подсохла…
— Ты очень странная девушка, — задумчиво произнес Бука, принимая у меня нож, — очень.
Он подошел к стене, а я вернулась обратно на кровать, и оттуда продолжила наблюдать за происходящим.
Один джинн еще раз прощупал стену. Тщательно, не пропуская ни миллиметра и указал конкретную точку.
— Бей сюда.
Второй с силой вогнал лезвие ножа в древесину. Что-то охнуло, зашипело и стены будто бросились навстречу друг другу. Я только успела вскрикнуть и вцепиться в подушку. Комната уменьшилась до начальных размеров. Тут же стало тесно. Красиво расставленная мебель сгрудилась, наползая друг на друга. Шкафы оказался слишком высоким и теперь громко трещали под натиском потолка. Мою кровать выдавило из угла, а стол, наоборот, прижало к стене. Кресло не выдержало напора громоздкого комода и развалилось.
К счастью, никто не пострадал.
— М-да, — протянул Бука.
— М-да, — отозвался Лаир, растерянно потирая шею.
— М-да, — глухо добавила я, осматривая руины, в которые в одночасье превратилась уютная комната.
— Надо все убрать, иначе тебе негде будет даже пройти.
Я лишь рукой махнула. Мне было все равно.
Джинны, однако, решили, что раз они комнату разворотили, то непременно должны мне помочь, а поскольку магии у них не осталось, им пришлось на руках вытаскивать на свалку сломанную мебель.
Глава 16
Комната опустела. Из новой мебели уцелела лишь одна кровать, стол, и пара стульев. Все остальное пришлось выбросить. Смущенные джинны обещали найти мне какой-нибудь шкаф, чтобы было куда положить вещи, а пока пришлось их сложить стопочками в углу.
Я не знала куда деваться от тоски. То и дело ловила себя на том, что сижу, глядя в одну точку, вспоминая, горюя. Снова и снова через силу поднималась и начинала что-то делать: дважды помыла полы, перебрала все вещи, едва не рыдая над рубашками Хельма.
Это невыносимо. Моя жизнь еще никогда не была так сильно похожа на ад.
Глупая девочка. Я просто еще не догадывалась, что ждет меня вечером…
— Киара, мы знаем, что ты здесь! — раздался звонкий голос Альмы.
Я обреченно застонала и уткнулась носом в подушку.
— Открывай! — потребовала Яра.
— Уходите, — шепотом, едва слышно. — Оставьте меня в покое!
Они не сдавались и колотили в дверь на разные лады, требуя моего внимания. В итоге я сдалась. Махнула рукой и подскочив к двери, распахнула ее.
— Я никого не хочу видеть! — почти зарычала на них.
Подруги обменялись встревоженными взглядами. Яра неуверенно улыбнулась и протянула мне маленькую баночку.
— Ты на ужин не пришла, и мы это…поесть принесли.
Злость улеглась, словно и не было. На ее место пришли стыд и раскаяние. Зачем я на них сорвалась? Они ни в чем не виноваты.
— Простите, — промямлила я, — Я просто…
У меня так и не нашлось слов выразить, что просто.
— Проходите.
Альма и Яра, как две настороженные кошки, зашли в комнату. Если царящий здесь беспорядок их и удивил, то в слух не было сказано ни слова. Я предложила им присесть, указав на чудом уцелевшие стулья.
— Мне нечем вас угостить. Даже чайник не знаю где, — махнула рукой в сторону кучи барахла.
— Это мы пришли тебя угощать, — Яра поспешно открыла баночку с мясным рагу и подвинула ко мне, — Ешь.
— Прости, но я не хочу.
— Ешь. На сытый желудок любая беда кажется не такой страшной.
Какие глупости. Разве можно набитым брюхом исправить то, что случилось? Тем не менее, я нашла ложку и, чтобы не обижать подруг, начала ковыряться в еде, не чувствуя ни вкуса, ни запаха.
Они молча сидели напротив меня и время от времени переглядывались, а я сосредоточенно делала вид, что не вижу этих взглядов. Самый унылый ужин в моей жизни.
— Ну как ты? — осторожно поинтересовалась Альма.
Аппетит окончательно пропал.
— Все хорошо, — я скованно улыбнулась и отложила ложку в сторону.
— Есть какие-нибудь новости от…Хельма.
Я удрученно покачала головой. Нет новостей. Да и откуда им взяться? Только если он сам пожалует в лагерь, чтобы навестить старых знакомых и меня заодно.
— Жалко.
— Сегодня в столовую приходили целители, — встрепенулась Яра, — Сказали, что состояние Али потихоньку улучшается. Раны заживают, но он по-прежнему не приходит в себя. То ли спит, то ли…
— Тихо! — цыкнула на нее подруга, — зачем ты ее еще больше расстраиваешь?!
— Прости. Думала, ей будет интересно.
— Мне интересно, — я попробовала улыбнуться, и у меня снова ничего не вышло. Сердце кровью обивалось, когда вспоминала, как Хельм держал своего друга в невидимом захвате и равнодушно наблюдал за мучениями.
— Мы пытались расспросить Лаира и Буку, о том, что же все-таки произошло в долине, но они напрочь отказываются говорить на эту тему, — удрученно вздохнула Яра, не подозревая, что очевидца всех событий сидит напротив нее.
Джинны были правы, решив сохранить мое присутствие в тайне от остальных. Чертовски правы. Меня бы замучили расспросами.
— Давайте, я сбегаю к соседям и попрошу у них чайник? — Альма поднялась на ноги, — хоть пустого чайку попьем, чего сидеть просто так и друг на друга смотреть.
Мне хотелось побыть одной, но просить их уйти и оставить меня в покое было неудобно, поэтому я только повела плечами, позволяя ей самой решать, что делать дальше.
Она подошла к двери, взялась за ручку и замерла. Откуда-то издалека донеслись тревожные звуки сирены, нарастающие с каждой секундой.
— Опять, — простонала Яра, — да что же этим чертям запредельным неймётся?! Чего они лезут к нам!
В животе тугим комом сжался страх. Проклятые твари!
— Погодите, — прошептала Альма и поднимая указательный палец, призывая к молчанию.
— Чего?
— Да тихо ты! — цыкнула она и снова рпислушалась.
Мы смотрели на нее, испуганно вытаращив глаза.
— Слышите?
— Конечно слышим. Сирена орет, — пробурчала Яра.
— Да нет. Слушайте.
Я не понимала, к чему она клонит.
— Обычно она как гудит? Быстро, отрывисто. Сейчас не так. Сейчас она больше похоже на вой.
Я прикрыла глаза, до дрожи вслушиваясь в тревожные завывания. Альма была права. Звук изменился. Громкость медленно нарастала, а потом сходила на нет. И снова возрастала, с каждым заходом становясь все сильнее и сильнее.
— Почему они поменяли сирену? С этой страшнее в
