— В понедельник я иду к доктору, — ответила Дэзи.
— Ты еще не ходила?
— Нет. Я делала, ну, ты знаешь, тесты на беременность. Кажется, раза четыре. Я надеялась, что они врут, но… — Она пожала плечами. — А потом я так испугалась, что ничего не сказала.
— Никому?
— Никому. Я не уверена, но думаю, Нина Романо догадалась.
Боже. Из всех людей именно Нина. Грег почувствовал приступ гнева оттого, что чужой человек узнал секрет до него. «Кстати, как там Дэзи?» Так вот что Нина хотела выяснить в пекарне сегодня утром! «Как там твоя беременная дочурка?»
— Я не сказала ей, — отозвалась Дэзи. — Я ей вообще ничего не сказала. Не могла лгать. Никогда не была лживой.
И это было чистой правдой. Одной из причин всех проблем, приключившихся с Дэзи, являлось то, что она не умела противиться обстоятельствам.
— Ты уже рассказала маме?
— Нет.
Вот это сюрприз. Она рассказала ему, а не Софи.
— Тебе придется.
— Я знаю.
— А… мм… парень? — Грега захлестнула ярость, близкая к желанию убить. Если бы этот маленький подонок сейчас был здесь, Грег убивал бы его долго и мучительно без всяких колебаний. — Ты должна рассказать мне о парне, — сказал Грег.
— Логан О’Доннелл.
О’Доннелл, О’Доннелл, О’Доннелл. О боже!
— Сын Эла О’Доннелла?
Дэзи кивнула.
Превосходно. Эта счастливая ирландская семья из Нью-Йорка. О’Доннеллы были богаты, могущественны и являлись ревностными католиками.
И снова Грег сделал усилие, чтобы ничего не сказать. Сначала нужно выяснить, что Дэзи чувствует к этому парню. Этому мелкому подонку, который сделал ей ребенка. Дэзи начала говорить. Ее голос отражался от окружавшего их снега и звучал отчетливо в этой тишине. Она рассказала Грегу о вечеринках, которые они с друзьями устраивали в квартирах на Манхэттене и в домах для уикэнда на Лонг-Айленде. Грег чувствовал тошноту не потому, что был шокирован, а потому, что все это было ему так знакомо. Они с друзьями делали то же самое, и кто знает, возможно, какая-то девушка забеременела от него и не рассказала об этом.
Вне всяких сомнений, их с Софи расставание и развод отразились на детях самым худшим образом. И реакция Дэзи была классической: бунт, закончившийся наркотиками и незащищенным сексом. По признанию Дэзи, дата зачатия совпадает с днем, когда Софи улетела из страны.
В тот день Дэзи пришла к Грегу с несчастным лицом и спросила:
— Могу я поехать с друзьями в Сэг-Харбор? Меня пригласила Бонни Маккензи.
— Ее родители будут там?
— Конечно. Можешь позвонить им, если хочешь.
— Нет. Я доверяю тебе, милая.
И он — боже, дай сил — действительно доверял ей. Он глупо поверил Дэзи и отпустил ее. Наверное, он подумал, что они будут пить и гулять. Ведь старшеклассники этим и занимаются. Если бы он запретил Дэзи идти на вечеринку, это бы ее не остановило.
Дэзи следила за Грегом и читала его, как открытую книгу.
— Не вини себя, пап. Или маму, или Логана. Это все я. Мое глупое решение.
— Что ты теперь будешь делать с Логаном? — спросил Грег. Он точно знал, что сам хочет сделать с этим парнем, но его желание было противозаконно и никак не помогло бы Дэзи.
— Я ничего не скажу ему, пока точно не решу. Если я решу сделать аборт, то незачем рассказывать Логану что-либо. — Дэзи воткнула мыс своего ботинка в снег. — Если я хочу сделать аборт, это ужасно?
Грэг внимательно смотрел на Дэзи и видел свою светловолосую дочурку, которая так гордилась первым выпавшим зубом, которая заползала к нему на колени и просила рассказать историю, спускалась по лестнице, облаченная в платье для школьного бала… Ее больше не было. И никогда не будет, словно эта девочка умерла. На ее месте стояла смущенная незнакомка, и на секунду ее вызвал у Грега вспышку неприязни — возможно, отвращения? — и это чувство было таким сильным, что Грег испугался.
Нет, подумал он. Нет. Он не позволит этому чувству зародить в нем какие-то сомнения. Нет.
— Папа? — позвала Дэзи и взглянула на Грега. — Ты не ответил.
— Я кое-что забыл тебе сказать, — произнес он. — Я люблю тебя, и это никогда не изменится.
Дэзи вздрогнула.
— Я знаю, пап. Спасибо, что сказал это. Но… ты мне так и не ответил, — напомнила Дэзи.
Грег не знал. Он правда не знал.
— Время, когда я принимал за тебя решения, закончилось.
Грег посмотрел на камеру, которую Дэзи бережно держала в руках во время всего разговора. Он знал, что в будущем он будет смотреть на сегодняшние снимки и вспоминать, что такими они с дочерью были до этого.
Глава 21
После того как Дженни уехала в Нью-Йорк, жизнь Рурка стала до странного пустой. Он говорил себе, что должен радоваться, вернувшись к своей обычной жизни.
Рурк привык жить один, сам по себе. Переезд Дженни в его дом, пусть даже временный, все разрушил.
На самом деле жизнь с Дженни была сплошной проблемой. Она подолгу принимала душ, захламляла ванную самыми невероятными видами мыла, шампуней и косметики. Она настаивала на полезных завтраках и смотрела эти жуткие телешоу: «Подиум» и «Топ-модель по-американски». Кто вообще их придумал?
Рурк с облегчением вернулся к своей свободной ванной, свободной жизни. К «Ну и ну!» на завтрак и боксу по телевизору. С превеликим облегчением.
Но по какой-то причине Рурк чувствовал тревогу и раздражение. Он срывался на своих сослуживцев, ворчал на помощника и кричал на обоих заместителей. Бумаги и документы давили на Рурка тяжелым грузом. Во время встречи с Мэттью Алджером по поводу бюджета он понял, что находится на грани нервного срыва.
Алджера нисколько не смущал тот факт, что он не очень-то щедр к городской полиции. Он собирался выразить неодобрение по поводу того, как Рурк распределяет расходы. Но когда он увидел выражение лица Рурка, ему захотелось выразить недовольство насчет чего-то другого.
— Я просмотрел эти цифры, — сказал Мэттью, передавая Рурку помятый документ. — Городской бюджет не может позволить купить четыре полицейские машины, о которых ты просишь.
— Так сделайте так, чтобы позволил, — ответил Рурк. — Я не стану аннулировать запрос.
— Хорошо. Тогда я сам его аннулирую.
Рурк заставил себя унять ярость. Алджер собирался оспаривать каждый пункт, строчку за строчкой.
— Не стоит. — В голосе Рурка прозвучала нотка угрозы.
— У нас нет денег, — ответил Алджер обманчиво тихо, в то время как за его словами явно стояло непоколебимое решение. — И тратить резервы мы не намерены.
— Вы читали мою заявку? — спокойно спросил Рурк. — Мы ездим на машинах, которые должны были списать еще пять лет назад. Одна из них вообще была признана небезопасной для вождения на любой скорости. Я не отступлю, Мэтью.
