нормального доспеха, из каких-то обрезков сшили ещё и бронелифчик с трусами. Чисто по приколу, но ей понравилось, тем более что с её даром щитовика в особой защите она и не нуждалась.
Кхм… пожалуй, не стоит виверне об этом знать.
Сидеть на виверне оказалось не слишком удобно, тем более без седла. Более или менее нормально — только на спине, между лопаток, между первым и вторым спинным гребнем. Да ладно, я же не привередливый.
Зачем я вообще решил покататься? Да потому что второй раз в этот разлом я точно не полезу. И, к сожалению, добычу ресурсов здесь организовать не получится. А значит, надо за раз всё вывозить, что не приколочено, а то, что приколочено — отрывать и вытаскивать.
Через «моих» виверн, которые передвигались стайкой и вполне успешно уничтожали всё, что шевелится, я уже немного осмотрелся. Разлом представлял собой остров, кажется, в море. И на нём росли гигантские деревья. Такие высокие, что грозили этот остров опрокинуть вверх ногами. Но хотелось и своими глазами глянуть. Виверны могли просто не заметить что-нибудь ценное. Например, они нигде не находили кристалл.
А пока мы с Лавой присоединились к тотальному геноциду местного населения. Вдруг и в этом разломе нет кристалла, и он закроется со смертью последнего обитателя?
Надо сказать, превосходство моей виверны над местными недовивернами было тотальным. В скорости, маневренности, в силе. Но особенно — в вооружении. У местных ящериц были только зубы, как у крокодила, и когти. А вот Лава дышала огнём. И вскоре на землю посыпался дождь из ящериц прожарки «well done», с хрустящей корочкой.
«Чип, уточни у Ариэль, они шкуры с ящериц снимать собираются?»
«Как, хойзяя? Её ж мая не понимати!»
«Ты её тоже не понимаешь, но жестами-то показать можешь?»
«Да, хойзяя… Чип сделать, хойзяя…»
Кристалла нигде не было, но и сам разлом не закрывался. Мы с Лавой полетели на ещё один круг, и тут я заметил ЕЁ. В воздух, тяжело взмахивая крыльями, поднималась явно королева всех местных ящериц. По размерам — даже больше Лавы. Но, похоже, туповатая. И вверх не смотрела. Привыкла, что на этом острове она — самая большая ящерица.
Мы зашли на неё сверху с хвоста. Лава синхронизировала скорость так, что мы почти зависли над большой крылатой крокодилицей, плавно её догоняя. И в последний момент я просто перепрыгнул с одной на другую. Пробежал вдоль хребта от хвоста до головы, и, не давая зверюге опомниться, снёс ей голову, после чего прыгнул ласточкой вниз.
Виверна догнала меня на полпути до земли, полетела рядом, подстроилась, и резко, одним взмахом крыльев вышла из пике, когда убедилась, что я зацепился. В глазах помутнело от перегрузки. А внизу, ломая ветки, грохнулась туша «королевы ящериц».
А вскоре и кристалл нашёлся. Большая ящерка, оказывается, его охраняла. А то, что виверны её не нашли — так они и не искали. Даже после смерти королевы рядовые виверны, и живые, и призванные, продолжали облетать это место стороной. Похоже, это у них такое правило здесь было установлено — не тревожить королеву по пустякам. И, если подумать, хорошее правило.
Разбив кристалл и получив вознаграждение в виде волны энергии, я вернулся к девчонкам.
— А-а-а-а… — дружно разинули они рты, когда я приземлился рядом с ними.
«Скажи им, — обратилась ко мне Лава, — что если они из шкур нашьют себе трусов, я с ними дружить не буду!»
— Да вот, приручил одну, чтоб не бегать, — соврал я в ответ на немой вопрос в глазах инферняшек. — Она только просила трусы из шкур не шить, у неё пунктик на этом.
— И не собирались… — похлопав глазами, ответила Ариэль. — Это же неудобно, и натирать будет…
— Я пыталась приручить, — заговорила её «соотечественница», девушка с таким же цветом кожи, — но у меня ничего не вышло. Их было много, и они были агрессивными. Мои попытки только ещё больше их распаляли.
— Надо не пытаться, надо брать под свой контроль, — объяснил я ей. — Когда ты пытаешься — они чувствуют твою неуверенность. Иди сюда, вот тебе наглядное пособие. Заставь её тебя прокатить.
«Э! Мы так не договаривались!» — возмутилась Лава.
«Вот именно! Но если она тебя убедит…»
«Ха! Да не родилась ещё такая… Ой… а это приятно…»
Инферна, осмелев, подошла к виверне и положила руку ей на шею. Астральным зрением я видел, как от неё расходились волны энергии.
Лава, как будто большая кошка, всё ниже склоняла голову, подставляясь под ласковые прикосновения, и в какой-то момент почти легла на землю. Тут-то её инферняшка и подловила, одним скачком оказавшись на спине.
«Ах ты мелкая сучка! — возмутилась Лава. — Но хотя ладно, так уж и быть…»
Она взмахнула крыльями и взлетела под дружные визги подруг. Даже Чип в ладоши похлопал.
Мы задержались в этом разломе ещё на несколько часов. В основном, придумывая, как из него выйти. Всю добычу — а это в основном шкуры, кое-что из растений, ядра виверн, особенно жёлтое с «королевы», несколько яиц — всё тщательно упаковали в тюки, перевязав лианами. С таким расчётом, чтобы виверна могла схватить тюк лапами и закинуть в окно разлома.
Первыми на выход пошли инферняшки. Тоже тот ещё квест. Пришлось им скакать с ветки на ветку, пока не оказались чуть выше окна разлома. А вот уже там — короткий разбег, скачок и в конце полёт щучкой. Надеюсь, на выходе они сумеют нормально сгруппироваться. Последними со мной остались Ариэль и Чип.
«Лава, дорогая, можешь что-нибудь покричать в голос?»
«Чтобы твоя самка не догадалась, что ты управляешь этими мелкими летучими мышами?»
«Она не моя самка, но да, ты права!»
«Может быть, я ещё молода и наивна, — усмехнулась Лава, погибшая в возрасте нескольких сотен лет, если мне не изменяет память, — но вот этот запах, который она источает…»
«Так, всё, я тебя понял! Спасибо за
