не сдерживался. Не ждал, что сейчас его отпихнут. Конечно, в отличие от девушки, которой предстояло в первый раз вкусить запретное, ему было легко. Однако мужчина считал своим долгом показать ей всю прелесть занятий любовью.
Эдриан приобнял девушку за плечи и перевернулся на спину вместе с ней. Стефани оказалась сверху, что вызвало новую волну стыда с возбуждением. Ноги, мышцы которых ныли от напряжения, невольно разъехались в стороны. Она с недоумением смотрела на него, прикусывая нижнюю губу. Мужские руки потянулись к застежкам.
Пуговки ловко выскакивали из петелек, и через мгновение платье повисло на девушке. Стефани аккуратно стащила рукава, чтобы не порвать кружево, остальное сделал мужчина. Он проворно снял наряд через голову и откинул на пол. Потом провел ладонями по плечам. Эдриану нравились ее изгибы. В отличие от всех девушек, что он познал, у Стефани были развиты мышцы. Не так сильно, как у мужчин, но все же они выделялись. Это раззадоривало еще сильнее.
Следующим на пол полетел корсет, и девушка вздохнула полной грудью. Свежий воздух холодил, и грудь отчетливо виднелась через тонкую ткань сорочки. Под разгоряченным взглядом мужчины Стефани захотелось прикрыться. Она перекинула волосы вперед, чтобы они спрятали желание. Но этот поступок потерял смысл, когда Эдриан вновь приобнял девушку и перевернулся.
Мужчина вновь был сверху. Но в этот раз все выглядело более волнующе. Ноги так и остались раздвинутыми, и Стефани касалась бедрами его бедер. Она наблюдала за тем, как Эдриан стягивал с себя одежду. Любовалась красивым телом, особенно рельефом живота, по которому вниз сбегала дорожка жестких волосков. Когда он вновь склонился над девушкой, то уже остался в одних штанах. Она вновь заметила татуировку в виде надписи на плече, но слов не разобрала. Буквы принадлежали к алфавиту мертвого языка, который был ей незнаком.
Стефани повернула голову к трюмо, подставляя для поцелуя шею. Она увидела их отражение в зеркале и не сдержалась от стона. Девушка смотрела на себя, вжатую в постель, мужчину, что целовал ее в ключицу, мускулистые руки, что касались талии, и крепкие мышцы спины, что ходили под обнаженной кожей от каждого движения.
– Что такое? – прохрипел Эдриан, обратив внимание на трюмо. – Нравится наблюдать через зеркало?
– Да… то есть… нет. – Она повернула голову в другую сторону, хотя любопытство влекло взглянуть на отражение еще раз. – Давай заберемся под одеяло?
– Только без одежды. – Мужчина потянулся к краю сорочки и стянул ее. Ему открылся потрясающий вид. «Много же она тренировалась на шпагах!» У него точно раньше не было девушки с такой фигурой: выступающими мышцами и в тоже время плавными женственными изгибами. Теперь он еще сильнее желал завладеть ею.
Оказавшись обнаженной, Стефани перебралась на локтях повыше – к подушкам, потянулась к уголку одеяла, чтобы откинуть, но остановилась, заметив, что мужчина стаскивает с себя оставшуюся одежду. Ее взгляд замер на разгоряченной затвердевшей плоти. Это был не первый раз, когда она видела мужское естество. На пляже, возле шато, случалось всякое. Пикантность момента таилась в том, что это был ее первый раз. Стефани вздохнула полной грудью. Вдруг смелость покинула девушку, но останавливаться на полпути она не собиралась.
Они нырнули под одеяло, в объятия друг друга. И как бы мужчина ни целовал ее, ни ласкал, Стефани не могла избавиться от напряжения. Девушка чувствовала, как он упирается во внутреннюю часть бедра и ждала. Ждала, когда это наконец случится. Когда придется перетерпеть боль, чтобы получить удовольствие. Ведь ей наверняка станет хорошо. Он же обещал…
За стенкой громко застонала девушка. Ее оханья разливались музыкой, подзадоривали, расслабляли. «Если она так может, то и я смогу…» – думала Стефани. Как и в любых иных трудных ситуациях, ей захотелось проявить инициативу. Капельку смелости, чтобы обрести уверенность. Поэтому она провела рукой по щеке мужчины, привлекая его внимание. Запустила пальцы в волосы и потащила за край атласной ленты. Узелок развязался.
– Ты сказал, что под одеялом без одежды.
Они улыбнулись друг другу. Это простое действие помогло ей, но не так сильно, как следующие слова Эдриана.
– Я могу остановиться в любой момент. – Он покрыл поцелуями ее щеку и шею. – Ты должна знать это.
– Знаю.
Его рука прошлась по бедру и скользнула к промежности. Стефани напрягла живот и задрожала в ожидании боли или неприятных ощущений, но он только коснулся увлажненной плоти пальцами. Это сорвало тихий стон с девичьих губ. Снова смешались стыд и возбуждение. Никто не касался ее так, не приносил столько удовольствия, и это будоражило еще сильнее. Хотелось запомнить каждое мгновение, каждое витиеватое прикосновение.
Сердце будто ухнуло вниз и начало пульсировать между ног. Стефани закусила нижнюю губу, не позволяя себе охать, как та девушка за стенкой. Она уткнулась носом в мужское плечо, в твердую выступающую мышцу на руке.
Эдриан видел ее борьбу с собой и приник губами к уху девушки.
– Если хочется, стони. Не сдерживайся, – прошептал он.
Голос пленил, властвовал над одурманенным разумом, и Стефани приоткрыла рот. Мужчина тут же принялся урывками целовать ее, не позволяя снова закусывать губы. Его пальцы кружили по влажной коже в разном ритме, то ускоряясь, то замирая. Они касались самого сокровенного, дразнили, но не проникали внутрь, из-за чего девушку охватило невыносимое чувство пустоты. Оно распирало, давило, властвовало над ней.
Ноги широко разъехались в стороны. Желание заполнить пустоту стало настолько невыносимым, что Стефани двинула бедрами. Ничего она не хотела так сильно в этот миг, как отдаться. Принадлежать ему, позволить делать с собой все что угодно. Лишь бы чувство опустошенности больше не возвращалось.
Эдриан не медлил. Влаги было так много, что он с легкостью проник в девушку. Она вздрогнула всем телом, и мужчина остановился на половине. Стефани удивленно распахнула глаза и хватанула ртом воздух. Боль оказалась такой незначительной по сравнению с яркостью новых ощущений, а затем и вовсе схлынула, оставив девушку в недоумении. На уроках фехтования приходилось терпеть гораздо больше боли. Ей даже захотелось воскликнуть во весь голос: «И это все?»
– Я могу прекратить… – прошептал Эдриан, не совсем разобрав ее реакцию.
Стефани мотнула головой, и мужчина продолжил. Девушка вцепилась в его плечи, вогнав ногти в кожу. Она сжалась от неприятного распирающего чувства. Глубокий поцелуй отвлек ее, расслабил.
Первое движение вызвало всплеск новых ощущений. Стефани так тщательно прислушивалась к реакции тела, будто проводила над собой научный эксперимент, а не предавалась удовольствию. Еще толчок, и Эдриан коснулся ладонями ее щек, подул на кожу, заглянул в глаза.
– Обхвати меня ножками. – В полумраке ярко-голубые глаза
