достал грузовик! — обрадовал меня Мальцев. — Как вы и говорили, Павел Лаврентьевич одолжил. Мы уже подъезжаем. Можете выделить нам людей на погрузку?
— Вы? — удивился я.
— Господин уездный комиссар со мной едет. У него к вам какой-то серьезный разговор. Так что насчет людей?
— Приедешь, поговори с Арсением.
Мальцева я отправлял в Столицу с грузом магического пива. Пора было открывать торговлю. Стараниями князя Голицына наш уникальный товар приобрел такую популярность, что столичные аристократы заранее записывались в очередь у императора. По слухам, не обошлось без дуэлей — два князя поспорили из-за места в очереди и выясняли между собой отношения на мечах. Оба остались живы, про дуэль сообщили в новостях, и очередь за сутки выросла еще на сотню человек.
Вот только везти пиво было не на чем. Своим транспортом я еще не обзавелся. Поэтому на правах друга и губернатора обратился к Павлу Лаврентьевичу Тишину, который так и командовал управой уездного города Холмска.
И вот Семен Евграфович сообщил, что грузовик есть.
Отлично!
Я подозвал Захарова.
— Костя, раз уж парни все равно здесь, прокатись с ними до аномалии Природы. Надо погрузить магическое пиво в машину.
— Сделаем, Никита! — кивнул Захаров. — Слушай, тут у парней вопрос к тебе.
Я вопросительно посмотрел на гвардейцев.
— Какой вопрос?
Один из парней шагнул вперед.
— Ваше высокоблагородие, господин барон!
Захаров сердито нахмурился, и гвардеец торопливо поправился:
— Никита Васильевич, вы можете сами нас потренировать?
— Тех, кто захочет служить у меня — обязательно. Кто останется в губернской гвардии — посмотрим.
Захаров торжествующе улыбнулся.
— Попали?
В ворота поместья вперевалку въехал большой фургон. К моему удивлению, Семен Евграфович сидел не за рулем, а рядом с водителем. Кабина фургона была просторной — так что рядом с Мальцевым спокойно поместился Тишин.
— Видали, господин барон? — гордо спросил Семен, выпрыгнув из кабины. — Красота! Знаете, сколько ящиков сюда влезет? Я уже подсчитал! Вот!
И он попытался всунуть мне в руки лист бумаги, исписанный карандашом.
— С этим — к Кире Андреевне, — сказал я Мальцеву. — Бухгалтерией занимается она. Об арендной плате за фургон вы договорились?
— А как же, — кивнул Семен Евграфович. — И аренда, и водитель — все, как положено. А Кира Андреевна у себя?
— Да, — сказал я.
Кира облюбовала себе кабинет на втором этаже главного дома. Мебель мы заказали в Холмске, прикрутили на крышу ретранслятор Сети, чтобы у Киры была связь со Столицей. Несмотря на занятость, Кира не хотела бросать адвокатскую практику, а я ее в этом поддерживал.
Семейной жизни практика не мешала, а Кире нравилось. Так почему нет?
Семен Евграфович убежал в дом, а я подошел к Тишину.
— Спасибо за машину, Павел Лаврентьевич. А ты чего сам приехал? Что-то случилось?
— Я к тебе с жалобой на Новикова, Никита Васильевич, — ответил Тишин, пожимая мне руку.
— Рассказывай, — кивнул я.
— Мои люди повезли в Новгород ресурсы — сдавать в казну. А Новиков у склада машины завернул и обратно отправил.
— Почему? — удивился я.
— Потому что ресурсы должен принимать заместитель губернатора по хозяйственной части.
— Ну, так пусть примет. В чем проблема?
— Проблема в том, что нет у тебя такого заместителя.
— А куда он делся? — удивился я.
— При Цепляеве заместителем числился Прокудин. Но фактически Цепляев всегда сам принимал ресурсы, вместе с представителем казначейства.
— Ага, — кивнул я. — Ну, так пусть представитель казначейства примет.
— Он один не имеет права. А Новиков запретил открывать склад. Тоже не хочет на себя ответственность брать без твоего приказа. Поговори с ним, Никита Васильевич.
— Поговорю, Павел Лаврентьевич, — пообещал я.
И поморщился. Проблему это не решало. Кроме Холмска в губернии есть и другие уезды. И если из-за каждой машины с ресурсами мне придется звонить Новикову, то больше ни на что времени не останется.
Я внимательно посмотрел на Тишина.
— Павел Лаврентьевич, а ты не хочешь стать моим заместителем?
— Я? — удивился Тишин.
— Да. Ты, смотрю, в этом деле разбираешься. А у заместителя губернатора и жалованье побольше, верно?
— Верно, — подумав, кивнул Тишин.
— Будешь главным в губернии по ресурсам. Я в твои дела с проверками лезть не стану.
— Родом я для такой должности не вышел, Никита Васильевич, — вздохнул Тишин. — Я из мелкопоместных дворян, ты же знаешь. Титула нет.
— Титул — дело наживное, — усмехнулся я. — Поговорю с его величеством. Не может быть, чтобы Империи не пригодился толковый барон Тишин. Что скажешь?
— Можно попробовать, — осторожно ответил Тишин. — Временно.
— Временно, временно, — усмехнулся я. — Спасибо, Павел Лаврентьевич. Считай, с сегодняшнего дня ты на службе. Указ о назначении Кира Андреевна напечатает, я ей скажу.
— Только Новикову позвонить не забудь, — напомнил мне Тишин.
— Прямо сейчас позвоню, — сказал я.
Достал магофон и тут же сунул его обратно в карман. Потому что увидел, что к воротам усадьбы подъезжает машина Новикова.
— А вот и он сам! Тоже с жалобой приехал, что ли?
Захаров, который продолжал муштровать гвардейцев, при этих словах помрачнел.
— Никита, слушай! Мы с ребятами, наверное, поедем, да? Ты же сам говорил, что надо срочно пиво грузить в машину.
— Погоди, — остановил я его. — Сдается мне, Костя, что господин генерал приехал по твою душу.
— Ну, и что? Только ругань получится, и больше ничего. А все ребята уже все равно хотят в твою гвардию.
— Вот сейчас мы этот вопрос и закроем сразу.
Новиков шагал к нам парадным строевым шагом. Его светлые глаза метали такие молнии из-под густых бровей, что гвардейцы побледнели и замерли.
А Захаров, наоборот, покраснел и воинственно выпятил грудь.
— Что же это происходит, Никита Васильевич? — издалека гулким голосом начал Новиков. — Среди белого дня подчиненных сманивают!
— Погоди, Георгий Петрович, — остановил я генерала. — С этим мы разберемся. Но, чувствую, что битва у
