Семичастный уже погрузился в подготовке смещения Хрущева и ему требовалось подобрать подходящую кандидатуру для внезапно образовавшейся ключевой вакансии, пока ЦК не направило бы партийного работника «для наведения порядка».
Вскоре после его назначения, в ноябре 1964 г. во 2-м Главного управлении была создана Служба № 2 (аналитическая).
Банников покинул 2-е Главное управление 24 июля 1967 г., вскоре после назначения председателем КГБ Ю. В. Андропова. Формально он некоторое время оставался заместителем председателя, но это была должность без реальных полномочий — ему не было поручено курирование ни одного подразделения. 12 октября он был назначен заместителем председателя Верховного суда СССР и 1 ноября снят с работы с КГБ.
* * *
Замена начальника контрразведки была совмещена с очень важной чисто «андроповской» реформой. Новый председатель достаточно быстро вошел в курс дел, да к тому же благодаря опыту венгерского мятежа 1956 г. имел понимание борьбы на стыке идеологии и оперативной деятельности спецслужб. 3 июля он направляет в ЦК записку, в которой, в частности, говорилось:
Имеющиеся в Комитете госбезопасности материалы свидетельствуют о том, что реакционные силы империалистического лагеря, возглавляемые правящими кругами США, постоянно наращивают свои усилия в плане активизации подрывных действий против Советского Союза. При этом одним из важнейших элементов общей системы борьбы с коммунизмом они считают психологическую войну.
Пропагандистские и разведывательные службы Запада заметно активизируют свою деятельность в связи с предстоящим 50-летием Великой Октябрьской социалистической революции.
Например, во все представительства информационного агентства США (ЮСИА) разослана директива о проведении комплекса подрывных пропагандистских мероприятий, приуроченных к 50-й годовщине Октября
…
С учетом изложенных факторов органы госбезопасности проводят мероприятия, направленные на улучшение организации контрразведывательной работы в стране по пресечению идеологической диверсии.
В то же время Комитет госбезопасности считает необходимым принять меры к укреплению контрразведывательной службы страны и внесению в ее структуру некоторых изменений. Целесообразность этого вызывается, в частности, тем, что нынешняя функциональность контрразведки в центре и на местах предусматривает сосредоточение ее основных усилий на организации работы среди иностранцев в интересах выявления прежде всего их разведывательных действий, т. е. она обращена вовне. Линия же борьбы с идеологической диверсией и ее последствиями среди советских людей ослаблена, этому участку работы должного внимания не уделяется.
В связи с этим предлагается создать в центральном аппарате КГБ при Совете Министров СССР самостоятельное Управление (пятое) с задачей организации контрразведывательной работы по борьбе с акциями идеологической диверсии на территории страны, возложив на него следующие функции:
— организация работы по выявлению и изучению процессов, могущих быть использованными противником в целях идеологической диверсии;
— выявление и пресечение враждебной деятельности антисоветских, националистических и церковно-сектантских элементов, а также предотвращение (совместно с органами МООП[395]) массовых беспорядков;
— разработка в контакте с разведкой идеологических центров противника, антисоветских эмигрантских и националистических организаций за рубежом;
— организация контрразведывательной работы среди иностранных студентов, обучающихся в СССР, а также по иностранным делегациям и коллективам, въезжающим в СССР по линии Министерства культуры и творческих организаций.
В местных органах КГБ обработать соответственно 5 управления-отделы-отделения.[396]
Предложение было принято и 25 июля такое Управление было создано. Базой для его формирования стали 5 направлений Службы № 1 2-го Главного управления. Также в этот день Управление по крупным и особо важным промышленным предприятиям было разделено на 4 отдела.
Другой характерной чертой структурного развития органов КГБ при Андропове было усиление аналитической составляющей. Имевшиеся информационно-аналитические подразделения усиливались, а в управлениях, в которых их не было — создавались заново. Так, в конце 60-х или начале 70-х гг. Служба № 2 была преобразована в Управление «А».
* * *
Преемником Банникова в тот же день 24 июля 1967 г. был назначен небезызвестный генерал-лейтенант Г. К. Цинев. Его напротив, можно назвать «неслучайным непрофессионалом».
Георгий Карпович Цинев родился в 1907 г. в Екатеринославе (затем Днепропетровск). Там же начал свою трудовую биографию на заводе, там же окончил металлургический институт. В 1939 г. переведен на работу в Днепропетровский горком КП(б)У, пройдя путь от заведующего отделом, до третьего секретаря горкома, то есть находясь поле зрения секретаря обкома Л. И. Брежнева. Впрочем, на время войны их пути разошлись — Цинев воевал на политических должностях на Калининском, Юго-Западном и 3-м Украинском фронтах. В органы пришел в сентябре 1953 года, в самом начале восстановления МВД после радикальной зачистки от команды Берия — он окончил Военную академию Генштаба и получил назначение на вакантную должность начальника Управления особых отделов ГСОВГ. В дальнейшем стабильно, без неприличных рывков рос по службе по линии военной контрразведки (с коротким перерывом в 1958–1960 годах, когда он руководил военным институтом КГБ — главным учебным заведением погранвойск). Избрание Брежнева первым секретарем ЦК КПСС не повлияло на его карьеру немедленно — при «комсомольцах» Комитет сохранял известную автономность в кадровой политике. Лишь в 1966 он был назначен начальником военной контрразведки. Однако немедленно после смещения Семичастного он был введен в состав Коллегии КГБ, и вот, два месяца спустя, сменил Банникова.
Большая часть свидетельств о личности Цинева относится к его глубокой старости, когда он был уже заместителем председателя КГБ — тут чаще всего бросается в глаза и чрезмерная жесткость, и самодурство, подчас приводившая к тяжелым провалам, как например в случае его запрета расследовать подозрения против высокопоставленного сотрудника ГРУ Полякова, оказавшегося агентом американских спецслужб. Говоря о его службе в 50-е — 60-е ясно, что яркими оперативными успехами, как и провалами Цинев не блистал, заслужив скорее репутацию крепкого администратора, радеющего за подразделение — так, возглавляя управление военной контрразведки по РВСН (что характерно — еще при Хрущеве!) он добился, чтобы подчиненным ему начальникам особых отделов по ракетным армиям «потолком» воинских званий было установлено звание генерал-майора. Также отмечается, что во времена работы как в 3-м Управлении так и во 2-м Главном управлении во времена работы он понимал значение профессионального чекистского образования и уделял внимание подготовке и повышению теоретических знаний личного состава.
Вскоре после назначения во 2-й Главк он получил очередное воинское звание, став таким образом первым генерал-полковником во главе контрразведки. В дальнейшем это стало нормой.
Политические назначенцы, подобные Циневу, редкость в таком тонком искусстве как контрразведка, но в целом для бюрократии это дело обычное. К тому же за 14 лет он конечно же успел наработать некоторый опыт. Для успешной работы достаточно опираться
