Брэди встал и прочистил горло.
— Благодарю вас, мистер Блэк. Леди и джентльмены, обещаю быть кратким насколько возможно, дабы не тратить попусту ваше драгоценное время. Прежде всего, я хочу обратиться к мистеру Джону Янгу, директору «Сити Сервис», федерального агентства расследований в Нью-Йорке, одной из функций которого является надзор и регулирование действий частных детективных и охранных агентств штата Нью-Йорк. Мистер Янг?
В первом ряду сидящих представителей кампании «Санмобиля» встал худой лысый мужчина в очках с толстыми линзами. Он заглянул в бумаги, которые держал в руках, улыбнулся Брэди и, повернувшись так, чтобы быть лицом к залу, начал:
— К «Сити Сервис» обратилась «Брэди Энтепрайзиз» c просьбой расследовать (на что было согласие правительства) деятельность частного агентства безопасности, некогда принадлежавшего и управляемого Сэмюелем Броновским, впоследствии ставшего начальником службы безопасности аляскинского нефтепровода. За исключением того факта, что необычно большой процент ценностей, доверенных хранилищам фирмы, был потерян (всегда по вполне объяснимым причинам) мы не обнаружили признаков каких-либо должностных преступлений. Но меня просили, кроме того, узнать имена и отличительные особенности тех сотрудников Броновского, которые оставили фирму примерно в то же время, что и он (точнее, в течение шести месяцев до или после него). У нас получился список из десяти имен (не такая уж большая текучка кадров для такого бюро) среди которых четыре вызвали особый интерес «Брэди Энтепрайзиз». Эти имена: Хьюстон, Бринкман, Йергенсен и Нэпье.
Янг сел, Брэди снова встал и поблагодарил его.
— Далее, — продолжал он. — Для тех, кому это еще не известно: трое из четверых только что названных, уже в тюрьме. Им предъявлено обвинение в преступлениях различной степени тяжести от убийства и ниже. Четвертого из них и Броновского вам предстоит увидеть сейчас здесь. — Он подал знак Уиллоби, тот кивнул полицейским около двери. В следующий момент дверь открылась, и в проеме появились Броновский и Хьюстон, скованные одной парой наручников. Их подвели к местам в первом ряду того блока, который был отведен для людей с Аляски. На голове Броновского все еще красовалась толстая повязка, но ниже, его широкое волевое лицо было мрачным. — Коль скоро, я обещал, — проурчал Брэди. — Не будем тратить попусту время. Мы установили, что, как минимум два охранника нефтепровода и три охранника «Санмобиля» являются старыми знакомыми и действуют заодно, организуя акты промышленного саботажа, обмениваясь кодами кампаний, и ответственны за убийство. Мы установили, что Броновский является бесспорным главой заговора. Эти факты зафиксированы в показаниях многих свидетелей, которые готовы выступить с ними в суде. Но пойдем дальше. Я прошу доктора Паркера.
— Да. Я здесь. — Паркер замешкался на секунду. — Я выступаю в роли судебного хирурга для полиции Анкориджа. Мистер Демотт доставил из Прудхо-Бейя три тела. Я проводил вскрытие одного из них: инженера, убитого на четвертой насосной станции. У него наблюдалась совершенно необычная травма правого указательного пальца. Я понял, что доктор Блэйк отнес ее за счет взрыва, которым была уничтожена насосная станция. Я был вынужден не согласиться с его выводом. Палец был сломан намеренно. Других объяснений быть не может. Мистер Демотт?
Демотт встал.
— У нас с мистером Маккензи есть теория. Мы полагаем, что убитый инженер держал пистолет, когда был схвачен людьми, заложившими взрывчатку. Мы полагаем, что он узнал своих противников, и они, зная это, убили его прежде, чем он смог воспользоваться своим оружием в порядке самозащиты. Мы полагаем, что он умер, держа палец на курке. Возможно ли это, доктор?
— Конечно, вполне возможно.
— Мы подозреваем, что преступники были вынуждены сломать инженеру палец, чтобы забрать у него оружие. Мертвый человек, найденный с пистолетом в руке, неизбежно вызвал бы серьезные сомнения, действительно ли взрыв был случайностью.
— Далее, бумаги, находившиеся у него в кармане куртки, пропали. Ни я, ни мои коллеги не знаем, что было в этих бумагах. Мы просто предполагаем, что он собрал против кого-то инкриминирующие доказательства, — что может служить объяснением тому, что он имел при себе оружие. — Демотт сделал паузу. Потом сказал: — Я хочу попросить мистера Брэди дискутировать главный вопрос: кто, в конечном счете, является ответственным за разгул преступности.
Брэди снова встал.
— Мистер Кармоди, не будете ли вы столь добры, встать рядом с Броновским? Я знаю, что он в наручниках, но я также знаю, что он склонен к насилию. Доктор Паркер?
Доктор Паркер поднялся и, не спеша, подошел к Броновскому. Кармоди уже стоял с ним рядом. Доктор сказал Кармоди:
— Встаньте сзади, пожалуйста, и держите его за руки. — Кармоди выполнил распоряжение таким образом, что Броновский вскрикнул от боли, а Паркер шагнул вперед и сорвал с головы Броновского повязку, прикрывавшую затылок и висок. Доктор внимательно рассмотрел висок и выпрямился. — Это очень уязвимое место, — сказал он. — Такой удар, какой по утверждению Броновского он получил, оставил бы синяк, по меньшей мере, на две недели. Даже дольше. Как вы можете видеть, здесь нет ни синяка, ни каких-либо других следов контузии. Другими словами, — он сделал паузу для большего эффекта, — он вообще не получал никакого удара.
Брэди сказал:
— Похоже, доктор Блэйк, ваши дела принимают плохой оборот.
— Они покажутся еще хуже, — сказал Паркер, возвращаясь на свое место. — Мистер Демотт, когда был в Энкоридже, высказал пожелание, которое я вначале воспринял как весьма странное, но теперь таковым не считаю. Несмотря на то, что вы, доктор Блэйк произвели вскрытие Джона Финлэйсона, мистер Демотт попросил меня повторить процедуру. Такого не бывало. Но, оказалось, вполне обоснованным. В вашем свидетельстве сказано, что Джон Финлэйсон получил удар по затылку тяжелым мешком с солью. Как и в случае с Броновским, там не было признаков контузии. Кожа была немного содрана, что могло появиться и до, и после смерти. Важно другое: одним из моих юных коллег в крови Финлэйсона были обнаружены следы окиси этила. Следы подобных элементов довольно трудно распознать. При тщательном обследовании мы обнаружили крошечный, синий прокол непосредственно под ребрами. Дальнейшие исследования показали, что через этот прокол была введена игла или зонд, проколовший сердце. Смерть должна была наступить мгновенно. Иными словами, Финлэйсон подвергся анестезии, а потом был убит. Не думаю, что медицинские учреждения любой из наших стран смогут оспорить мое заключение.
