Мы начали строить планы. Я могла обойтись без помощи сестер, но если Океан обратится к ним, то будет знать, куда я отправилась.
Она прикажет вернуться, и мне придется послушаться. А так мы все вместе собираемся в очередное глупое приключение. Никакого риска, никакой опасности. Просто проверить свои силы.
Я составила план. Влезла в открытое окно и позаимствовала ноутбук. Зарезервировала места на лайнере, отбывающем через четыре дня. Найти билеты в один конец стоило некоторых усилий. Затем я купила билеты обратно, через две недели после нашего прибытия в Америку. Так у нас будет достаточно времени на развлечения, а я успею сделать что хочу. Я не знала, попаду на обратный корабль или нет, но намеревалась. Отель я выбрала в Орландо, столице парков развлечений. Сестер я собиралась побаловать от души, раз у меня было больше денег, чем я могла потратить. Если я смогу все устроить незаметно, то в почтовом ящике у дорогого мне домика окажется толстый конверт с долларами, адресованный на самую прекрасную фамилию в мире.
Приготовления сделаны, и я принялась строить собственные планы. Искала информацию, распечатывала карты. Также посвятила немного времени обучению. Когда мы в последний раз угоняли машину, неосторожный водитель оставил ключи внутри. Не стоит на это рассчитывать. Разве люди не понимают, как опасно выставлять в общий доступ сведения о воровстве или изготовлении бомб? Мне потребовалось всего несколько минут, чтобы научиться угонять машину.
Я снова и снова выискивала в своем плане ошибки. Оставались два непредсказуемых фактора: Миака и Элизабет. После усиленного мозгового штурма мне пришлось признать, что я никак не смогу на них повлиять. Если кто-нибудь из них обратится к Океан или поймет, что я лгу, все кончено. А вот если они узнают об Акинли… все не просто кончено – это будет полный крах. Остается только верить, что бунтарский характер моих сестер одержит верх и они не выдадут меня.
Не знаю, как Элизабет умудрилась это сделать и через какие границы ей пришлось переступить, но она достала паспорта девушек, так похожих на нас, что мы могли оказаться давно потерянными близнецами. Даже Океан не справилась бы лучше. Если бы от Элизабет можно было ожидать послушания и дисциплины, она преуспела бы в шпионаже. Она обладала бесстрашием, умом, а красота ее разила наповал. Я не сомневалась, что при желании сестра могла бы легко уничтожить парочку стран.
По документам я получила имя Тара. Миака стала Кико, а Элизабет – Вероникой. Я подозревала, что свой паспорт она выбирала с особым тщанием, чтобы имя звучало сексуально. Имя Вероника прекрасно ей подходило.
Элизабет справилась за три дня.
Миака пожелала поделиться не только вкусом при подборе гардероба, она вложила немало собственных денег. Я даже подозревала, что из моих она не потратила ни пенни. Наряды она подобрала идеально. Простые топы из качественной ткани, отлично сшитые. Фирменные джинсы всех возможных моделей. Она нашла потрясающие купальники, чтобы лежать на солнце, – у Элизабет они вызвали особый восторг. Выбранные Миакой платья подчеркивали лучшие черты каждой из нас. Одно из них оголяло ее хрупкую спину, другое облегало мои плавные формы, а третье заставляло всерьез позавидовать бюсту Элизабет. Все ее покупки сидели как влитые. Я знала, что не смогла бы раздобыть документы, как Элизабет, а сейчас, глядя на свой гардероб, осознавала, что вряд ли сумела бы превратить нас в дочерей миллионеров. Хорошо, что этим занялась Миака. Она обладала талантом подмечать малейшие детали. Наверное, поэтому ей давалась живопись. Она видела то, что не замечали другие.
Глядя на результаты их трудов, я испытывала благодарность к сестрам, которых бросила на несколько лет, а последние месяцы практически игнорировала. Все мы были связаны одними и теми же ограничениями, но Элизабет с Миакой ухитрились во многом преуспеть. Они повидали мир, наслаждаясь своей красотой и всеми доступными удовольствиями.
Я ощутила глубокий укол зависти и сожаления.
Моя служба почти окончена. Восемнадцать лет в моих глазах казались одновременно мигом и вечностью. Я так и не добилась ничего в масштабах Миаки и Элизабет, так и осталась обычной сиреной, ничего особенного. И хотя я сожалела о своей посредственности, я не могла заставить себя расстроиться. Мои мысли и надежды витали на другой стороне земного шара.
На четвертый день мы были полностью готовы к приключению. Миака с Элизабет радовались возможности попробовать что-то новое. Я тоже радовалась, но совсем по иной причине. Я знала, что многим рискую, но к тому времени готова была принять смерть, если план провалится.
Раньше я называла нашу службу полужизнью, потому что жизнь моя мне не принадлежала. Последний год я не чувствовала даже половины от отпущенной мне доли. Я больше не могла довольствоваться простым существованием. Если Она решит в наказание забрать меня – хорошо. Единственной надеждой оставалось, что Она пощадит Акинли. И что сестры не будут наказаны, потому что ничего не знали о моих истинных намерениях.
Посадка на корабль вызвала сенсацию. Мы прибыли в порт на взятом напрокат лимузине и вышли из машины в одежде от лучших модельеров, с модными сумочками, под взгляды восхищенных зевак. Утром были приложены усилия, чтобы все трое выглядели завораживающе, так что наше появление стало даже лучшим началом, чем я надеялась. Нас снимали на телефоны. Без каких-либо просьб с нашей стороны кто-то из команды тут же отнес багаж в каюту. Молчание не создавало проблем – люди не ожидают, что богатые заговорят с ними по доброй воле.
Всю дорогу нас провожали глазами. Пассажиры гадали, кто мы такие. Очевидно, что мы богаты. Возможно, даже знамениты. Родственницами мы оказаться не могли, по крайней мере с Миакой, но, может, мы принадлежим к какому-то обществу? Никто не знал, как нас воспринимать. Первое впечатление превратило нас в звезд круиза. Нас обожали только за то, что мы красивы и хорошо одеты.
Я заказала три просторные соседние каюты. Так мы могли при желании уединиться, но, как правило, мы держали двери открытыми и ходили по всем комнатам не стесняясь. Прыгали на кроватях и ели великолепные блюда только ради того, чтобы насладиться вкусом.
Мы облюбовали бассейн на самой оживленной палубе. Миака выбрала вызывающее бикини. Помню, как я боялась раздеться перед Акинли. Сейчас меня совершенно не волновали глазеющие мужчины. Их взгляды ничего для меня не значили. Я была недоступной для них женщиной и едва замечала их существование. А вот Элизабет наслаждалась тем, что все мужчины вокруг, холостые и нет, разглядывают ее с головы до ног.
