Лаки улыбнулся шире и вдохнул полной грудью, усевшись на стул в допросной. Он доверил свою жизнь Карре Скойлок, как самому доброму и справедливому человеку, которого когда-либо встречал. И если она пожелала ему смерти в темницах, он готов принять такое возмездие за все, что совершил. Он готов к каре.
* * *
От моего напора и проявленного желания во всем сознаться, Бэй Норв организовал команду в течении пятнадцати минут. В кабинете нас присутствовало семеро: Мадвен сидел за своим столом, вылупившись на меня; мужчина и молодая девушка — маги истины, — стояли скромно у шкафа; один законослужитель уселся за стол покойного Тами Вудста, запасся бумагой, крепко сжал ручку и собирался записывать каждое услышанное тут слово; еще двое служителей стояли у двери. Я не знала, зачем они тут, но, наверное, будут ждать первого же приказа от Норва, чтобы заковать Акферда.
— Итак, Карра, — начал Бэй, улыбнулся мне по-доброму и попросил: — Расскажи мне, как ты узнала, что Лаки Акферд убийца?
— Никак.
Его улыбка не сходила еще пару секунд, а затем он нахмурился и с нажимом произнес:
— Карра, ты пришла сюда, чтобы сообщить нам, что Лаки Акферд — Ленверский убийца.
— Неправда, — получилось как-то нервно, но я не планировала отступать. Оглянулась на мужчину, убедилась, что он все записывает и продолжила прежде, чем Норв успел бы перебить: — Я сюда пришла, потому что Мадвен попросил идти за ним. А показание... Я хочу дать о другом.
— О чем? — сдержанно спросил Бэй, но пальцы его сжали заполненные на мое имя анкеты.
— Лаки Акферд не может быть убийцей.
Шумный выдох Норва прозвучал бы громко, но утонул в возмущении Мадвена:
— Зачем ты врешь, Карра?!
— Я не знаю, что вам наговорила ваша дочь, — смотрела я на Бэя, прекрасно понимая, что разрушаю свою крепкую дружбу с Агнети. — Но Лаки невиновен, и у меня есть доказательства. Наверное… — стушевалась, но не позволила себе отступать и останавливаться. — У нас с Лаки роман. В ночь казни, например, мы совместно были в Эвинере. Я ездила к нему. Маги истины запросто могут проверить, что я не лгу.
— Карра... — выдохнул Бэй.
— Я спала с ним! — громко заявила я, понимая, что уже в ближайшие дни информация разлетится по Ленверу. — Заклинание Алиофрио позволит выявить эту связь.
— Оно очень болезненно, — качал головой отец Агнети, явно думая совершенно о другом.
— А в другие дни он тоже был с тобой?! — вскочил Мадвен.
Я не растерялась, обернулась на пишущего, убеждаясь, что он фиксирует и это тоже.
— Был, — солгала я. — Всегда был рядом. Точно дни могу не помнить, но... Мы с ним часто проводили совместные ночи.
— Не записывай, — попросил Норв, затем глянул на меня устало и попытался достучаться: — Карра, у тебя свадьба на носу. Твоя семья известна в Ленвере. Поиск связи через Алиофрио — это риск для твоей жизни. Его не получится провести тихо.
— Я не буду стыдиться связи с Акфердом, — настаивала я на своем.
— Бестолковая девчонка! — взорвался Бэй, привставая со стула. — Подумай о родителях! О себе подумай. Квинфы не простят. Ради кого ты губишь свое будущее?
Я опустила голову, осознавая правоту в его словах, но не могла иначе. Мне не удастся простить себе, если убью Лаки. Ради него я готова отказаться от всего, что у меня есть. Даже от жизни.
— Он мразь! — воскликнул Мадвен у меня за спиной. — Ты должна помнить Тами! Он пропал, и его все еще не нашли. Ты догадываешься, что...
— Достаточно, — холодно оборвал Норв. — Флэри, готовь запросы на Алиофрио для Карры Скойлок, — и чуть тише проговорил мне: — Послужит тебе уроком.
— Может к Тролду. Пусть обыщут комнату Акферда, — не мог отпустить так просто Мадвен.
— Нет. Совпадение трех букв еще не повод. Без показаний Карры даже официальные допросы смешны, — скривившись, выплюнул Норв. — Можешь идти Скойлок. Если связь с Акфердом не подтвердится, то ты будешь рассматриваться по делу, как соучастница, и осуждена за укрывательство. И если выживешь, конечно.
Лаки побледнел, когда ему сообщили, что он свободен, лишь попросили любую не магическую вещь на время. Извинений ему не принесли, а вот бормотание на тему идиотки, которую он поимел во всех смыслах, его покоробило и даже разозлило. Он никогда не слышал, чтобы о Карре отзывались столь грубо. Акферд перехватил незнакомую задумчивую девушку, спускающуюся по лестнице, и уточнил, что произошло. От услышанного его дыхание сперло. Он едва не прорычал ругательства вслух. До него никак не доходило, как Карра посмела пойти на такое?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В его голове один вопрос мелькал за другим, вызывая головокружение. Карра Скойлок гробила собственную репутацию, рисковала жизнью, здоровьем и лгала в серьезном деле. Теперь Акферд терялся, понимая, что если он попадет под суд, то синеволосая птичка будет втянута следом. А ведь он все так рассчитал!
Если бы он попал сейчас за решетку, то отец без лишнего шума избавился бы от него. Его смерть развязала бы клубок: Озрин стал бы женихом Ксалти без лишней проверки на способность возглавить клан, Тролд утихомирил бы семьи в собственном клане, а Карра осталась бы жива и невредима.
Последнее — все, чего он желал. Ради благополучия улыбчивой и звонкой девушки, умеющей вызвать его смех, он готов был пожертвовать собой. Лаки все рассчитал, но забыл лишь об одном — Карра Скойлок не такая.
Власти Квинфов в Ленвере можно было позавидовать. В считанные часы, как только отцу Уола доложили обо мне и ситуации, он добился невозможного. Связь между мной и Лаки искали скрытно ото всех. Тем не менее маги истины не щадили меня.
Охлажденный льдом алтарь из ярко-красного минерала с названием кровь дракона ждал меня в темном помещении. Мне было неприятно раздеваться при мужчине, но отступать я не привыкла. Одежду сложила на стуле у входа, вдохнула глубже, глядя на невероятно красивое, но смертельно опасное ложе. Маги не спешили приближаться к нему, хоть и выпили необходимые зелья. А вот я была лишена такой прелести. Сколько я протяну?
— Расслабься и старайся не прерывать нас. Мы все сделаем быстро, — произнес маг, пока его напарница бормотала длинное заклинание раз за разом, будто справлялась с акцентом в некоторых фрагментах.
Я молча подошла к алтарю. В нос ударил резкий кислый запах, а глаза мгновенно защипало. Несмотря на лед у подножия минерала, он уже был теплым. Я сглотнула, сощурившись, и улеглась, не позволяя себе долго раздумывать. Спину почти сразу начало пощипывать, а воздуха не хватало. Маги подошли следом. Мужчина расположился у моих ног, а девушка в изголовье. Она же положила знакомый мне медальон у моей головы. Сразу после маги закрыли глаза и синхронно запели. Кашель стал душить секунд через тридцать, но я держалась, не позволяя себе слабость. Когда связи стали проявляться, я не смогла сравнивать их. Первые болезненные судороги появились в тоже время, как кожу, касающуюся алтаря, обожгло. Глаза слезились, а сознание расшатывалось. Мне нечем было дышать. Когда тело стало неметь, а дыхание замедлилось, потому что сил для него не оставалось, меня подняли. Я не могла стоять самостоятельно даже под душем. От зелий разболелась голова, а затем я помнила только, как рухнула в объятия испуганного папы.
Просыпалась с трудом. Обнаружила себя в своей комнате дома, не представляя, сколько проспала. За окном стояла темнота. Кое-как поднялась, накинула длинный свитер и, шатаясь, побрела на поиски родителей. В гостиной никого не нашла. Возле крошечной комнаты с камином остановилась, прислушиваясь к голосам:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Уолсан сам ее спровоцировал. Ему повезло, что я не знал, как у него полноценно все обустроено.
— Не вини его, — заступалась мама. — Карра мне о Тэе давно рассказала. Пусть наслаждается мальчик, пока время позволяет.
— А дочка наша что? — негромко интересовался отец. — Как коснулось, так ее только винят. Ишь! Голос надумали повышать.
