала, когда ты проснешься, хотела попрощаться, — Рокси подошла ко мне и раскинула руки для объятий.
Я обняла рыжую красавицу. На языке вертелся вопрос, но я не могла его озвучить. Как о таком спрашивать?
— Рокси, прости, что о таком спрашиваю, но я не могу не спросить, — с трудом решилась я. — У тебя что-то было с императором?
Наложница ахнула, прикрыла рот рукой и отвернулась. Молчание затянулось, и я подумала, что перешла черту и сейчас буду послана в отдаленном направлении, но Рокси вдруг сказала.
— Как ты догадалась? Если ты поняла, то все знали, да?
— О чем? — медленно спросила я, недоумевая к чему все идет.
— О том, что у меня с ним ничего не было. Я видно какая-то не такая. Он ужинал со мной и только, а потом я ночевала на диване в крайней комнате, да и то только потому, что умоляла позволить остаться на ночь, чтобы не опозориться перед всем дворцом.
— А что тут позорного-то? — все еще не до конца понимала я.
— Как это что? — Рокси повернулась ко мне вся покрасневшая. — Это же стыдно не угодить императору. Если он не пожелал тебя… Ингрид бы меня засмеяла.
— А, вот оно что, — улыбнулась я и добавила. — Так, если верить императору, то Ингрид ночевала на том же диване.
— Что, правда? — глаза Роксильеты стали круглыми. — Быть не может. Значит, она обо всем врала?
— Возможно. Меня там не было, но точно могу тебе сказать, что ты ни в чем не виновата. Ты очень красивая и добрая девушка, и не должна ни в чем себя винить.
— Спасибо, — Рокси сделала несколько шагов в мою сторону и улыбнулась. — Это ведь из-за тебя он распустил гарем?
Настала моя очередь краснеть.
Рокси ушла, а я бродила по опустевшему гарему в состоянии какой-то эйфории. Нектир говорил правду. Он не избалованный бабник, каким я его считала. И он любит меня. Хочет сделать своей женой… Гарем распустил, как и обещал.
Тихонько на мягких лапках в комнату вошла Клери:
— Госпожа, император велел вам передать.
Лисичка протянула мне сундучок. Я взяла его и поставила на стол.
— Где Нектир? Я бы хотела с ним увидеться, — сказала я, открывая сундук. Внутри было золото и вексель, дающий мне право на приобретение любого дома в империи.
— Повелитель отбыл на границу, чтобы убедиться, что цвейхи больше не вторгнутся на его земли, — ответила Клери.
— А это что? Я не могу принять…
— Это не подарок, а плата за работу в гареме, повелитель предполагал, что могут быть возражения и просил напомнить, что от платы за работу в нашем мире не принято отказываться, — Клери махнула хвостом и была такова.
Я села на стул, уставившись на содержимое сундука. Только что я была полна надежд и радости, а теперь снова потерялась. Это золото и право на дом красноречиво говорят — ты свободна. Сам уехал и плату передал, будто прощается со мной так же, как и с остальным гаремом. Но зачем тогда гарем распустил? Если я больше ему не нужна, он обиделся и передумал, то оставил бы гарем? Или нет?
Эпилог
Нектира не было неделю. И это была самая долгая неделя в моей жизни. Все это время я думала, что упустила свой шанс на счастье. Заявить императору, что он лжец, два раза подряд за пять минут — это надо уметь. Конечно, основания у меня были, но мой дорогой, обожаемый Нектир, кажется, психанул и сбежал на границу. А мне передал сундук с деньгами и красноречивым векселем на дом, который так и вопил — выметайся. Однако из дворца я не вымелась. Пусть вернется и скажет об этом мне лично, тогда уеду без вопросов. А пока… Пока я ждала его возращения, то терзалась сердечными страданиями и развивала торговлю цветами в нашей с Золой маленькой лавке. С каждым днем покупателей у нас становилось все больше и больше. Традиция украшать дома букетами разлеталась, как вирусная реклама.
После очередного рабочего дня я вернулась во дворец. Мы ужинали с Клери и Золой, когда лисичка вдруг встрепенулась и сказала:
— Повелитель здесь.
Я сорвалась с места и выскочила в сад. Я так долго его ждала и вот он стоит передо мной такой красивый и притягательный. Все в нем сводит меня с ума: поза, фигура, поворот головы, яркий блеск его глаз, уникальный цвет волос, что ближе к кончикам становятся белоснежными, словно покрылись инеем.
Нектир ленивым жестом приказал слугам и воинам, прибывшим с ним, оставить нас наедине. Он смотрел на меня, но на его лице не было улыбки или радости от встречи, только холодная маска. У меня сердце упало в пятки или куда оно там падает в таких случаях… Неужели сейчас попрощается со мной, как с девушками из гарема? Если его губы произнесут такие слова, мне ничего не останется, как уйти…
— Ты еще здесь? — спросил повелитель моего сердца.
— Ты распустил гарем… — ответила я.
— Ты же говорила, что этого недостаточно, — усмехнулся Нектир, но его взгляд потеплел. Позади него разгорался яркий пронзительно алый закат. Самый важный закат в моей жизни. Сад благоухал вечерними цветами и травами.
Я подошла к Нектиру и тихо сказала:
— Я тебе поверила.
— Правда? — его бровь взлетела вверх и изогнулась. — Почему?
Мне не хотелось говорить, что все из-за слов Рокси. Это может его обидеть, получается, ему не поверила, а наложнице поверила. Поэтому я
