замирать и не шевелиться, пока тебя фотографируют.
– Всем оставаться на месте! – громом раскатился над нашими головами зычный голос мисс Боулер. Первоклашки перестали хныкать, старшеклассницы прекратили заплетать друг другу волосы. – Не возиться, не вертеться и улыбаться!
– На счёт «три»! – громко объявил фотограф. – Один, два…
– Три! – громко крикнуло сразу несколько голосов, и все мы дружно расхохотались.
Миссис Найт вздохнула так сильно, что я услышала её даже в своём третьем ряду.
– Ещё раз, пожалуйста, – сказала она.
После того как фотографу удалось, наконец, сделать снимок, нас погнали назад, в школу. По дороге я мысленно представляла себе будущую фотографию. Возможно, мы будем напоминать на ней нашу маму и тётю Сару, которых видели на старой фотографии, что показывала нам мисс Джонс.
– Вот и прекрасно! – с улыбкой воскликнула миссис Найт. – Поместим эту фотографию в информационном вестнике нашей школы!
Все уроки в тот день я просидела как на иголках, а как только мы с сестрой возвратились в нашу комнату, немедленно бросилась переодеваться в чёрное балетное трико. Айви, в отличие от меня, никуда не спешила, нашла кошачьи маски, которые мы с ней сделали, и привязала к ним бечёвки, чтобы крепить их на голове. Я надела чёрную юбочку, булавкой приколола к ней сзади сделанный из носка хвост. Блестяще! Изумительно!
– Ты готова? – с улыбкой спросила я у Айви.
– Как всегда, – ответила она, надевая на лицо маску.
Мы спустились по лестнице в окружившей нас толпе ведьм, клоунов, привидений и целого зверинца, состоящего из самых разных животных.
Как же отличалась – в лучшую сторону, разумеется! – эта пёстрая толпа от обычного унылого моря школьных униформ. Все девочки оживлённо переговаривались, наши голоса эхом отражались от стен и потолка, напоминая гудение пчелиного роя. Я во все глаза смотрела по сторонам сквозь прорези своей маски.
Массивные входные двери Руквудской школы были распахнуты настежь, сквозь них в фойе лился поток свежего вечернего воздуха. Всё было замечательно, только прохладно слегка. На улице кто-то уже зажёг факелы, освещавшие весь путь от крыльца до спортивной площадки.
Взглянув на эту площадку, я не могла удержаться, чтобы не ахнуть. Всегда бывшая просто унылой пустой травянистой лужайкой, она преобразилась. Сейчас на ней горели факелы, стояли многочисленные маленькие столики, а в дальнем конце темнела огромная груда поленьев, которая вскоре должна была превратиться в костёр. По всей площадке расхаживали девочки в маскарадных костюмах и масках, а среди них кое-где встречались более высокие фигуры – я решила, что это, должно быть, преподаватели и, возможно, чьи-то родители.
Айви при виде площадки тоже ахнула, но ахнула не так, как я, а менее восторженно и, пожалуй, несколько… испуганно.
– Что с тобой? – шёпотом спросила я, приподняв свою маску.
– Огни… Совсем как в моём сне, – растерянно прошептала она в ответ.
Я тем временем проводила восхищённым взглядом проходившую мимо нас девочку в костюме скелета. Блеск! Никогда не видела столько ряженых людей в одном месте.
– Пойдём, – сказала я, хватая свою сестру за руку. Я чувствовала, что на этом празднике нас ждёт ещё много чудес, и мне не терпелось увидеть их все до единого.
– Сюда, сюда! – услышала я крик, когда мы с Айви зашли на лужайку. Это кричала миссис Найт. На сегодняшний праздник она пришла в костюме совы, расшитом настоящими перьями, и с привязанным поверх носа картонным клювом. Она стояла возле огромного котла, наполненного водой, в которой плавали яблоки. – Попытайте счастья в ловле яблок ртом! Без помощи рук!
Первой к котлу подошла Анна Сантос с кроличьими ушками на голове и опустила голову в котёл. Вынырнула она с мокрым лицом, одно кроличье ухо завернулось у неё куда-то в сторону, но зато с яблоком в зубах.
Все вокруг громко захлопали в ладоши. Похоже, Анна нашла, наконец, занятие, в котором могла с блеском проявить себя.
Я снова потянула Айви за руку:
– Всё совсем неплохо, правда? Очень весело. И совсем не страшно.
– Не знаю, – тихо ответила Айви. – Меня не отпускает такое чувство, будто за всем этим стоит Эбони… Затаилась и ждёт минуты, чтобы вновь облапошить нас. Мне весь этот праздник видится какой-то западнёй, которую она устроила.
Я посмотрела по сторонам, но была Эбони сейчас на лужайке или нет, не поняла. Ведь многих было просто невозможно узнать в маскарадных костюмах, к тому же их лица скрывали маски, да и почти стемнело уже.
Мы подошли к стоящим в ряд грубо сколоченным столикам, и здесь я заметила знакомую маску льва.
Ариадна. Она тоже увидела нас, узнала и замахала рукой, подзывая к себе.
– Смотрите! – сказала она, когда мы подошли ближе. – Мы тыквы вырезаем!
Она сунула мне в руки тыкву, а я спросила:
– И что же из них вырезают?
Рядом со мной возникла странная фигура, покрытая, как и миссис Найт, перьями, но с синим лицом и ножом в руке.
– Мы фонарики из них делаем!
Я присмотрелась, и узнала это чудо в перьях. Им оказалась мисс Пеппер.
– Ой, а вы… кто сегодня, мисс? – ошеломлённо спросила я.
– Как это кто? – слегка обиделась она и сделала пару шагов назад, чтобы выйти на свет. – Я павлин, разумеется! – Она повернулась, и я увидела прикреплённый у неё пониже спины веер из павлиньих перьев. Он смотрелся мило, конечно, хотя немного… странно. – Будьте осторожнее с ножами, девочки, они очень острые. А так всё просто. Срезаем у тыквы донышко, вынимаем мякоть, прорезаем глазки-носик-ротик, вставляем внутрь зажжённую свечку, и – алле-гоп! – готово. – Она увлеклась и так взмахнула своим ножом, что мы с сестрой невольно пригнулись. – Фонарики! Фонарики! Чудесные фонарики! Между прочим, это традиционное украшение на Хэллоуин в Шотландии. Занятно, верно?
Я не видела, но почувствовала сердцем, как поморщилась Айви под своей маской. Шотландия… Даже здесь Эбони сумела оставить свой след.
Мисс Пеппер вручила мне нож, причём подала его рукоятью вперёд, слава богу.
– Давай, попробуй сама. У тебя получится, я знаю.
И с этими словами уплыла прочь, помахивая своим ярким хвостом.
Я пожала плечами, взяла тыкву и начала её вырезать, как объяснила мисс Пеппер. Между прочим, занятие это оказалось намного труднее, чем я ожидала.
Возле стола вырезали тыквы другие девочки и несколько человек взрослых, родителей. У меня на секунду мелькнула мысль, нет ли среди них отца Эбони, но я её сразу же отбросила. А ещё я молилась, чтобы сегодняшним праздником не заинтересовалась наша мачеха. Для того чтобы появиться здесь, ей даже костюм не надо было придумывать, она и так готовый монстр, сама по себе.
– Твой отец приедет,
