других обстоятельствах мог бы разбудить половину лайнера, подал на резак максимальную мощность.
– Знаешь, кто этот лысый тип на кровати? – натужно дыша от прилагаемого усилия – удержать резак в руках в таком режиме было непросто, бормотал Жирафа. – Конечно, не знаешь! Откуда тебе! Тебя интересует только напиться, пожрать и подраться, да ещё этот твой червяк!
Тони хотел было поспорить, что круг его увлечений гораздо шире и разнообразней, чем это представил Жирафа, но неожиданно не нашёл что ответить.
– Это, – продолжал вещать напарник, не отрываясь от работы. – Второй вице-президент синдиката, подмявшего под себя рынок дейтерия. Благодаря ему космические перелёты – удел избранных. Эта храпящая свинья вогнала в нищету миллионы, а сейчас вон – лыбится. Если бы не приказ – никаких жертв, я бы его…
В этот момент резак сделал своё дело и Жирафа, довольно хохотнув, извлёк наружу чёрный увесистый футляр.
– Спи сладко, урод, – он продемонстрировал пребывающему в неподвижности хозяину каюты неприличный жест.
В этот момент в динамиках раздался ровный, чеканящий голос Деметры.
– Абордажной группе. Внимание. Код «разгерметизация». Обратный отсчёт – восемнадцать минут.
* * *
– Какая ещё «разгерметизация»? – Лапка и Жирафа уставились в коммуникаторы, ошарашенные командой. Тони принялся возмущаться: – У нас в запасе ещё целая прорва вечности! Эй, Эли, что за дурацкие шутки?
– Повторяю, – Деметра и не думала смеяться. – Код «разгерметизация». Всем вернуться на борт «Ренегата».
– Дерьмо какое-то приключилось, – нахмурился Жирафа. – Недаром говорят, что чужой на борту – к несчастью.
– Я бы поставил на проделки балластов, – хмуро буркнул Тони. – Они мне сразу не понравились. Однажды нам всем выйдет бортом, что их не дезинтегрировали.
– Пари? – потирая руки, предложил Жирафа.
Тони пошевелил губами, почесал в шею и хлопнул по протянутой ладони.
– Идёт! На что?
– На твою долю добычи, – предложил ставку долговязый.
– Добро, – согласился Тони и задумался. – А почему на мою? Это же…
– Давай выметаться отсюда, – не дал ему опомниться Жирафа. – Ты же знаешь, Эйлин ждать не станет.
Они выскочили в коридор, побросали награбленное в контейнеры и, выставив скорость транспортных платформ на максимум, припустили по коридору.
– Ну что за спешка, я тебя спрашиваю, – возмущался Тони на бегу. – Это же должно было стать идеальным ограблением, почему всё опять пошло через дюзы? Ты только посмотри, сколько тут барахла, бери и тащи. Когда нам ещё так повезёт?!
– Как бы это не оказалось меньшей из наших проблем, – хмуро поддакивал Жирафа. – Если выяснится, что мы провалили задание – мало никому не покажется. Перья нам знатно пощипают.
– Нет! – Тони Лапка вдруг резко остановился и отчаянно заорал. – Нет!!!
Жирафа пробежал по инерции ещё несколько метров, тормознул платформы и обернулся к напарнику.
– Ты чего? Не компрессируй, первый раз, что ли? Прорвёмся!
– Бублик, – прошептал Тони, тяжело дыша. – Бублик…
– Вот уж кого кары кэпа и Деметры волнуют в первую очередь, – решил сострить Жирафа. – Как лучшую часть нашего расчёта.
– Ты что, не видишь? – Тони била дрожь. – Бублик пропал! Я его потерял.
Он развернулся и бросился назад по коридору.
– Тони, не будь кретином, вернись! – заорал вслед Жирафа.
Потом сплюнул и поспешил вслед за платформами к транспортному шлюзу.
* * *
– Не прогоня-я-яй меня! – фальшиво пропел Солянка, используя репертуар спутницы, едва отзвучал приказ командующей «Ренегатом». – В бездну и пустоту…
– Вы что, издеваетесь? – тихо и почти вежливо спросила у своего пленителя Рой Инесса Нона Ван Ритора, стоя у него за спиной. Выглядела галактическая звезда помятой и усталой. Роскошные волосы растрепались, грим местами размазался. – Я не могу ни в какую пустоту, у меня турне…
– Я готов выслушать твои предложения, крошка, – язвительно заметил киборг, потрясая у неё перед носом наручниками. После чего повернулся к панели управления и отлаженными движениями принялся вводить последние инструкции, открывая нужные отсеки и переборки. По экрану мельтешили цифры и картинки, похоже дело шло гладко, потому как механоид довольно щёлкал челюстью. Иногда система запрашивала подтверждение, тогда Солянка с силой хлопал жетоном мастер-инженера в командный слот, и продолжал работу.
– Если хочешь остаться, можно рассмотреть вариант отпилить тебе руку, но что-то мне подсказывает, – Солянка ехидно ухмыльнулся. – Тебя такое решение не устроит. Можно попробовать отпилить руку мне, – киборг с наигранным сожалением покачал головой. – И сдать меня по частям корпоратам…
Он обернулся к узнице и, довольный растерянным выражением её лица, оглушительно расхохотался.
– Поверила, что ли? Конечно же, нет! Сдамся я – держите шлюз нараспашку! Так что, милашка, дорога у тебя только одна – отведать пиратского гостеприимства. Там у нас, скажем честно, не гранд-отель, но кушетку и пожрать найдём. Если будешь хорошей девочкой, быстро вернёшься домой.
Киборг поднялся с кресла, пихнул жетон доступа в карман и, хмурясь, посмотрел на коммуникатор.
– Да, времени в обрез. Что, метеорит в фюзеляж, стряслось такого экстренного? Неужели это из-за дурацкой иллюминации за бортом? Вечно Деметра нагнетает. Давненько я с такого прибыльного дельца не уходил с пустыми карманами.
Он схватил певицу за запястье и потянул к двери.
– Двинули. И побыстрее. Надо успеть кое-куда заскочить.
– Быстро я не могу, – с несчастным видом пролепетала девица. – Ноги устали.
– Язык у тебя устал, – Солянка сплюнул, но счёл за лучшее не спорить. Времени действительно почти не осталось. Одним движением он закинул девушку на плечо и рысью понёсся по коридору, в сторону шлюза.
* * *
Когда Жирафа добрался до шлюза, Викки, Понка и Донка как раз закатывали сильно перегруженные платформы в брюхо челнока. На их фоне улов Тони и Жирафы смотрелся жалко. В объёмном соотношении, конечно. Интерьерная утварь даже такого роскошного лайнера как «Олария Тойе» проигрывала в сравнении с техническим оборудованием и палетами, плотно забитыми продовольствием и ёмкостями с напитками разных объёмов и форм.
Вазами, картинами, креслами, визуальными панелями и тому подобными мелочами база была и так забита под завязку. Возможно, на подобный хлам и не стоило отвлекаться, но требовалось создать иллюзию бездумного и безумного грабежа, о чём их весьма однозначно предупредили перед рейдом. Впрочем, в нелёгкой жизни комет ничего не будет лишним. Вещички, даже украшенные знаменитыми громкими брендами, в пиратском оплоте в момент приходили в негодность, несмотря на пожизненные гарантии производителя. Возможности подать рекламацию пираты были лишены, потому всё повреждённое без жалости отправлялось в утиль, а из запасников тут же выуживалось новое, ранее предусмотрительно заграбастанное на всякий случай.
Само собой, мебель и оборудование шли в списках побочным продуктом. Основной упор делался на содержимое сейфов: сведения, документы и драгоценности. А это субстанции гораздо более компактные, зачастую и вовсе недоступные стороннему взгляду.
Жирафа закатил последние платформы
