– Похоже, ты забыл, что жив только благодаря мне. Я ведь могу опять пожелать заточить тебя в камень. Каждому порядочному дракону полагается иметь свою сокровищницу, и ты положишь ей начало. – Лиссу колотило от страха, злости и потери крови. Вампир, вопреки предупреждению, взял слишком много. И теперь, когда онемение сходило вместе с наваждением, Лисса понимала, как рисковала и какую допустила глупость.
– Чего ты хочешь?
Он шагнул в глубь камеры, сливаясь с темнотой, и теперь Лисса слышала только голос. Похоже, вампир опять решил заморочить ей голову. Девушка твердо решила не поддаваться его чарам, но внезапно поймала себя на мысли, что надо незаметно стащить ключи от камеры у князя и выпустить узника, которого незаслуженно посадили в подземелье.
– Марош!
– Ладно, не буду. – Он опять вернулся в круг света, и наваждение спало, как страшный сон. – Ты хоть понимаешь, что я мог запросто убить тебя, полностью обескровив, и твоя зубочистка не причинила бы мне никакого вреда.
Теперь Лисса прекрасно это осознавала. Сознание, не затуманенное гипнозом, буквально кричало о том, что перед ней хищник, возможно, самый опасный в этом мире. И смерть для этого хищника столь же естественна, как само дыхание.
И все же девушка была уверена, что Марош не причинит ей зла. Просто он не хочет показывать своего расположения к ней, чтобы не потерять репутацию заправского злодея.
– Почему меня хотят убить? Не за красивые же глаза?
– Ну-у-у… – Вампир закусил губу, чтобы не расхохотаться, и Лисса впервые увидела его клыки. – Ты очень красивая девушка, Василиса. Хотя думаю, ты и сама об этом знаешь.
– Марош! Если ты сейчас же не расскажешь мне все, что знаешь, я опять заточу тебя в камень, на этот раз навечно.
Вампир взглянул на нее совсем другими глазами, словно она только что эволюционировала от фаршированной индейки до говорящего шимпанзе.
– Оу! Так бы сразу и сказала. – Почесав нос, он задумался, а Лисса была готова взвыть от нетерпения. Если мыслительный процесс у вампира затянется, Кош хватится ее, и тогда не поздоровится обоим.
– Что я получу за это?
– Уже получил. И я до сих пор так и не услышала, кто заказчик и как у него оказалась прядь волос, которую я отдала лешему.
Марош сощурил глаза, и Лисса поняла, что доросла до неандертальца. Не выдержав собственного сравнения, девушка расхохоталась. Мужчина, не видя причин для веселья, скептически смотрел на нее, видимо решив, что она тронулась умом после укуса.
– Что смешного? – не выдержал он, помимо воли начиная улыбаться.
– Да так, вспомнилась индейка в яблоках. Ты не отвлекайся от темы. Если бы не знал, не стал бы торговаться.
– А вдруг? Что тебе вообще известно о вампирах?
– Ничего. Но врать не будешь. Не в том положении.
Только сейчас Лисса поняла, что стоит, вцепившись в прутья решетки, а руки мужчины лежат поверх ее пальцев, чтобы не позволить ей в случае чего вырваться. Марош, увидев, что она заметила, улыбнулся, но рук не убрал.
– Имя заказчика нам не говорят. Его знает только мастер. Таковы правила гильдии. Но я могу догадываться о причинах, а там сама думай, кому мешает твое присутствие в этом мире. У тебя ведь дар осуществлять истинные желания души?
Лисса кивнула. Зачем отпираться, если это очевидно. Никаким другим способом она бы с ним не справилась. Вампир, отправляясь на дело, наверняка защитил себя от любого магического воздействия, а она со своим неправильным даром ему все карты спутала.
– Паршиво.
Вот теперь она в его глазах стала человеком.
– А то я сама не знаю. – Она помимо воли улыбнулась. – И все равно бессмыслица получается. Как мне объяснили, мой дар только для меня. Для других он бесполезен. Так кому может быть плохо от того, что я им владею?
Вампир не ответил. Но она поняла, что задала правильный вопрос, и теперь нужно найти на него ответы. Только вот, к сожалению, Лисса слишком мало знала о своем даре и совершенно не разбиралась в магических тонкостях.
– Спасибо, что навел на правильную мысль. Я подумаю об этом. – Лисса высвободила руки из ладоней вампира. Марош не стал удерживать. Кивнул, принимая благодарность, и проводил девушку задумчивым взглядом. Лисса остановилась в дверях камеры и оглянулась:
– За тебя замолвить слово?
Мужчина улыбнулся:
– Нет, я долго здесь не задержусь.
– Сбежишь?
– А то!
– Тогда удачи!
Вампир моргнул от удивления:
– Э… спасибо. И тебе того же.
Глава 23
До похода в цирк оставалось немного времени, и Лисса решила потратить его на чтение. Соорудив себе на кровати настоящее гнездо из подушек и одеял, она устроилась поудобнее и разложила на коленях книжку, решив во что бы то ни стало дочитаться до чего-нибудь полезного.
После десяти глав, прочитанных вслух по слогам, руны стали восприниматься как родные, и девушка провалилась в совершенно незнакомый мир магии и волшебства. Процесс, который Федеор называл «стоит только пожелать», был основан на обширных знаниях, которые были накоплены им за столетия жизни и оттачивались каждодневной практикой. От книги со странным для учебника названием «Для тех, кому некогда учиться» было невозможно оторваться. То, с какой виртуозностью маг выстраивал причинно-следственные связи осуществления желаний, добиваясь единства разума, души и тела, просто завораживало.
– Тук-тук, – услышала Лисса голос Ани, влетевшей в открытую дверь спальни с огромной коробкой в руках. – Ты почему в темноте читаешь? Зрение посадить хочешь? Учти, услуги целителя стоят дорого. Зрение вернут, но это обойдется тебе не в один десяток златеней.
Девушка пристроила коробку посреди стола и, прищелкнув пальцами, зажгла все имеющиеся в комнате светильники.
Лисса захлопнула книжку, машинально запоминая номер прочитанной страницы – сто двадцать три. Она как раз дошла до методов концентрации и списка литературы, которую нужно изучить, прежде чем переходить к разделу «Практические занятия».
– Я так увлеклась, что не заметила, как стемнело. – Только сейчас она сообразила, что солнце давно село и за окном разлились синие сумерки. – А мне все было видно, словно день на улице.
– Чего ты там бормочешь? – Аня плюхнулась рядом с ней на кровать и потянула к себе книжку. – Ого, откуда у тебя?
– Учитель подарил. Практическое руководство по моему дару. – Лисса вырвала книгу из загребущих рук подруги и кивнула на коробку, переключая Анино внимание. Меньше знает, лучше будет спать. – А это что такое?
Аня прыснула со смеху, перевернулась и заставила коробку прилететь на кровать.
– Подарок от Кошшервеля. Просил передать. И еще велел, чтобы мы были готовы через час. Поужинаем в городе и отправимся на представление.
Лисса только сейчас обратила внимание, что Аня одета в нарядное платье. Среди Ванюшиных подарков такого не было. Видно, она тоже не рискнула показывать обновки сородичам, чтобы уши не надрали. На ногах у девушки были изящные туфельки на низком каблуке. Ходить в таких – одно удовольствие.
– Что там? – Лисса потянула ленту, удерживающую крышку, и едва узел развязался, оттуда вывалились туфли, такие же, как у Ани, только другого цвета. – Можешь не отвечать.
– Брат решил, что тебе пора иметь приличные вещи, а не то тряпье, которое ты носишь, и пока ты тут читала, мы с ним сгоняли в город и прикупили тебе пару платьев. Все прилично просто до безобразия, никакого эротичного белья здесь нет. Но если ты его наденешь, Кош будет в отпаде.
Лисса представила себе ситуацию, при которой жених отпадет от вида ее белья, и побагровела от негодования. Причем львиная доля ее злости относилась к Ане, а не к Кощею. Как раз Коша понять можно. Она всеми руками и ногами отбрыкивается от замужества, и парень решил сменить тактику, начав дарить подарки. Ожидаемо, но все равно приятно. Только вот Аня почему-то полагает, что ее брат при первом удобном случае полезет к ней под платье, а Лисса будет этому несказанно рада. Это возмутило девушку до глубины души.
Она сгребла вещи, соскочила с кровати и ушла за ширму, надеясь, что Аня не последует за ней. Куда там. Совместное проживание в общежитии, в комнате, которая одновременно является и спальней, и гостиной, и кабинетом, и столовой, давно отучило их стесняться друг друга. Так что Аня пошла за ней, притащив коробку, в которой еще остались чулки, подвязки, панталоны и разные мелочи вроде заколок и цветных лент для волос.
– Лучше бы ты дверь в комнату закрывала, – неправильно поняла ее уход Аня. – А то оставила ее нараспашку, заходи, кто хочешь.
– На ней все равно нет замка, так какой смысл?
– А такой, что если дверь закрыта, никто не посмеет в нее войти без стука и пока не пригласят, – пояснила Аня. Наткнувшись на ее скептический взгляд, подруга всплеснула руками: – Лисса, это тебе не детский дом и не общага, где двери всегда открыты. Здесь за несоблюдение приличий секут на площади, чтобы другим неповадно было.
