Выход то там…
— Чем больше их соберётся там, тем свободнее будет тут. Простая математика.
Вика несколько секунд смотрела на меня, словно оценивая, шучу я или говорю серьёзно. Потом её губы дрогнули в подобии улыбки.
Мы двинулись вдоль стены дома, стараясь держаться в тени. Путь к красной отметке лежал через несколько жилых кварталов. Не самый опасный маршрут, но и не самый безопасный.
— Как думаешь, у нас есть шанс? — тихо спросила Вика, когда мы остановились перед пересечением двух улиц. Она внимательно осматривала пространство перед нами, выискивая признаки опасности.
— Шанс есть всегда, — ответил я. — Вопрос в том, сможем ли мы им воспользоваться. В любом случае — даже если тебя съели — у тебя остается два выхода.
Вика хмыкнула.
— Двигаемся быстро и тихо, — сказал я, прикидывая маршрут. — По теневой стороне, избегаем открытых пространств. До красной отметки ещё около километра.
Вика проверила магазин своего пистолета и кивнула:
— Веди, я прикрою спину.
Минут за 20, постоянно меняя направление, пробираясь между домами, мы добрались до точки, отмеченной на карте красным. Вика следовала за мной почти бесшумно, словно тень.
Во дворе многоэтажек, прямо в детской песочнице — там, где когда-то играли дети, смеялись и строили замки из песка — стояли армейские ящики. Они выглядели неуместно: тёмно-зелёные, с военной маркировкой, окружённые разноцветными пластиковыми игрушками, частично занесёнными песком.
Мы направились к ящикам, осторожно ступая по песку. Вика осматривалась по сторонам, держа пистолет наготове. Её дыхание было размеренным, но я видел напряжение в каждом движении — она была как натянутая струна, готовая зазвучать от малейшего прикосновения.
— Ты понимаешь, что стоит нам вскрыть хоть один, они все развернутся и поломятся сюда, к нам? — шепнула она, когда мы приблизились к ящикам. — Это же сигнализация для них, аттрактор.
— Значит, будем вскрывать быстро, — ответил я. — Кстати, что у тебя по энергоядрам?
— Десятка полтора, — ответила Вика, не отрывая взгляда от тёмных провалов окон ближайшего дома.
— Дай мне пяток.
Та, не спрашивая зачем, достала из инвентаря пять энергоядер и передала мне.
— Что собрался делать? — спросила Вика, и я услышал в её голосе нотки напряжения. Она уже стала свыкаться с моей привычкой импровизировать, хоть и не всегда эти импровизации заканчивались хорошо.
— Мародёрить, а потом быстро делать ноги, — ответил я, пряча энергоядра в инвентарь.
Подойдя к ящикам, мы стали быстро их вскрывать один за другим. Крышки поддавались с трудом — петли скрипели, словно протестуя против нашего вторжения. Внутри первого оказались патроны различного калибра, во втором — консервы и сухпаи, ещё в одном — медикаменты. Мы не глядя закидывали всё, что попадало в руки, сразу же в инвентарь. Система услужливо сортировала предметы по категориям — мы разберёмся с ними позже, если останемся живы.
Вскрывая ящики, я периодически бросал взгляды по сторонам. Двор пока оставался пустынным, но я знал — это ненадолго. Система уже зафиксировала нашу активность, уже отправила сигнал своим слугам. Счёт шёл на минуты, если не на секунды.
Когда четвёртый ящик уже был практически пуст, я наконец увидел их. К нам стали стягиваться зомбаки — благо не те, которые были возле дома, где мы погибли Егор и Валентин, а просто из окрестностей. Они возникали из тёмных проулков, выползали из подъездов. Медленные, неуклюжие, но неумолимые — и их становилось всё больше.
— Пора сматываться, — прошептала Вика, закидывая в инвентарь последнюю аптечку. — Они уже близко.
Я кивнул.
— Как думаешь, сколько времени прошло там, снаружи? — спросил я, когда мы начали отступать к узкому проходу между домами, который вёл к основной улице.
— Без понятия, — ответила Вика, прислушиваясь к нарастающему хору стонов и шарканью десятков ног по асфальту. — Ну, наверное, там уже утро.
Я кивнул, но не успел ответить — из-за угла показались первые зомби. Серые, с пустыми глазницами и разодранной плотью, они двигались медленно, но их было много. Слишком много для того, чтобы прорываться с боем.
Я быстро оценил ситуацию. Стрелять — значит привлечь ещё больше внимания. Прорываться через двор — слишком рискованно, могут окружить. Оставался один путь — тот самый, по которому мы пришли.
Не говоря ни слова, я ухватил Вику на руки. К удивлению, она не протестовала.
Взяв в обе ладони по энергоядру, я активировал навык скорости. Тут же начал впитывать энергоядра — они начали таять, превращаясь в энергию, которая потоком устремилась в моё тело. Мир вокруг словно замедлился, цвета стали ярче, звуки — глуше. Я чувствовал, как сила наполняет мышцы, как сердце начинает биться быстрее, подстраиваясь под новый ритм.
И мы понеслись в сторону выхода из двора. Зомби, только что казавшиеся угрозой, теперь выглядели застывшими статуями — их движения были настолько медленными, что я мог легко обогнуть каждого, не сбавляя скорости. Мир размывался вокруг, превращаясь в цветные полосы.
Я, не дожидаясь, пока выносливость упадёт в ноль, применял одно энергоядро за другим. Как только одно растворялось, доставал из инвентаря следующее — это всё делал на бегу, причём при этом старался оббегать дома, деревья, скопления зомбаков, пробегая по небольшой дуге. Каждое движение требовало расчёта — на такой скорости столкновение с любым препятствием могло быть фатальным.
Вика крепко держалась за меня, её тело напряглось. Она что-то говорила, но слова относил ветер, оставляя лишь обрывки фраз:
— … за нами… слишком… осторожно!
Мы миновали несколько кварталов за считанные минуты. Улицы были пусты — большинство зомби, похоже, стянулось к месту нашей недавней активности. Но я знал — это временное преимущество. Система уже перенастраивается, уже перебрасывает свои силы, чтобы отрезать нам путь к отступлению.
Глава 25
Вдалеке показался дом, в котором мы были изначально — с выбитым окном, в котором остались Егор и Валентин.
Не сбавляя скорости, я достали из инвентаря гранату. Выдернул чеку зубами и швырнул в направлении дома. Туда, где скопилось множество тварей. Не рассчитав то, что делает ускорение, граната впечаталась в бетонную стену, оставив вмятину, и тут же взорвалась.
Но это уже было далеко позади нас, и, впитывая очередное энергоядро, я сбавил скорость, чтобы точнее рассчитать маршрут.
— Уже почти, — прошептала Вика мне на ухо.
— Держись! — крикнул я ей.
Вспоминая то, что разрыв червоточины в нашем мире находится на крыше, я резко сбавил скорость.
Тело
