дешевых, которые продают на углу Портовой, вылитые в форме акул и скатов, он и раньше обещал, но так и не сподобился купить, чертов красный песок, чертовы бродяги на их джонках, чертовы деньги, которые так нужны и которых никогда не хватает.
— Вот непруха. — говорит он с пересохшим горлом: — Великая Десятка, вы же меня убьете? — дурацкий вопрос, думает он, идиотский вопрос, никто не ответит ему правду. Так ведьмы и сказали «конечно мы тебя убьем», нет, никто так не делает. Они дадут ему призрачную надежду, скажут «нет, мы тебя не собираемся убивать», а потом — темный переулок и огненный шар в спину. Или кинжал, он же видит, что под плащом у одной из них — целый арсенал. Видел он таких на войне, быстрые, смертоносные, неостановимые. Ассасин.
— Никто тебя убивать не собирается… — морщится та, что справа: — зададим несколько вопросов и уйдем. Еще и денег дадим. — в ее руке мелькает золотой империал, но Эон знает, что это всего лишь приманка. Кто будет тратить империал, если проще убить?
— Ладно. — говорит он, опуская плечи и внутренне принимая свою судьбу: — что вы хотите знать?
— Во-первых — какой сейчас год? — спрашивает девушка в странных очках: — кто управляет Новой Республикой? И имя, да имя — как зовут всех героев Десятки?
— Что?! — он на мгновение забывает, что ему грозит и смотрит на нее в недоумении. Каждый знает что сейчас 1543-й год по летоисчислению, что Новая Республика это название из учебников истории, что все страны были объединены Империей и Всемудрой Императрицей во главе ее и сейчас на всей территории Срединной Империи — царит мир и покой, что торговля с Конфедерацией, Королевством и прочими чудиками из-за моря — разрешена только в Анкервилле и только через гильдию и что красный песок попадает в Империю только через этот вот порт. В один конец идет паучий шелк, фарфор, оружие и доспехи, кости веретенозубых лисиц, меха и конечно же артефакты. А обратно идет серебро и красный песок. Которые запрещен к обороту последним эдиктом Сына Всемудрой, потому что красный песок отнимает волю к жизни и сердца ее подданых, снижаются налоги и коррупция разлагает государство. В первую очередь, конечно же — снижаются налоги, да. В его голове мелькает мысль, что эти девушки не могут быть и ведьмами, ведьмы отлично знают какой год и кто сейчас стоит во главе розыска и уж тем более — все знают имена героев Великой Десятки. Или это его проверяют? На что? На вменяемость?
— Так вы не ведьмы? — спрашивает он: — точно?
— Клянусь Великой Десяткой — ни секунды не промедлив клянется та, что справа и он облегченно вздыхает. Ведьмы ни в жизнь не будут кляться Великой Десяткой, они богохульницы и еретички, им святым именем поклясться — все равно что кислоты хлебнуть, тотчас пена изо рта пойдет и глаза выпадут. Но кто они тогда?
— Год сейчас 1543-й. — говорит он: — А Новая Республика она только лет десять и просуществовала. Как прошла лихая година и Драконоубийца покинула нас, так и не стало Новой Республики. Потому как без Драконоубийцы все страны вокруг — стали на нас ножи точить. — продолжает он, успокаиваясь и даже махнув Милой Весте, чтобы та прислала девочку за их стол.
— Дорманцы, конечно, первыми начали. — вздыхает он: — тогда я еще мальчишкой был. Начали с пограничных конфликтов, да с того, что сенатора нашего убили. И парочку деревень на границы вырезали, а жителей в рабство увели.
— Рабство?! — девушка выпрямляется и теперь уже ее глаза вспыхивают огнем, но не яростным желтым пламенем, а синим, холодным. Эон уже привык к такому и даже не вздрагивает.
— Как в рабство?! Я … в смысле Драконоубийца же запретила рабство на всем континенте!
— Да? Было такое? — удивляется Эон: — ну, так ее не стало и все. Рабство сейчас легально, только налогами обложено. Ну и есть ограничения — как с рабами обращаться. Запрещено спаривать детей с родителями и богомерзкие эксперименты ставить. И продавать несовершеннолетним. Во избежание разврата.
— Что за… — шипит девушка, прямо как шипучая змея в песчаной дюне: — да как они…
— Что будете? — возле столика появляется девочка в коротенькой юбочке и белой блузке с фартуком. На фартуке было написано «Милая Веста».
— Вот, кстати. — говори Эон: — Лиззи тоже рабыня. Веста дает ей возможность выкупить патент — еще два года осталось, верно, Лиззи?
— Верно. — кивает девочка: — я стану свободной, но буду все равно здесь работать. Просто Веста будет платить мне деньги. Эон, Веста сказала, что никаких больше в долг, с тебя только наличными и только вперед. А еще Ириния сверху сказала, что ты мудак и что она тебя больше не любит. И можешь больше к ней не приходить.
— Эээ… — подвис Эон, но тут же полез в карман. Дело такое — надо раскошеливаться, пусть они не маги и не ведьмы, но фокус с глазами он точно видел! Да и по одежде, по манерам, — ясно что из благородных, оказать таким услугу — значит полезные связи получить. И, чем черт не шутит, глядишь и удастся договорится о перевозке товара. Шесть ящиков красного песка сами себя через залив не перевезут.
— На, вот. — он дает официантке несколько серебряных монет: — нам сюда кувшин хорошего вина, никакой лирийской кислятины. И … поесть что-нибудь. Приличное. — добавил он. Лиззи ловко изобразила книксен и унеслась на кухню.
— Рабство. — повторила девушка и вздохнула: — продолжай.
— … да. О чем я. Ах, да. История Империи. Дорманцы нарвались и они получили — Новая Республика ударила в ответ на их провокации и объявила о создании нового государства — Империи.
— Но… почему Империя? Республика же была?
— Да потому что Республика была слаба. — объясняет прописные истины Эон: — сенаторы брали взятки, коррупция пронизала общество снизу доверху, все страдали под гнетом сраной демократии. И только Всемудрая Императрица Сумирэ — могла сильной рукой навести порядок в этом бардаке!
— Аматэрасу… — бормочет девушка и обхватывает голову руками: — что
