почувствовал, как рубашка под пальто насквозь промокла от пота. Магическая клятва, данная Прохору, жила в нём, готовая убить за предательство, но сегодня он прошёл по самому краю пропасти и не сорвался.
Тимур невесело усмехнулся. Теперь он — двойной агент, идущий по натянутой над пропастью верёвке. Один неверный шаг — и последствия будут фатальными. Но выбора уже не было. Только двигаться вперёд, надеясь, что однажды всё это закончится, и удача не отвернётся от него.
* * *
Дорога в Муром оказалась длиннее, чем я ожидал. Мы двигались через смешанные леса, перемежающиеся полями и небольшими деревушками. Весенняя распутица немного подсохла, но в низинах колёса всё равно норовили увязнуть, замедляя наше продвижение. Тут уж выручала наша с Василисой магия земли. К счастью, погода выдалась ясная, и ночёвки под открытым небом не доставляли особых неудобств.
На третий день пути Федот начал развлекать нас историями о своих охотничьих приключениях. Его рассказ о том, как он голыми руками отбился от медведя, вызвал скептические усмешки у Силантия.
— Брешешь ты всё, Федька, — хмыкнул тот, помешивая кашу у костра. — Медведя голыми руками? Ты ж после трёх кружек браги от собственной тени шарахаешься.
— А вот и не брешу! — возмутился Федот. — Он малый был, тощий, годовалый. Я его за уши да по носу — он и сбежал!
Общий хохот разнёсся над поляной. Даже Василиса, обычно сдержанная, прикрыла рот ладонью, пытаясь скрыть улыбку. Полина же смеялась открыто, запрокинув голову, и в свете костра её волосы казались расплавленным золотом.
На следующее утро нас ждало испытание — переправа через разлившуюся после весенних дождей речку. Основной мост был подтоплен, и нам пришлось искать обходной путь через старый деревянный настил, который выглядел так, будто его соорудили ещё при царе Горохе.
— Не выдержит, — категорично заявил Степан, глядя на прогнившие доски. — Особенно грузовую телегу.
— Сам мост — может и нет, а вот лёд — другое дело, — задумчиво протянула Белозёрова, оценивающе глядя на бурлящий поток.
Она спешилась, подошла к самому краю воды и, вытянув руки, сосредоточилась. Поначалу ничего не происходило, но вскоре поверхность реки начала покрываться тонкой корочкой льда. Льдинки смыкались, нарастали, и спустя минуту перед нами уже был широкий ледяной мост, сияющий в лучах солнца.
— Ох, и сильна, барыня! — восхищённо выдохнул Федот. — Такую махину сотворить!
— Главное — быстро переправляться, пока лёд не треснул, — заметил я. — Полина, сколько он продержится?
Девушка прикусила губу, прикидывая.
— Минут пятнадцать-двадцать, не больше. Я старалась, но течение сильное, да и жарко сегодня.
— Значит, за дело! — скомандовал я. — Телеги вперёд, поклажу не снимать! Живо, живо!
Мы действовали быстро и слаженно. Возницы погоняли лошадей, стараясь выдерживать дистанцию, чтобы равномерно распределить нагрузку на лёд. Василиса страховала переправу своей магией земли, готовая в любой момент укрепить или восстановить ледяное полотно пластами камней.
К счастью, её помощь не понадобилась. Благодаря чарам Полины, наш маленький караван благополучно пересёк реку менее чем за десять минут. Как только последняя повозка съехала на твёрдую землю, гидромантка перестала удерживать концентрацию, и ледяной мост пошёл трещинами, разбившись на сотни сверкающих осколков.
— Вовремя! — выдохнул Степан, утирая пот со лба. — Спасибо, госпожа чародейка! Без вас несдобровать бы нам тут.
Полина устало улыбнулась и пошатнулась. Похоже, создание ледяной переправы отняло у неё немало сил.
К вечеру третьего дня перед нами наконец открылся Муром — внушительный город, раскинувшийся на высоком берегу Оки. Его белокаменные стены красиво контрастировали с тёмно-зелёными куполами многочисленных храмов. Меня поразили яркие расписные терема и боярские палаты — особняки, красующиеся вдоль главных улиц.
В отличие от строгого Владимира и чопорного Сергиева Посада, Муром показался мне более жизнерадостным и открытым. Улицы были шумными, полными торговцев, ремесленников и простых зевак. Повсюду чувствовалось влияние южных земель — в одежде встречались яркие цвета и витиеватые узоры, в воздухе витали ароматы специй.
При въезде в город нас остановила стража, украшенная гербами князя Терехова. Осмотр был поверхностным — я предъявил документы воеводы и заплатил положенную пошлину, после чего нас пропустили без лишних вопросов.
— Только смотрите, без нарушений, — напутствовал нас сержант. — Его сиятельство велел строго следить за порядком, особенно за чужаками.
По совету Василисы мы остановились в гостинице «Жемчужная лебедь», расположенной на тихой улочке недалеко от торговой площади. Двухэтажное здание с широким внутренним двором оказалось вполне приличным, хотя и не роскошным. Я арендовал три комнаты — одну небольшую для себя, вторую для девушек, третью попросторнее для остальных спутников. Для телег и лошадей нашлось место в просторной конюшне.
Хозяин гостиницы, лысоватый мужчина с внушительными усами, лично проводил нас в комнаты и распорядился подать ужин.
— Надолго к нам? — поинтересовался он, помогая внести вещи.
— Как дела пойдут, — уклончиво ответил я. — Дня три-четыре, не меньше.
За ужином мы обсудили план действий на следующий день. Я разложил на столе карту города, взятую на стойке гостиницы.
— Реликтовый приказ здесь, — указал я на отметку недалеко от центральной площади, — но нам он не нужен. В Муроме, в отличие от Сергиева Посада, разрешена свободная торговля Реликтами и Эссенцией.
Эту информацию было несложно узнать в Эфирнете, пока добирались до города.
— Купеческие ряды в южной части города, — добавил Степан. — Там и узнаем текущие цены.
— Вот что, — я повернулся к мельнику. — С утра ты с Силантием и Евсеем отправляйся на рынок. Пройдите по лавкам, разузнайте цены на всё, что мы привезли. Не продавайте пока ничего, только сравните предложения.
— Понял, Прохор Игнатьевич, — кивнул Степан.
— А мы, — я посмотрел на Василису и Полину, — пойдём искать нашего алхимика. Федот и Гаврила пойдут с нами для охраны.
Девушки в ответ тоже закивали, понимая что сначала дело, а затем прогулки и походы по магазинам.
— Встретимся здесь к обеду, — подытожил я. — Если кто-то задержится, отправит весточку через магофон.
Степану я вручил артефакт, оставшийся от покойного старосты.
Утро началось с небольшой суматохи — Полина обнаружила, что забыла свою косметичку, а Василиса никак не могла найти идеальную шляпку для «маскировки». Наконец, обе девушки предстали передо мной в простых, но добротных платьях горожанок среднего достатка, с волосами, собранными под кокетливыми шляпками. Глядя на их преображение, я едва сдержал улыбку — даже в таком виде они
