достала телефон из кармана и показала мне.
– М-м-м, – сказала я, будто знала, о чем она говорит.
– Она купила все шесть бутылок. Все шесть.
– Гранатовый сок?
Она кивнула.
– Да. Полицейский, тот, усатый. Он сразу понял, кто она. Просто взглянул на фото в моем телефоне, где она в инвалидном кресле. Говорит: это Анна Преториус. А Корнел… мистер Ван Вейк, сказал, что видел ее у нас раньше. И эта фотография поможет кассирам вспомнить. Он и правда хочет помочь.
– И что сказали кассиры? – спросила я, протягивая ей фарш.
– От них никакого толку. Ничего не помнят. Но я видела ее здесь раньше. Видела, как она здоровалась с миссис ван Скалквайк в офисе.
– И гранатовый сок в прошлый вторник покупала она?
– Думаю, да. Уверена.
– Что вы сказали полиции?
Я отодвинула помидоры.
– Мистер Корнелиус правда хотел им помочь.
– Вы сказали им, что это была она.
– В основном говорил мистер Ван Вейк…
– Марики, это серьезно. Ты же не хочешь, чтобы за решеткой оказался невиновный, а убийца разгуливал на свободе.
– Но она купила все шесть бутылок сока. Все шесть. Это очень подозрительно, сказал мистер Корнелиус. Наверное, она этот сок покупала и раньше. Я не говорю, что она кого-то убила. Я только сказала, что она купила все шесть бутылок, и вот сейчас я смотрю на нее и вспоминаю: на прошлой неделе она тоже купила у нас бутылку.
Она быстро пропустила помидоры через сканер.
Я не смотрела на Марики, когда она паковала продукты в пакеты супермаркета, – не хотела показывать ей, как я рассердилась. Я посмотрела на пластиковые пакеты. Точно такие же были в мусорном ведре Мартины. Кто-то делал для нее покупки здесь, в супермаркете, в день ее смерти.
– Спасибо, Марики, – удалось мне выдавить из себя.
– Приятного дня.
Глава шестьдесят девятая
– О-о, – сказала Джесси, увидев принесенные мной из супермаркета пончики.
Я положила фарш в наш маленький холодильник и приготовила к пончикам чай и кофе. Потом села и рассказала им, что узнала от Марики.
Мы с Джесси быстро проглотили свои пончики, а Хэтти свои только поклевывала.
– Вчера я разговаривала с двоюродным братом, Бути, – сказала Джесси. – Думаю, он что-то знает о гранатовом соке в супермаркете, но он был уже невменяемый, и вытянуть из него ничего не удалось. С ним случается, но вытрясу что-нибудь в другой раз.
– Надо признать, что улик против Анны накопилось немало, – сказала Харриет.
– Только все это ерунда, – возразила Джесси.
– Ее отпечатки – на орудии убийства. У нее есть средства, мотив и возможность, – сказала Хэтти.
– Как и у многих других.
Я дала Джесси салфетку, вытереть сахарную пудру с губ.
– Может, стоит ее предупредить, – сказала я. – Пусть обратится к адвокату.
– Дома ее нет, – сказала Джесси. – И у нее нет сотового.
– Может, Дирк знает, где ее найти? – спросила я.
– Санна из «Агри» сказала мне, что он вернулся домой, – сказала Джесси. – Надо бы еще раз взглянуть на его жилище.
– Да, в прошлый раз мы оттуда сорвались в спешке.
– Его телефон у меня есть, – сказала Джесси. – Или нагрянем внезапно?
– Давай заедем.
– Дорогие дамы, умоляю – будьте осторожны. – Хэтти поднялась и положила недоеденный пончик мне на стол. – И прежде, чем отправиться на поиски приключений, извольте сдать весь материал для сайта и газеты.
Мы с Джесси быстро расправились с пончиком, вымыли руки и принялись за работу.
Я проглядела конверты на моем столе. Подумала о кровавом письме от анонимного убийцы. Отвечать ему – много чести. А уж рецепта он и вовсе не заслуживает.
Разобрав письма, я решила открыть два со штемпелем из Оудсхурна. Это город в ста километрах от Ледисмита, известный благодаря пещерам Канго и разведению страусов.
В первом письме я прочитала:
Я работаю на страусиной ферме. Умею готовить билтонг и стейк из страусятины, но хочется чего-то новенького. Жена делала из мяса много вкуснятины. Но ее больше нет. Иногда я так по ней скучаю, что не могу ничего приготовить. Сейчас сделал мясной фарш, но что с ним делать – не знаю. Может, подскажете? Спасибо.
Прежде чем ответить, я открыла второе письмо из Оудсхурна. Писала женщина, у которой был в избытке сладкий картофель:
Почти целый год у меня в огороде ничего не росло, и тут вдруг пошел сладкий картофель, а что с ним делать – не знаю. Приготовила оладьи и даже картофельный джем, но живу одна, сладкоежкой себя не считаю, дети живут далеко и навещают меня нечасто. Думала этот картофель раздать, но соседей я почти не знаю, а после несчастного случая я что-то оробела. Шрамы уже не так заметны, но иногда я ловлю на себе удивленные взгляды.
Я решила предложить обоим один и тот же рецепт. Запеканку из страусиного фарша с пюре из сладкого картофеля. И добавила:
Почему бы вам не встретиться в субботу в десять утра в фермерском кооперативе. Можете поменять мясо на овощи…
– Мария, – окликнула меня Хэтти. – У меня в почте письмо для тебя. С пометкой «срочное». Прочитай на моем компьютере. А мне надо на минуту выскочить.
Она поднялась, а я села на ее место и стала читать.
О, танни Мария.
Огромное спасибо, гриль получился знатный. Вы правы, испечь хлеб совсем несложно, и она была в восторге. Сказала, что я – отличный повар. Ха-ха.
Извините, что пишу по электронке, но дело срочное. Просто не к кому обратиться, а помощь нужна.
В общем, мы это сделали. Уже три раза. Так здорово, когда она рядом, ты чувствуешь ее запах, и никаких слов не надо. Нам вместе так хорошо. Даже очень. Но есть проблема: я уже через две минуты готов, а она не всегда успевает, сами понимаете…
Может, для меня есть какое-то лечебное средство?
Карел, автослесарь
(требуются тормоза)
Зазвонил телефон Джесси: «Я твой мужчина». Она ответила на звонок с улыбкой и вышла поговорить за дверь.
Я задумалась: что посоветовать Карелу? Что я сама знаю о хорошем сексе? Мне всегда казалось, что это нечто вроде отличного торта. У меня возникла идея.
Я написала:
Вот способ чуть притормозить. Запомните хороший рецепт. И проговаривайте его, чтобы не перевозбуждаться. Вас это отвлечет, и все будет длиться дольше, но обязательно думайте о чем-то вкусном.
И я послала ему рецепт шоколадного торта. Не того, который сделала для Канемайера, а воздушный торт-мусс из темного шоколада. Для этого рецепта надо долго взбивать яйца с сахаром, чтобы получилась густая пена, а потом украсить торт
