количество недвижимости и положение в обществе. Почему бы и нет, мисс Хильза? – прищурив глаза проговорил Гюнтер, давая мне понять, что у него довольно-таки не обычные виды на меня.
− Дорогой Гюнтер, вы так говорите, будто бы предлагаете мне за вас замуж выйти, − расхохоталась я, чем привела немца в замешательство.
− Я говорю вам о том, что если вы примете мои ухаживания, то я отнюдь не буду воспринимать их как нечто мимолетное и готов к чему-то более постоянному, чем просто встречи в постели. Я еще утром обратил на вас внимание, когда вы захотели, чтобы я оставил в живых ту еврейку. Вы думаете я не понял, что вы просто пожалели ее и ребенка и не смогли вынести вида того, если бы я их расстрелял. И дело ведь не в том, что вы хотели, чтобы она рассказала о произошедшем в гетто, хотя это было очень даже кстати. Вы просто сжалились над ней, так ведь, Хильза? Но вы так мастерски попытались скрыть это, что я просто не смог не пойти у вас на поводу, дабы не разочаровать красивую молодую женщину, вылетевшую ко мне из стоящего рядом автомобиля. В этих глазах, смотрящих на меня, было столько ужаса, что меня это, признаться, задело. Хотя меня мало что уже задевает здесь.
− И что с той еврейкой и ее ребенком? – осторожно спросила я.
− Ничего. Я сберегу им жизнь только потому, что вам так того захотелось, − проговорил Гюнтер, подходя вплотную ко мне.
− Гюнтер, чтоб вы понимали. Утром был порыв, и я признаюсь, что это была моя слабость в тот момент. Но если вы думаете, что будете меня шантажировать этим, то очень заблуждаетесь, − прошипела я.
− Да о чем речь, Хильза, какой шантаж? Я похож на того, кто будет шантажировать прекрасную даму?
− Вы похожи на кого-то еще и похуже, − нахмурившись проговорила я.
− Хорошо, прошу прощения. Я вижу, что напугал вас тем, что затронул утренний инцидент. Я не хотел.
− Так чего же вы хотите?
− Для начала я хотел бы завтра с вами встретиться вечером в более подходящем для дамы заведении.
− А меня и это устраивает, − с усмешкой проговорила я, понимая, что как раз здесь я и готова с ним встречаться, поскольку рядом будет Туз и его люди и не дай бог этому черту взбредет что-то в голову, я по крайней мере буду под присмотром.
− Хорошо, если вы так хотите, давайте здесь в восемь часов вечера. Вам удобно такое время? – спросил немец.
− А вам удобно, господин офицер, что перед вами видавшая виды молодая особа, не блещущая кристально чистой репутацией, живущая с любовником и пока что не желающая менять его на кого бы то ни было?
− Это вопрос времени, только и всего. Я знаю, что вы уйдете от него ко мне. А насчет репутации. Сколько бы у вас не было мужчин до меня, главное, что пока вы со мной – у вас не будет никого.
− Вы так уверены в этом? – едва сдерживая улыбку сказала я, поскольку напористость и самоуверенность этого нахала была просто безгранична.
− Уверен, − с насмешкой проговорил мужчина. – Я умею обращаться с женщинами так, что у них и в мыслях не возникает, что может быть кто-то лучше, чем я.
− Хорошо. Тогда завтра здесь в восемь. А сейчас, буду вам признательна, если вы отвезете меня домой. Не хочу возвращаться с Вернером, пускай развлекается. – презрительно кинула я и взяв немца под руку пошла к его машине.
Гюнтер отпустил водителя и сам сел за руль. Я же устроилась подле него на переднем сидении. Машина отъехала от здания и понеслась темными улицами города, увозя меня домой. Спустя минут десять я поняла, что немец едет совсем не туда, куда мне нужно было и я, сдерживая накатывающее на меня беспокойство, спросила:
− Господин фон Риц, куда вы меня везете?
− Я хочу показать вам одно место, − спокойно ответил мужчина.
− Я попросила отвезти меня домой. Я очень устала и не хочу сейчас ничего смотреть. На дворе скоро полночь. Вы в своем уме!? – воскликнула я, начиная понимать, что такое развитие ситуации приведет к чему-то нехорошему.
Гюнтер молчал и все так же спокойно вел машину в нужном ему направлении. Я попыталась открыть дверцу, но не смогла.
− Гюнтер, отвезите меня домой, сейчас же! Или у вас будут проблемы! – заорала я на немца.
Мужчина в этот момент остановил машину возле дома на окраине города и достав пистолет приставил его к моей голове.
− А сейчас вы закроете рот и выйдете из машины без единого писка. Если попытаетесь кричать или бежать, я вас пристрелю. Я ясно выражаюсь?
Глядя в ужасе на наставленное на меня дуло пистолета, я молча кивнула. Мужчина вышел из машины и открыв дверцу с моей стороны просто-таки выдернул меня наружу и, уперевшись пистолетом мне в ребро, потащил в дом. Закрыв за собой дверь, он включил свет и втолкнул меня в большую, богато обставленную комнату.
− Ну и что дальше? – на удивление спокойно спросила я, поскольку поняла, что истерить смысла не было, я была в плачевном положении и от моего дальнейшего поведения сейчас зависело все.
Мужчина пододвинул ко мне стул и с силой усадил на него. Сам же расположился напротив.
− А теперь, мисс Миллер будем говорить наедине. Из Варшавы вы забрали дела офицеров, которые, как вы вычислили, были завербованы английской разведкой. Где эти документы?
После этих слов меня словно водой ледяной обдали. С ужасом посмотрев на мужчину я осознала в какую сеть, сплетенную собственноручно я попала…мы попали.
− Не знаю ни о каких документах, − спокойно ответила я, тщетно пытаясь найти ответ в своей голове что делать дальше.
− Мисс Миллер, я не люблю бить женщин, тем более таких красивых. Мне нужны документы. Еще раз спрашиваю, где они?
− Кто вы такой, господин фон Риц? − спросила я.
− Я не буду отвечать на ваши вопросы. Вопросы здесь задаю я. Где документы? – перейдя на угрожающий тон проговорил Гюнтер, вставая и подходя ко мне.
− Гюнтер. Давайте будем
