– Не нравится мне это, – пробормотал Яромир, оглядывая бескрайние болота с узкими полосками суши.
– Если б болотники нас в ловушку заманить хотели да перебить, они б с собой махины эти не потащили, да и княжну свою с нами не отправили. Князь, видел, с каким ликом кислым ее отпускал?
– Видел, понимаю, а все равно на сердце неспокойно как-то, – покачал головой дружинник.
Над болотами разнесся противный крик какой-то местной птицы.
– О, – поднял вверх палец Ягайло. – Разведка возвращается, сигналит, чтоб мы стрелами не начинили с недогляду.
Действительно, между стволов замелькали фигуры, с ног до головы опутанные длинными космами тины. Разведчики направились прямо к болотному воеводе, что-то зашептали ему на ухо. Тот помахал рукой Ягайле и Яромиру, мол, присоединяйтесь, и устроился на кочке. Русичи присели рядом. Глеб и Олеся тоже подошли, но было видно, что мысли их заняты вовсе не предстоящей сечей. Начальник разведчиков, юркий парень с черными живыми глазами, рассказывал:
– …Все тихо, но караулы увеличены. Дозорные на башнях по двое. Да еще по стенам ходят. Над воротами аж по шесть человек. Некоторые по дороге выложенной, что в польскую сторону тянется, далеко ушли. Видимо, встречать кого-то собирались. Мы уж решили было захватить одного да к вам доставить, чтоб повыспросить, значит, как следует. Но побоялись, что нашумим. Или хватятся их – и весь наш план тайный прахом пойдет.
– Это вы верно рассудили, – кивнул воевода.
– Да и ловушки там везде. Колья в дно врыты, самострелы к деревьям привязаны, мы сняли парочку, один принесли вот. – Один из разведчиков показал собравшимся простейший арбалет без рычага с зацепляющейся за специальные прорези в ложе тетивой. Конструкция простая до невозможности, но очень надежная. – Даже капканы медвежьи под водой расставлены, особливо у дороги. Не подойти так просто.
– А что, витязь, – спросил воевода, – может, нам дорогу перерезать да захватить гостей неведомых?
– Да стоит ли? – поскреб в отрастающей бороде Ягайло. – Если они кого знатного ждут, можем спугнуть. Он обратно повернет. Если просто провизии и драгоценностей каких, так на кой они нам? Обуза только. Да даже если и оружие, чего такого у них есть, чего у нас нет? Я мыслю, надо подождать, пока они это дело в крепость завезут. Тогда уж прихлопнуть всех разом и посмотреть на месте. А вы границы ловушек пометили? – спросил он у разведчиков.
– Те, что с нашей стороны, да. На глазок, конечно, близко не подходили. Но перед нашими метками капканов точно нет.
– Хорошо, да мало. Мужики укрáинские с той стороны пойдут. Не встряли бы. Я Никифора в письме предупредил, конечно, но кто ж его знает, как оно там пойдет. Эх, догляд бы за ними нужен.
– Чай, не малые дети, справятся, – басовито, куда девалась девичья манера, вставил Глеб.
– Справиться-то справятся, в том сомнений нет, – вздохнул Ягайло. – Вопрос – как. Не хочется, чтоб под самострелы попали или ног в капканах лишились.
– Да ладно тебе, – встрял Яромир. – Чего там мужики, бабы еще нарожают.
– Я тоже так думал недавно совсем. Но передумал… А, ладно, – оборвал он сам себя, – долгий и бесполезный то разговор. О другом сейчас мыслить надо. Где площадка для машин камнеметных, про которую князь сказывал?
– Да ты на ней сидишь, почитай. Вот за теми кустиками есть пригорочек безлесный, саженей тридцать в поперечнике, как раз хватит основания поставить и снаряду полететь, за верхушки не цепляясь.
– А стук топоров в крепости не услышат? – поинтересовалась Олеся. – Звук по-над водой далеко распространяется…
Разведчики и Ягайло глянули на нее уважительно.
– Не должны. Три версты, чай, немало, да и ветер от них в нашу сторону. Снесет звук.
– А пушки как же? – спросил Яромир, по всему видать, прикипевший сердцем к своей артиллерии. – Они с холма того до крепости не дострелят. Да и деревья помешают. Ствол надо задирать так, что заряд скорее обратно на голову свалится.
– Пушки ближе подтаскивать надобно. На прямую видимость, – задумчиво произнес воевода.
– Опасно то, – ответил Яромир. – У нас-то бочки, почитай, а у них стволы литые да с верхов стрелять будут. Заметят, так в щепу разнесут, пока наши пушкари изготовятся.
– А если их на лодках оставить? – предложил Глеб.
– Это как же? – уточнил Ягайло.
– Ну, поставить туда деревяшку какую, чтоб ствол упереть, да и пальнуть прямо с воды.
– То идея хорошая, – пробормотал Яромир, задумчиво потирая щеку. – Да невыполнимая. Упор нужно крепкий, не то отдачей лодке днище прошибет али саму ее опрокинет. Не того у нас размера корабли.
– А если их без лафета, на руках принесть? – задумчиво произнес Ягайло. – Скажем, приделать под дно пушкам две толстые палки, поставить четырех мужиков покрепче к ним, да пятого с фитилем запальным сзади. Выбегут они на берег, положат ту орудию, как фитильщик выцелит, да и бахнут?
– Бахнуть-то они бахнут, да разве попадут куда? – усомнился десятник.
– Попасть, оно, конечно, неплохо бы, да только все равно с двух-трех раз крепость не разобьешь, а шума наделать много можно. И страху на врагов нагнать.
– Не пужливые люди-то в крепостице сидят, – вставил Глеб.
– То тебе лучше нас ведомо! – злясь на себя за собственную злость, рявкнул Ягайло. – Только ты их видел, если не набрехал тогда.
– Знаешь, витязь. – Княжич встал со своего пенька, гордо выпятил грудь и положил руку на рукоять сабли. – Ты для меня много доброго сделал, за что тебе поклон, но с хулой мириться я не буду.
– Ух ты, а у цыпленка перья выросли, – издевательски ухмыльнулся Ягайло. – Хотя нет, перья-то давно выросли, да только теперь он их из бабьих в мужские перекрасил наконец.
Глеб с визгом вырвал саблю из ножен, замахнулся и кинулся на Ягайло. Тот выставил вперед ногу и подбил его в голень, втянул голову в плечи, чтоб ненароком не зацепило пролетающее над головой тело, и удовлетворенно усмехнулся густому, жирному всплеску в соседнем бочаге.
Разведчики прыснули в кулак, военачальники неодобрительно покачали головами, Олеся вскочила, сжимая и разжимая кулачки. Щеки ее пошли красными пятнами.
– Зачем ты так, витязь?!
– А чего он на меня с саблей кидается? – по-детски запальчиво спросил Ягайло.
– Да я не про то. Чего его платьем женским попрекать?
– Ну… Не знаю, само как-то… – пробормотал витязь, прислушиваясь к бултыханию княжича.
– А что он, по-твоему, делать должен был? Охранники его предателями оказались, при княжьем дворе заговор, ты оттуда, так кто знает? Вот открылся бы он тебе, а ты б из стана недругов оказался? Да боец, с коим сравнить даже некого в этих краях. Прибил бы его, да концы в болото. Никто б, у кого разума чуть есть, такого делать не стал. Понимаешь? – на одном дыхании выпалила Олеся.
