свою отставку оформлять.
Алекс про себя прикинул — может, действительно его ультиматум помог.
— Ну а как тебе нравится вариант меня на полтора лимона нагреть?
— Отличный вариант. В девяносто втором, когда я доложил о твоем наследстве, всем было как-то не до этого, теперь загребущие ручки все вспомнили.
— Что, и никак нельзя с этого соскочить?
— А зачем соскакивать: принимай вызов и паши как Папа Карло.
— Ты же сам как-то говорил, что более легкой физической работы, чем у Папы Карло, и придумать было нельзя.
— Значит, для тебя легко и будет.
— Ты разве не понимаешь, что любимый Департамент толкает меня на тотальный криминал.
— Так на суде потом и скажешь, — ухмыльнулся «дядя Альберто».
— А что мне с Лавкиным и Соником делать? Завтра Бункер забирают.
— А сам что собираешься делать?
— На время могу их в своей служебной хате разместить. Там четыре комнаты, и Лара как раз в Питер улетела. Но очень неприятный вариант.
— Верни туда, откуда взял. Какие проблемы!
Простота решения потрясла Алекса, а ведь верно, почему бы и нет.
— И что, сидеть и охранять его там?
— Зачем? Поставь на счетчик, как тебя Свирид поставил. Как того обиженного зовут, ты сказал: Вагин Лев Борисович? Судя по всему, наш клиент дорожит теми, на кого ты вышел: сестра, тетя, бывшая жена, неприступная пассия. Скажи ему, что ты уже рассказал Вагину об этой его уязвимости, чтобы он за забор носа не показывал. Через два месяца он выплачивает двести штук и начинает искать триста штук для тебя. Заодно внуши: если что с тобой случится, с ним точно так расправится твоя команда. Он же считает, что у тебя тоже есть высший босс.
— Я думал, я кровожадный, а тут ты такой! — не мог скрыть своего удивления Алекс. — Тогда самый главный вопрос: ты помогаешь мне или как?
— А те двое из «Элиса» — насколько они надежны?
— С одним мы делали Скамейкину укол, второй осторожничает, но, похоже, тоже очень верит в мою фартовость.
— Как я понимаю, они в курсе твоего питерского криминала, а про клуб, англосаксов и людей в штатском вокруг тебя что думают?
— Понятия не имею, мне лишь бы надоедливых вопросов не задавали.
— Ты это просто так ляпаешь или серьезно так считаешь?
— Не знаю. Иногда мне кажется, что лучше бы меня взяли и за что-нибудь посадили, чем весь этот бесконечный огород городить, с четырех сторон кусают, — честно признался Алекс.
— Откуда с четырех?
— Во-первых, простые уголовники, которые пытались мою Треххатку ограбить, — принялся Копылов загибать пальцы. — Во-вторых, наше с тобой бодание с Лавкиным. В-третьих, теперь вот от Свирида. И самое веселое: поеду за границу с подругой пузо греть у моря, а меня матрасники с мелкобритами повяжут за то, что я с ними такой нечестный. Ну куда крестьянину податься?.. Так что на главный вопрос?
— Мне бы сначала со Стасом как следует переговорить.
— Ты же старше по званию, чему простой капитан научит? Помощь будет?
— А чем мне еще, простому отставнику, заниматься, — сокрушенно хмыкнул майор.
В «Арго» Пан Директор попал уже под вечер. Там вовсю проходил бенефис Сабины. С утра она озвучила Хазину одно из предложений по дизайну клуба. Мол, видела в кафе на Крите, как в качестве декора там к потолку были прилеплены старые бытовые вещи, что и прикольно, и незабываемо. Идея Жорке страшно понравилась, и он тут же принялся воплощать ее в жизнь: прошерстили с Банкиршей все подвалы «Арго» и среди старого театрального реквизита нашли немало нужных штучек. И Алекс застал последние аккорды их действий: в одной из комнат на стремянках стояли двое рабочих с перфораторами, сверлили в потолке дырки, вставляли дюбеля и прикрепляли гипер-«декор»: пишущую машинку, мясорубку, утюг на углях, трубу от патефона, гармошку, домру, пионерский горн с барабаном, старые коньки, каску пожарного, стетоскоп, разводной ключ, канделябр, сломанные настольные часы и т. д.
Иногда в комнату заглядывала Леночка, но тут же в ужасе убегала.
— Он же одобрил? — спросил у Сабины, кивая на Алекса, младший князек.
— Он промолчал, значит одобрил, — была находчива Банкирша.
— Ну так и ничего, — признал их художество Пан Директор.
Вечером в треххатке Сабины его ожидал второй сюрприз:
— Завтра в Москву приезжает мой папенька, очень хочет посмотреть, как я тут устроилась, и с тобой познакомиться.
(Но ему ли быть в ауте — после треволнений с Аникеем и Свиридом.)
— Ну и отлично, попросим его благословения, если что.
— Ты иногда бываешь чудо как хорош! — оценила она его ответ.
2
На «акцию» (по-другому назвать это язык не поворачивался) поехали втроем: Алекс, Зацепин, Вадим. Майор уже был без повязки на руке, однако армреслингом пока заниматься не мог, но стрелять — вполне. С собой, кроме трех «Макарычей» и броников, захватили еще полиграф. Позже в Чижах к ним должны были присоединиться на «мерсе» в качестве оперативного резерва Нил со Стасом.
Появление в своих рядах двух товарищей в штатском оба элисца восприняли как должное, кому как не Алексу расширять состав их банды. Также не возражали уже и по эвакуации сидельцев в Чижи — другого выхода просто не было.
Лавочкин при виде Петра Иваныча вскочил с койки как подпаленный:
— Так это все ты!
— Не совсем, — холодно осадил его майор. — Есть начальство и повыше. Как тебя, однако, расписало.
На повязке на голове сидельца проступало заметное желто-красное пятно.
— Не волнуйся, не твоих рук дело.
— Я и не волнуюсь. А врач в твоей банде имеется?
— Имеется.
— Тогда все к нему, — жест, понятно, на Алекса.
— Ситуация немного усложнилась, — повел свое соло Копылов. — Вмешался вдруг джинсовый барон Вагин Лев Борисович и срочно потребовал взад свои двести кусков тугриков. Рвался сюда с нами, захотел вас в свой личный подвал пересадить. Пришлось сказать ему о ваших болевых точках с женой, сестрой и тетей, что ваша ОПГ нейтрализована и сбегать вам абсолютно некуда. Я правильно ему все сказал?
Лавочкин ждал продолжения, недоверчиво косясь на Зацепина.
— Сейчас мы едем в Чижи и оставляем вас под домашним арестом, — продолжил Алекс. — Сумеете оттуда сбежать — будете большой молодец, но второй раз хватать мы вас не будем. Между прочим, я единственный, кто проголосовал оставить вас живым, у остальных очень каменное сердце, как выяснилось. По дороге думайте, как будете выплачивать все эти контрибуции, когда приедем, расскажете.
Со вторым сидельцем особых объяснений не было, просто дали новую футболку и отомкнули цепь. Вынесли из Бункера в минивэн нажитое тюремное имущество и вперед.
Насчет гаишников не слишком беспокоились — у Зацепина нашлись грозные корочки советника одного из депутатов Госдумы. Пару раз все же
