останавливались. Сначала Алекс, отойдя от минивэна, позвонил Стасу узнать, что там на Чижевской даче делается. Вроде бы там всего один Вася Белкин, ответил капитан. Второй раз Алекс отошел от минивэна уже с Зацепиным, ему пришла в голову мысль не оставлять Соника в Чижах, а отправить в его московскую квартиру, где тот проживал со старенькой матерью. Майор сказал, что главная ценность взрывателя сейчас именно в паре с Лавочкиным, как свидетеля их обоюдной сдачи суверенных позиций, будет кому рассказать и про «Бирему», и про «Фазенду». Заодно отметил
медицинскую помощь Алекса главному арестанту — теперь тот выглядел просто жалко.
По дороге Копылов изучал записки Лавочкина, их содержание показывало, что отмыться ему перед своими подельниками никак не получится — столь подробно он расписал, чем каждый из них знаменит и на что пригоден. Было там и про Щуку, все совпадало с водителем главбуха «Элиса».
Молчание в минивэне Зацепина выглядело внушительнее, чем если бы он говорил, поэтому арестантов Алекс взялся инструктировать сам:
— Васе Белкину и другим представьте нас как своих партнеров, навязанных вам дядей Гордеем.
— Каким еще дядей Гордеем? — для Лавкина это была новость.
— Который взял всех нас под свою крышу и приставил заниматься прежним делом, но в расширенном сводном составе.
— Они вряд ли этому бреду поверят.
— А Соник на что? Пусть расскажет, как его повязали в Питере, возили на «Фазенду», потом в московский Бункер. В общем, отдан приказ сверху две банды слить в одну и расширить поле деятельности. Соник, ты слышишь, как все было?
— Слышу, — глухо отвечал Соник, сидящий по левую руку от Лавочкина.
Вадим с напряженным лицом лишь слушал, не имея что сказать подходящее.
Вот уже и Чижи и знакомый коттедж за высоким забором. Кажется, ничего не изменилось, но нет, над воротами появились два видеоглазка: один — на подступы к воротам, второй — на боковую сторону забора. Возле ворот Вадим дал короткий сигнал клаксона, а Лавочкин вышел из машины, дабы предстать во всей красе. Через минуту в приоткрытую калитку высунулась голова Белкина:
— Сергей Тарасыч?
— Открывай уже! — прикрикнул бывший босс.
Ворота распахнулись, и минивэн въехал во двор. Вадим остался в машине стеречь Соника, Лавочкин с Белкиным и Алекс с Зацепиным прошли в дом.
— Это теперь не наши мишени, а наши новые кадры, все теперь будет у нас чуть иначе, — послушно следовал инструкции Тарасыч, радушным хозяином показывая гостям дом: два жилых этажа на семь комнат, подвал с сауной и мини-бассейном, чердак, превращенный в спортзал с тренажерами. При первичном налете Алекс на всю эту широту и упакованность мало обратил внимания, сейчас же она просто лезла в глаза — этакая резиденция на добрый взвод спецназа если что.
— Поляну давай накрывай, — сказал Лавочкин Белкину.
— Не сейчас, — поправил Алекс. — Сейчас нас ждут другие дела. Для начала немного просканируем Василия? Чтобы все по-честному.
Сиё означало допрос на полиграфе. Вадим с Соником принесли из машины в гостиную хитрый прибор, Алекс обращался с ним с обретенной уже сноровкой: закрепил датчики, развернул нужным образом Василия, усадил за монитор Зацепина, Вадима с Тарасычем отослал в смежную столовую, откуда они, впрочем, могли все слышать. Ранее полученная от сидельцев информация о Белкине позволяла задавать нужные вопросы, приводя Васю в изрядный трепет. Главное, что были получены ответы на вопрос, хранятся ли в доме большие деньги: «Да» — хранятся, «Да» — больше десяти тысяч долларов, «Да» — больше ста тысяч долларов.
После этого Лавочкину не оставалось ничего, как спуститься в подвал и принести в гостиную десять пачек «франклинов» в банковской упаковке. Новый соатаман в лице Алекса не пожадничал: взял только пять пачек, остальные оставил лавкиным на бедность.
— Следующий улов тоже будет, как и договаривались: пятьдесят на пятьдесят, — это относилось не только к Тарасычу, но и ко всем остальным свидетелям дележки, молча наблюдавшим за денежными манипуляциями.
Когда решили попить хоть чайку, прозвучал воротный звонок — приехал еще один клиент, знакомый по прослушке Макар, крупный детина со злым зэковским лицом.
— Опаньки! — воскликнул он, когда ворота отъехали в сторону и во всей красе предстал исчезнувший минивэн.
Ничего не подозревая, загнал свой неказистый «опель» во двор, вытащил пакеты с продуктами и потопал в дом.
— Опаньки!! — повторил при виде нежданных гостей.
По-хорошему необходимо было и его пропустить через полиграф, но сил и желания уже не было.
— Это тот Макар, который половину доходов отдает разведенной жене, — то ли похвалил, то ли подколол Алекс. — Ну вы тут сами ему все объясните, а мы поехали. Кстати, Василий, едешь с нами на пару часов, не забудь паспорт и документы на машину.
В общем, загрузились в минивэн и поехали. Пока выезжали, Алекс, сидя сзади, держал на коленях снятый с предохранителя «Макарыч». Но каких-то подозрительных телодвижений сзади среди тройки провожающих не случилось. Не понадобилась и помощь от страховавших их у входа в Чижи Нила со Стасом на «мерсе», жучок, закрепленный на воротнике Алекса, позволял прекрасно слышать и записывать все, что происходило на даче.
Заехав в Одинцово, они нашли нотариальную контору, где честь по чести оформили Вадиму доверенность на минивэн Белкина.
— Не переживай, все будет пучком, — успокаивал Алекс Василия. — Сейчас просто у нас некая реорганизация. Твоя машина так твоей и останется.
Заодно задавал «пассажиру» и другие вопросы, касаемые всей их банды. Белкин успел уже рассмотреть наличие «Макарычей» и броников у тройки гостей, да и «мерс» срисовал, поэтому был тих и послушен. В нотариальной конторе обнаружилось, что у него нет с собой ни копейки, поэтому Алексу пришлось не только оплатить нотариальный сбор, но и дать Василию тысячу рваных на такси, чтобы тот добрался назад на дачу.
— Да ты просто родился быть Крестным отцом, — заявил Зацепин, когда они вновь вывернули на Можайское шоссе.
— Что есть, то есть, — целиком согласился с ним на пол-литра употевший от всех переживаний Вадим.
3
С доверенностью на машину ехать было одно удовольствие, даже наличие оружия, броников и упаковок тугриков совсем не смущало. Первым высадили у метро, освободив от реквизита, майора, потом поехали уже прямо к «Арго», там неподалеку их поджидал Нил, успевший уже смотаться в «Элис» за 15 тысячами тугриков.
— А вот они — 50 тысяч нашей второй честной добычи, — не удержался от театрального жеста Алекс, предъявляя пакет с пятью увесистыми упаковками.
— А это доверенность на минивэн, теперь он наш, — похвастал и Вадим.
— В общем так, — подытожил Копылов. — На роялти, как договаривались, берем только восемь тысяч, остальное пока не трогаем. (Нилу.) Ты теперь еще и наш казначей-интендант, владей добычей и веди полную отчетность. И вспоминай иногда
