с нотками сомнения в голосе отвечает Кан. — Сканер — слишком сложное оборудование. Вспомните попытку накачать темной энергией современный снаряд к автоматической пушке. Ничего ведь не получилось, пока мы не перешли к более простым боеприпасам времен войны. А сканер сложнее снаряда на порядок, так что…
— Подождите-ка, — останавливаю я инженера. — Пули и снаряды — это ведь тоже части более сложных устройств, необходимых, чтобы произвести выстрел. Мне ведь не приходится накачивать скрытой силой весь автомат или пулемет, не говоря уже о танке. Достаточно модифицировать пулю или снаряд. Возможно, в сканере тоже есть некие ключевые компоненты, намного более простые, чем всё устройство в целом, и с ними можно попытаться поработать. Наверняка там есть узлы, от которых в наибольшей степени зависит качество сканирования.
— Не так всё просто, — задумчиво отвечает Кан. — Все подобные изделия проектируются исходя из принципа равной надежности и пропускной способности компонентов. Грубо говоря, там нет узлов, имеющих большой запас по характеристикам в сравнении с остальными. Энерговоды пропускают ровно столько энергии, сколько нужно для потоковой накачки кристаллов-резонаторов. Примерно столько же способен выработать источник питания, и так далее. Резерв, конечно, есть, но он не слишком велик. Всё ведь рассчитано на максимальный результат при минимальной массе и энергозатратах. Впрочем, наверное, критически важный параметр всё-таки есть. Я его уже упоминал — это стабильность кристаллов-резонаторов. Если её повысить, то они будут давать более качественное сканирующее излучение, а энергопотребление при этом останется прежним или даже снизится. Сейчас лучшие образцы кристаллов обладают стабильностью на уровне тридцати процентов от теоретически возможной, так что потенциал для улучшения этого параметра достаточно велик.
— Понять бы ещё, что такое эта стабильность, — с невеселой усмешкой произносит Ло.
— Это довольно просто, — увлеченно отвечает Кан, явно чувствующий себя в своей стихии. — Под стабильностью понимается способность кристалла пропускать через себя поток энергии и преобразовывать его в сканирующее излучение без паразитных возмущений в кристаллической решетке. Вернее, такие возмущения в любом случае будут, но важно, чтобы они не выходили за критический порог, после которого начинается спонтанное разрушение межатомных связей в кристалле.
— И как Сергей поймет, что именно нужно делать с этим камнем? — спрашивает Тапар. — С пулей всё более или менее ясно — она при попадании должна высвобождать скрытую силу в виде тепла или… Как вы, коллега, это называете?
— В виде кинетической энергии, — подсказывает Кан.
— Да, благодарю, именно кинетической. Так вот, в данном случае нет ни конкретного события, то есть попадания пули или снаряда в цель, ни понятной задачи для использования скрытой силы. Даже если кристалл удастся накачать энергией, совершенно не ясно, как она должна расходоваться и во что преобразовываться.
— Боюсь, не попробовав, мы в этом и не разберемся, — отвечаю Тапару. — Нужен эксперимент, причем тянуть с этим я бы не стал. Ло совершенно права по поводу отсутствия у нас времени на раскачку.
— Сергей, я, конечно, могу приказать вашему ремонтному роботу разобрать один из летающих дронов, — с явным сомнением произносит Тапар, — но что мы будем делать, если в процессе попытки модифицировать кристалл вы его повредите или уничтожите? Дрон после этого превратится в бесполезный хлам. А шанс, что всё закончится именно так, боюсь, довольно велик.
— Не стоит рисковать современным летающим дроном, — отвечает Шела. — У нас есть вариант гораздо лучше — наш беспилотник на основе диска-разведчика имперских времен. Даже если сломаем ему сканер, эту потерю можно достаточно просто восполнить. В утерянных землях такого добра навалом.
— Странно, что я сам о нем сразу не вспомнил… — в голосе Кана отчетливо слышится азарт исследователя. — Там ведь и кристаллы-резонаторы намного проще. Они крупнее, но стабильность у них на уровне десяти процентов от теоретической. Есть с чем работать.
— Делаем, — подводит итог обсуждению Ло. — Кан, сколько вам нужно времени, чтобы всё подготовить?
— Часа полтора. Лучше всего заняться этим в одном из ваших грузовых фургонов. Там и места достаточно, и всё необходимое под рукой, да и лишних глаз нет.
— Тапар, во время эксперимента следить за обстановкой придется вам, — предупреждает десантница. — Кан будет нужен для контроля технической части, а нам с Шелой придется находиться в фургоне вместе с Сергеем. Что-то я сомневаюсь, что барон Беллов обойдется в столь ответственном деле без нашей моральной поддержки.
* * *
Обстановка в какой-то мере привычная. Раскладное походное кресло и такой же стол, установленный в центре фургона, частично освобожденного от наших запасов. Справа и чуть позади меня в таких же креслах расположились Ло и Шела. Баронесса уже держит меня за руку, а Ло пока просто наблюдает за происходящим. А вот на столе вместо привычного снаряда или патрона лежит довольно крупный фиолетовый кристалл, тускло отблескивающий двадцатью тремя асимметричными гранями. По словам Кана, состав у него очень сложный, а кристаллическая решетка выращена послойно с помощью некой технологии, названной им интегративной атомарной сборкой. Инженер честно пытался рассказать, что это такое, но для хотя бы поверхностного понимания его объяснений моего скромного образования оказалось явно недостаточно. Судя по задумчивым выражениям лиц Ло и Шелы, они тоже восприняли новые знания, мягко говоря, не в полном объеме.
К трем самым малым по площади граням прилегают синеватого цвета тонкие пластины с ребристой поверхностью. По виду и не поймешь, из чего они сделаны. На металл не похоже. Скорее, какой-то композит. После объяснений про выращивание кристалла задавать Кану новые вопросы я не рискую. От пластин к краю стола тянутся тонкие нити кабелей и полупрозрачные трубчатые энерговоды. Где-то там, вне моего поля зрения, лежит разобранный ремдроном диск-разведчик. Разобранный, но не отключенный. По моей команде Кан готов подать на кристалл энергию, если, конечно, во время эксперимента это понадобится.
— Ну что, демон, видишь вот этот фиолетовый камешек? — спрашиваю у своего виртуального ассистента.
— Хозяин, это то, о чем я подумал? — голос демона звучит бесстрастно, но мне почему-то слышатся в нем нотки обреченности.
— Да, мой дорогой друг, это именно он, — мысленно подтверждаю я худшие опасения обитателя жезла. — Тот самый конструкт, который мы сейчас будем накачивать скрытой силой.
— Вы когда-нибудь себя убьете этими экспериментами, хозяин. А заодно и меня, — бухтит демон. Как он умудряется передавать эмоции, сохраняя полную невозмутимость в интонациях, остается для меня загадкой. Наверное, я
