Ростислав Терехов. Кому, как не ему, могли быть интересны результаты таких исследований?
— Вопрос в том, зачем проводить подобные исследования тайно, в глухом лесу, а не в нормальной лаборатории, — задумчиво произнесла геомантка.
— Очевидно, потому что это должно быть незаконно, — Белозёрова задумчиво коснулась подбородка. — Даже для князя.
Мы продолжили путь, обходя шумную рыночную площадь. Полина достала из сумочки маленький серебристый магофон и что-то быстро напечатала на крошечной клавиатуре.
— Что ты делаешь? — поинтересовался я.
— Ищу в Эфирнете, — отозвалась она, не отрывая взгляда от экрана. — Должны же быть какие-то правила для таких вещей… вот, нашла!
Мы остановились у небольшого фонтана, чтобы Полина могла показать нам найденную информацию.
— Смотрите, здесь упоминается Казанская конвенция, подписанная всеми княжествами Содружества ещё двести лет назад, — она указала на текст. — Там перечислены запрещённые методы исследования Реликтов и Эссенции. И да, эксперименты над людьми входят в этот список.
— Значит, даже князь не может открыто нарушать эти правила, — заключила Василиса. — Поэтому Верлин, изгнанный из академии, и работал в лесу вокруг Угрюмихи, вдали от любопытных глаз.
Я мрачно кивнул. Теперь многое становилось понятным.
— Если Зарецкий участвовал в подобных исследованиях, то, возможно, он знал слишком много, — произнёс я. — И теперь сам стал объектом экспериментов… или уже мёртв.
— Или его хотели привлечь к этим опытам из-за его знаний, — возразила Белозёрова.
— Быть может…
Муромская Академия возвышалась в конце широкой улицы — монументальное четырёхэтажное здание из красного кирпича, построенное в классическом стиле. Массивные колонны поддерживали портик главного входа, а высокие арочные окна придавали фасаду строгую элегантность. Над центральным входом располагался барельеф, изображающий раскрытую книгу с выходящими из неё лучами света. По обе стороны от входа стояли бронзовые статуи первых ректоров.
Оставив двух охотников позади, мы поднялись по широким мраморным ступеням ко входу, где двое охранников в тёмно-синей форме с эмблемой академии на нагрудных карманах внимательно осматривали всех входящих.
— Цель визита? — спросил один из них, преграждая нам путь рукой.
Полина не растерялась:
— Мы из журнала «Научный вестник Содружества», — она уверенно достала свой блокнот. — Готовим статью о достижениях выпускников магических академий.
Охранник скептически осмотрел нас с головы до ног.
— У вас есть пропуска?
— Разумеется, нет, — Полина слегка рассмеялась. — Мы приехали издалека и надеялись получить их на месте. Нам нужно встретиться с кем-то из администрации.
После недолгих колебаний охранник выдал нам временные гостевые бейджи и указал на схему здания, висящую у входа.
Назвавшись журналистом, оказалось, действительно можно пройти куда угодно. Хоть в этом книжки Полины не соврали.
— Административный корпус в восточном крыле, второй этаж, комната 217, — произнёс он сухо. — Не задерживайтесь в учебных зонах.
Мы вошли в просторный вестибюль с высоким потолком. Внутри стены были отделаны светлым камнем и украшены портретами выдающихся выпускников. Мозаичный пол образовывал сложный геометрический узор, в центре которого располагался герб академии — серебряная колба над раскрытой книгой.
Следуя указателям, мы прошли через главный холл, свернули в восточное крыло и поднялись по широкой мраморной лестнице на второй этаж. Административный коридор отличался более строгим оформлением: тёмные деревянные панели на стенах, приглушённое освещение и ряд дверей с табличками.
Секретариат академии располагался в просторном помещении с высокими окнами, выходящими во внутренний двор. За длинной стойкой сидели две женщины, одна из которых, с собранными в тугой пучок волосами, что-то записывала в большую книгу. Заметив нас, она подняла взгляд и вопросительно изогнула бровь.
— Чем могу помочь? — спросила она деловитым тоном.
Полина выступила вперёд, мгновенно преображаясь. Её спина выпрямилась, подбородок чуть приподнялся, а на губах появилась уверенная улыбка.
— Доброе утро, — произнесла она с лёгким столичным акцентом. — Меня зовут… Пелагея Бельская, я представляю журнал «Научный вестник Содружества». Мы готовим материал о молодых талантах магических академий!
Я едва сдержал улыбку. Полина была убедительна — её аристократическое воспитание и природная уверенность делали образ журналистки исключительно достоверным.
— А это мои коллеги, — она жестом указала на нас с Василисой. — Фотограф и научный консультант.
Секретарь нахмурилась.
— Никогда не слышала о такой газете… И вообще у нас не было уведомления о вашем визите. Обычно такие вещи согласовываются заранее.
— Действительно, — гидромантка изобразила лёгкое смущение. — Мы отправляли запрос неделю назад. Возможно, произошла какая-то путаница. Но поскольку мы уже здесь и прибыли издалека… — она сделала умоляющий жест. — Нам нужно совсем немного информации для статьи.
Женщина за стойкой колебалась, но затем слегка смягчилась.
— Что конкретно вас интересует?
— Мы хотели бы поговорить с несколькими студентами, которые упоминались как перспективные таланты. Например, Александр Зарецкий, — Полина достала небольшой блокнот, притворяясь, что сверяется со списком. — А также Андрей Кравцов, Елена Зуброва…
При упоминании этих имён лицо секретаря заметно напряглось.
— Боюсь, эти студенты больше не обучаются в нашей академии, — отрезала она. — Все они были отчислены в прошлом году.
— Отчислены? — «удивилась» Полина. — Но почему? Нам говорили, что они были одними из лучших…
— Я не располагаю подробностями, — женщина явно хотела закончить разговор. — Это внутренние дела академии.
— А когда именно произошли эти отчисления? — вмешалась Василиса, изображая научного консультанта. — Нам важно отразить точную хронологию в статье.
Секретарь неохотно заглянула в компьютер.
— Зарецкий был отчислен в феврале прошлого года за нарушение академической этики. Кравцов и Зуброва — в марте и апреле, соответственно, тоже с формулировкой о нарушении правил академии. Кажется, речь шла о недостойном поведении. Странно, что из всех наших учеников вас заинтересовали именно они.
Я отметил про себя, что отчисления предшествовали исчезновениям, о которых сообщалось в газетных объявлениях.
— Как жаль, — вздохнула Полина. — В таком случае, не могли бы вы порекомендовать других талантливых студентов для нашего материала?
— Вы знаете, — секретарь внезапно выпрямилась, — вы не первые журналисты, интересующиеся этими студентами. Неделю назад здесь был молодой человек из «Муромского обозревателя» с похожими вопросами.
— Правда? — Полина изобразила профессиональный интерес. — Возможно, нам стоит связаться с ним, чтобы обменяться информацией.
— Он оставил визитку на случай, если появится дополнительная информация, — секретарь порылась в ящике стола и достала небольшую карточку. — Вот, думаю, вам лучше координировать усилия с ним. А если все же хотите собрать
