Конечно, ее помолвка разорвалась, когда ее жених узнал о ее неверности. Мои родители ничего не знали о ее поступке, потому что я не хотела портить отношения отца с его братом. Единственным человеком, который знал о ее реальности, был Линь, и меня это вполне устраивало.
Мои мысли были прерваны тошнотворным ароматом роз.
— О, Наз! Я по тебе соскучилась. Какая милая квартирка, — пролепетала она, обнимая меня.
Я натянула фальшивую улыбку и пригласила ее войти, но не раньше, чем прислонилась головой к входной двери, чтобы сделать глубокий вдох. Как она могла стоять передо мной, как будто не она была ключевой фигурой в спектакле моей жизни?
Когда я вошла в гостиную, Линь была занята тем, что болтала с моими родителями и, как всегда, смешила их. Я поправила барный стул, который устанавливала, когда Джас складывала свои вещи у двери, вероятно, опасаясь, что ее дизайнерский багаж будет испорчен.
—Наз, вот свадебная открытка. Я уверена, что ты найдешь время, чтобы присутствовать на ней, — сказала мама, положив на журнальный столик ярко-оранжевую открытку.
— Мам, я же говорила, что у меня много работы. К тому же я не взяла с собой наряд.
Отличная отговорка, чтобы не идти на свадьбу.
С тех пор как я переехала к ним после разрыва, я выполняла все их пожелания, но я не могла вынести свадьбу, на которой все будут осуждать меня. Пытаясь найти выход из этой семейной ситуации, я отправилась на кухню, чтобы приготовить чай. Только я наполнила кастрюлю водой, как в дверь постучали.
— Пожалуйста, не надо больше семьи, — взмолилась я Вселенной, внутренне сокрушаясь.
— Я сама! — воскликнула Линь, направляясь к двери.
Я бросила пакетик чая и имбирь, дала чаю закипеть и пошла сидеть с родителями. Только я собралась сесть на диван, как в гостиную донеслись тяжелые шаги.
— Эй, ты оставила это у меня, — произнес глубокий мужской голос, который снился мне слишком часто за последние несколько дней.
Я зажмурила глаза, пытаясь проснуться от этого кошмара, и, обернувшись, увидела, что Джордан стоит и кладет мою сумочку на обеденный стол. Ту самую, ради которой я перевернула вверх дном свою квартиру. Чтобы попасть в квартиру, мне пришлось воспользоваться временным сканирующим бейджем на работе и ключами Линь. К счастью, права и кредитные карты я хранила в другом бумажнике.
Когда Джордан поднял глаза от стола, его взгляд остановился на мне, а затем он увидел мою семью, сидящую в гостиной и смотрящую на него с любопытством и небольшой враждебностью со стороны моего отца. Поймав на себе их пристальные взгляды, я придумала тысячу оправданий тому, почему этот человек оказался в моей квартире и почему, черт возьми, у него моя сумочка. Ни одно из них не выглядело достаточно убедительным, поскольку я стояла так, словно мои родители раскрыли грязный секрет.
— Здравствуйте, я Джордан, — поприветствовал он, проходя мимо меня к моим родителям.
Они резко встали, рассматривая этого человека, у которого в квартире, очевидно, были вещи их дочери, и уставились на него, как хищные звери. Мой шестиметровый отец стоял рядом с гигантом шести футов четырех дюймов в моей гостиной, а моя мама еще никогда не выглядела ниже этих двух мужчин. Я не могла подавить смех.
Джордан повернулся к моей кузине и решил, что быстрый кивок будет достаточным приветствием.
— Чем ты занимаешься на работе? — это был первый вопрос, который задала моя мама, и я поднесла обе руки к лицу, чтобы скрыть свое смущение. Она ни за что не стала бы допрашивать его, даже не выяснив, кто он такой. Он мог бы быть моим швейцаром, если бы она об этом знала.
— Можешь не отвечать, — сказала я Джордану, надеясь, что если он просто будет молчать, то я смогу быстрее вывести его отсюда.
Он, конечно, проигнорировал меня.
— Я работаю в Spectrum вместе с Сарвеназ. Я - руководитель ее группы.
Я посмотрела на маму и увидела, что на ее строгом лице промелькнул огонек одобрения.
— А в каком университете ты учился? — спросила она, и я хотела остановить ее, но Джордан, казалось, с удовольствием отвечал на ее вопросы.
— В Колумбийском. Я получил там степень по бизнесу, — как только из его уст прозвучало название университета Лиги плюща, у моей мамы практически потекли слюнки.
— Медицинская история? — спросила она, глядя на его безошибочно здоровое телосложение, и у меня отпала челюсть.
— Мама! — вмешалась я, раздосадованная ее вопросами. В ответ она пронзила меня цепким взглядом, но тут же села обратно. Я взглянула на отца, который по-прежнему выглядел так, словно планировал какое-то сложное убийство, и прежде чем я успела что-то сказать, заговорила Джас.
— Наз, кто этот человек, которого ты прячешь? — она встала с дивана и направилась к Джордану, пожирая глазами его крупную фигуру. Ее жадный взгляд на то, что я хотела сохранить для себя, раздражал меня больше, чем ее присутствие раньше. Неужели ей не хватило?
— Я Джас. Мне бы хотелось познакомиться с тобой поближе, раз уж моя маленькая кузина не удосужилась меня представить, — промурлыкала она, положив руку на его руку.
Мне захотелось вырвать ее руку из гнезда, но я сохранила самообладание. Я посмотрела на Линь, которая охала, глядя на попытку Джас соблазнить Джордана. Она понятия не имела, кто он такой, но решила, что будет уместно начать приставать к нему? Я видела, как она делала это бесчисленное количество раз, всегда немного слишком интересуясь моими парнями, в частности, одним. Не то чтобы Джордан был мне чем-то дорог, но как ужасно было бы, если бы я выплеснула горшок горячего чая на ее самодовольную физиономию?
— Он...
— Ее парень!
Я перевела взгляд на Линь, и мои глаза расширились от того, что она только что произнесла. Родители повернулись к ней, затем посмотрели на меня в поисках объяснений. Слова не шли с языка, я была потрясена молчанием моей лучшей подруги, которая явно находилась в состоянии психоза. Слова, повисшие в воздухе, удушливо витали в комнате. Когда глаза Линь встретились с моими, на ее лице появилось чувство вины, а на лбу - тревога.
Я собиралась убить ее.
Прежде чем я успела исправить ситуацию, объяснив, что у меня нет объяснений, заговорила моя мать.
— Сарвеназ! Ты скрывала это от нас? Поэтому ты хотела переехать в Нью-Йорк? — укоризненно сказала
