и не очень дешёвый способ, но чего не сделаешь ради сохранения своей тайны. К тому же, и выхода другого не было. Устройство самоликвидации было довольно примитивным. Это расположенный внутри контейнера заряд взрывчатого вещества, способный повредить до состояния невозможности использования находящуюся внутри контейнера аппаратуру и носители разведанной информации, по сути превратив их в мелкочастичный мусор, и разрушить сам контейнер, разбросав этот мусор по большой территории.
Для задействования взрывного устройства самоликвидации использовался электродетонатор, срабатывающий от аккумулятора по сигналу радиовысотомера, если контейнер находился в стадии падения, либо по цепи подрыва несанкционированного доступа, если контейнер находился на земле.
Система самоликвидации шара была подключена к специальному контакту радиовысотомера изначально, с момента старта шара. Но в автоматике шара имелся таймер, который позволял отключить эту систему через определённое время. При расчёте траектории полёта определялось примерное время, в течение которого шар находился над нашей территорией. Всё это время система была готова ликвидировать контейнер. А в момент примерного выхода шара за пределы территории нашей страны и стран наших союзников таймер выдавал сигнал на отключение системы самоликвидации. Дело в том, что на излёте своей траектории отдельные шары были уже плохоуправляемые за счёт израсходования энергии источника питания или запаса газа в оболочке и иногда завершали полёт в режиме медленного падения. Естественно, вне зоны активных действий средств нашей ПВО самоликвидация контейнера была нецелесообразна. Она и не осуществлялась.
Продолжение следует.
И
стория
45. Ш
ары
АДА – 5.
Как же была организована самоликвидация технически? Система была подключена через контакт таймера к специальному контакту радиовысотомера. Радиовысотомер работал в штатном режиме и выдавал сигнал на самоликвидацию контейнера только в одном случае – если происходило некомпенсируемое снижение шара над территорией противника без сигнала от наземного пульта и без перехода в режим приземления. То есть, какими бы не были пробоины в оболочке шара от воздействия средств ПВО, каким бы медленным не был выход газа из шара, если аппаратуре шара не удавалось удерживать шар в диапазоне высот, то шар пусть медленно, но неуклонно снижался. И это могло означать только одно – оболочка шара повреждена и полёт шара стал аварийным. Радиовысотомер продолжал измерять высоту, и при спуске шара до запрограммированного значения высоты выдавал сигнал на электродетонатор подрыва, после чего шар прекращал своё существование вместе со взорванным контейнером. Вот почему несмотря на большое количество сбитых шаров в распоряжении наших учёных и конструкторов были всего единицы подобной техники.
И вот почему таким важным было спецзадание, которое по версии Евгения Носкова "Пеленг огненных шаров" выполняла группа Игоря Дятлова.
Но вернёмся на перевал.
Туристы, имеющие в своём распоряжении наземный пульт, конфискованный у саранпаульского шпиона, удачно опустили на нужную высоту шар и приземлили контейнер. Затем по сигналу радиомаячка обнаружили контейнер и завладели им. В разные годы контейнер имел разные габариты и массу. Но ориентировочно это был герметичный ударопрочный ящик в форме куба со скруглёнными углами со стороной примерно в полметра и весом примерно в 100 кг. Конечно, наземный оператор не мог далеко утащить на себе такой контейнер, да и спрятать его от людей, не занимающихся шпионской деятельностью, в посёлке проживания было сложно. К тому же аппаратура шара уже отработала свою задачу и была оператору не нужна. Возвратить же её целиком организаторам запуска также было проблематично. Что ж, за всё хорошее надо платить, и спецслужбы вероятного противника платили. Платили потерей аппаратуры за получение разведывательной информации. Впрочем, на территории нашей страны наземными операторами приземлялись не все шары, а лишь небольшое их количество, и по сравнению с потерями от самоликвидации в результате уничтожения шара системами ПВО эта плата была не такой уж серьёзной.
Чтобы наземному оператору было удобней и безопасней передать содержимое шара резиденту, аппаратура внутри контейнера размещалась в виде состыкованных друг с другом небольших герметизированных блоков, часть из которых после вскрытия контейнера и расстыковки подлежала передаче резиденту. Эти блоки могли свободно помещаться в рюкзак, вещмешок, сумку. При желании могли даже отправляться в почтовой посылке, передаваться при встрече на ж/д-станции или закладываться в тайник. Их конструкция, масса и габариты были удобными для этого.
Чтобы извлечь эти блоки из контейнера, его было нужно вскрыть. А вскрыть можно было только санкционировано, в противном случае срабатывала система самоликвидации, и контейнер взрывался.
Система самоликвидации использовалась та же самая, что и в полёте, вот только сигнал на подрыв поступал уже от другого устройства, и называлось оно механическим концевым выключателем.
Устройство не новое, широко использовалось как вероятным противником, так и нашими конструкторами. Лично мне приходилось работать с такими устройствами.
Например, современная управляемая мина М225. Раньше мины были попроще.
В своё время на нашей восточной границе существовало, как считалось, недружественное нам государство. Граница с ним была протяжённая, и в случае военных действий, вызванных агрессией недружественного государства, наши войска не могли занять сплошную оборону. Поэтому вдоль границы устанавливались заграждения из фугасов большой мощности, призванные остановить продвижение бронетехники противника. Эти фугасы были даже чем-то схожи с контейнером АДА, так же имели герметичный ударопрочный корпус, аккумулятор и электродетонаторы подрыва. А ещё сложное радиоуправляющее кодированное устройство. Только форма фугаса была не в виде куба, а в виде цилиндра с круглой крышкой. В грунте вдоль границы оборудовались колодцы, в эти колодцы в мирное время устанавливались фугасы, их автоматика взводилась и была готова к срабатыванию. Для дистанционного взрыва фугасов достаточно было пролёта вертолёта на расстоянии нескольких километров от линии фугасов. Радиоуправляющее устройство с вертолёта выдавало сигнал на подрыв фугасов. Техника противника поражалась можно сказать без участия человека.
Естественно, что противник мог попытаться обезвредить фугас либо захватить его. И вот тут-то и срабатывала система самоликвидации, происходил полномасштабный взрыв с поражением пытающегося вскрыть его противника.
Аналогично работала и система самоликвидации контейнера АДА при попытке его несанкционированного вскрытия. Контейнер также имел крышку, закреплённую к основанию серией винтов или болтов. Внешне все винты или болты были одинаковы. Но под двумя из них находились концевые выключатели, соединённые последовательно. В исходном состоянии выключатели были утоплены винтом (болтом). Но если начать выкручивать этот винт или болт, то концевой выключатель перемещался вслед за винтом (болтом) и через определённое количество витков резьбы винта или болта замыкал цепь и вызывал самоликвидацию контейнера с поражением персонала, пытавшегося вывинтить винты (болты) крепления. Таким образом, вскрытие контейнера и доступ к его содержимому посторонним лицам был закрыт. И не просто закрыт, а закрыт под угрозой взрывных травм или даже гибели. Жестоко?
