– Эй, утихомирьтесь! – Питер встал между братьями и помог Рейвену подняться на ноги. – Вы ведете себя как драчливые юнцы оруженосцы! Какой пример подаете солдатам, которых вам завтра предстоит вести в бой?
– Если действовать по моему плану, никакого боя не будет, – заявил Люсьен. – Ради леди Адриенны я хочу избежать кровопролития. Иначе она возненавидит меня.
Люсьен выглянул из палатки и осмотрел лагерь своих сторонников.
– Венчание состоится в три часа дня, а за пиршественный стол мы сядем в шесть. Стражники к тому времени уже будут спать сном праведников, а сэр Кристиан проследит за тем, чтобы подъемный мост был опущен, а ворота замка открыты. Вы въедете в них и присоединитесь к пирующим. Ну а потом… потом владычеству Озрика в Эйншеме придет конец, и баронское кресло займу я!
– Мы не подведем тебя, появимся в замке к условленному сроку! – торжественно заявил Питер.
– И как всегда, будем тебя прикрывать, – добавил Рей-вен, выходя из палатки вслед за Люсьеном.
– Я в этом нисколько не сомневался. – Люсьен отвязал своего коня, вставил ногу в стремя и вскочил в седло. Но прежде чем ускакать, обратился к Рейвену, которого только что ударом кулака сбил с ног: – Ты уж прости меня, брат, ладно?
– Погоди! – воскликнул Рейвен, пропустив извинения брата мимо ушей. Бегом вернулся в палатку, взял сумку и принес Люсьену. – Вот вещи, которые, если верить сэру Кристиану, тебе хотелось бы иметь при себе. Как видишь, мы все предусмотрели.
Люсьен покачал головой, улыбнулся, кольнул жеребца шпорой и растаял в темноте. С минуту Рейвен еще слышал треск кустарника, тяжелый топот боевого коня, после чего все стихло.
Рейвен вернулся в палатку и, отряхивая плащ, обратился к Питеру:
– Что на него нашло?
– Ничего, Просто он влюбился, – ответил Питер и отправился проверять караулы.
– Да ну? – Рейвен так удивился, что даже перестал счищать грязь со своего нарядного плаща и застыл, всматриваясь в заросли, где пару минут назад скрылся Люсьен.
Глава 21
– Постарайся улыбнуться, миледи. Ведь сегодня день твоей свадьбы, – сказала Мэгги, заплетая серебристые волосы Адриенны в тонкие косички, обрамлявшие ее печальное мраморно-белое лицо. В косы были вплетены изумрудно-зеленые ленты, в тон подвенечному платью. – Жаль, что ты себя не видишь, – продолжала трещать служанка. – У твоего жениха глаза на лоб полезут, когда он увидит, какая ты красивая.
– Ну, если ты так думаешь…
– Да чего тут думать? Ты красавица, каких мало! Любой тебе это скажет…
Служанка сложила на груди руки и отступила на шаг, чтобы полюбоваться на свою работу. Приемная внучка лорда Озрика была и в самом деле неотразима в подвенечном наряде. Сквозь разрезы шелкового изумрудно-зеленого платья проглядывала тонкая, тоже шелковая, рубашка цвета слоновой кости. По подолу и вороту платья серебром и золотом были вышиты сказочные звери и геометрические фигуры восточного орнамента. Серебристые волосы девушки, за исключением болтавшихся у висков нескольких тонких косичек, рассыпались по плечам. Голову украшал венок из зеленого плюща с белоснежными цветами вишни и зелеными шелковыми лентами. На груди поблескивала нитка жемчуга с крупным изумрудом в центре. По мнению Мэгги, Адриенна ни статью, ни красотой, ни нарядом не уступала принцессам из легенд о короле Артуре. Вот только лицо было бледное и печальное и напоминало трагическую маску из античного театра.
– Я тебе еще нужна, миледи?
– Нет, не думаю.
– Тогда я спущусь в зал, скажу, что ты готова ехать в церковь.
– Спасибо, Мэгги.
– Пожалуйста. Постарайся не измять платье. – Служанка ушла.
Но Адриенне было не до нарядов. Плюхнувшись с размаху на постель, она без устали задавала себе один-единственный вопрос: как ей пережить наступающий день?
Сказать по правде, она хотела замуж за Люсьена. Более того, в другое время она от всего сердца возблагодарила бы Господа за то, что ей выпала честь связать себя узами брака с этим человеком. Но проблема заключалась в том, что она не могла, не имела права испытывать радость при мысли о предстоящем венчании: слишком свежа была в ее сердце рана после смерти горячо любимой сестры.
– Леди Адриенна?
– Я здесь.
Дверь распахнулась, и на пороге появился сэр Хьюберт.
– Миледи… – начал было он, но, увидев Адриенну в подвенечном платье, замолчал, сраженный ее красотой. Однако тут же взял себя в руки и, откашлявшись, сказал: – Миледи, тебя ждет у парадного входа оседланная белая кобыла. Мне велено тебя сопровождать…
Адриенна, кивнув, вздохнула и поднялась с постели. Взяв сэра Хьюберта под руку и застенчиво улыбаясь, она вместе с ним вышла из комнаты.
В большом зале суетились слуги. Свадебный пир должен был начаться после возвращения молодых из церкви. Когда Адриенна и Хьюберт проходили мимо, мужчины и женщины, глядя на невесту, таращили глаза, цокали от восторга языками и принимались кланяться.
То же самое происходило и во внутреннем дворике. Солдаты, каменщики, плотники, водоносы, прачки – никто не мог сдержать восхищения, глядя на невесту. Но Адриенна ничего не замечала, заставляя себя улыбаться.
– Леди Адриенна?
Она вздрогнула и повернулась к сэру Хьюберту. Он протянул ей руку, чтобы помочь забраться на лошадь.
– Если ты не хочешь идти замуж, уверен, лорд Озрик не станет тебя неволить, – неожиданно произнес он.
– Так ты думаешь, что я не хочу венчаться с сэром Люсьеном?
– Я не знаю. Сама скажи: хочешь ты этого или нет?
– Да, хочу, – кивнула она. – Только вот…
– Понятно, смерть сестры…
– Совершенно верно.
– Я тебя понимаю. И все остальные тоже. При других обстоятельствах тебе пришлось бы ждать, когда закончится траур. Но твой жених состоит на королевской службе. А приказы короля, как известно, не обсуждаются.
– Я знаю. Именно поэтому свадьбу нельзя отложить. – Пожав плечами, Адриенна глянула на стоявшую перед ней белоснежную кобылу. Грива у нее была почти такая же светлая, как ее собственные волосы, и тоже отливала серебром.
– За последний год, – прошептала Адриенна, – я поняла, что жизнь – штука непростая. Иногда приходится нарушать кое-какие правила.
– Уверен, миледи, с сэром Люсьеном тебе будет хорошо и спокойно. А когда он уедет… – сэр Хьюберт смущенно кашлянул, – ты смело можешь положиться на меня. Я всегда готов прийти тебе на помощь.
– Благодарю тебя, – улыбнулась рыцарю Адриенна. – Я буду иметь это в виду.
Улыбнувшись ей в ответ, Хьюберт обхватил ее за талию, приподнял и посадил в седло. Сам же он, согласно свадебному ритуалу, должен был идти рядом, ведя ее лошадь под уздцы.
