декольте и манжетам. Сдержанный классический стиль для негласной церемонии. Смотрю на себя в зеркало. Медные, почти красные волосы стянуты в аккуратную косу, зеленые глаза и родинка над губой. Я не скрываю внешность, смысла в этом больше нет. Надеюсь, все пройдет гладко и чиновники не придумают новых требований.
— Привет, Ли. Ты готова? — встал за моей спиной Гила.
Он изменил своему рабочему стилю, надел строгий костюм с торчащим из нагрудного кармашка алым платком.
В отражении зеркала мы смотрелись необыкновенно. Высокий, статный мужчина и я, еле достающая ему до груди.
— Ты прекрасно выглядишь, — обернулась к нему и поцеловала. — Решил отпраздновать окончание моих мытарств?
— Можно сказать и так. Думаю, сегодня у нас заслуженный выходной.
— Даже так? Ты уверен, что получится сбежать из академии? Что-то мне подсказывает, у нас не выйдет, — положила руки на его широкую грудь.
— Я все предусмотрел, у меня есть план. Мы скроемся незаметно, и нас никто не остановит. Ильгиду я занял на весь день. У студентов внеплановые занятия. Секретаря отпустил. Неразлучных Пьера и Маврика отправил в королевский дворец с важным заданием.
— Это с каким?
— О! Им придется заняться садоводством. Наша молодая королева очень любит цветы, а некоторые никак не приживаются. Маврик проверит условия в теплицах, а Пьеру предстоит подпитать своими зельями почву.
Я не сдержала смех. Надеюсь, теплицы королевы переживут их энтузиазм.
— Вот видишь, я все предусмотрел.
— А как же Элан?
— Розе требовалась срочная помощь с выпечкой, и он с радостью согласился. Так что сегодня весь день только для нас двоих.
В глазах моего ректора загорелись озорные огоньки. Он взял меня в охапку и приподнял, чтобы поцеловать. Это было так сладко, нежно и по-настоящему чувственно, что голова закружилась. Хотя не только от поцелуя… Но мне еще предстоит сказать ему об этом.
Мы вышли из комнат и спустились в кабинет Гилы. Нас уже ожидали. Дар-Кан и человек в форме королевского служащего.
— Добрый день, — поздоровалась я.
Гила кивнул присутствующим и достал из тайника в стене книгу.
— Давайте быстрее с этим покончим. У нас с Линой еще дела.
Некромант понимающе промолчал, а наблюдатель вздохнул:
— Что ж, Эвалина Слайвер…
— Ридел, — поправил его Гилатер.
Как только все прояснилось, я вернула себе девичью фамилию. Впрочем, ее и возвращать не пришлось. Так и оказалось — я не была замужем официально и клятв в храме богини Оры по-настоящему не давала. Ридел — фамилия моего отца, ее я и сократила до Рид, когда была в бегах.
— Да-да, простите. Эвалина Ридел, вам необходимо вписать вашу способность влиять на ауру живых существ в книгу «Редкие дары». Впишите название дара, его возможности, длительность действия, опишите все, как мы договаривались.
Я села за стол, Гила придвинул ко мне небольшую книгу, и… я растерялась.
— Эм…
— Что такое? — спросил чиновник.
— Я не знаю, как называется мой дар.
— Это неважно, придумайте сами, — сказал эйт.
Взяв магический стилус, я стала мысленно подбирать слова, подходящие по смыслу к моему дару. Взгляд зацепился за знакомое имя, написанное в книге: «Анна-Лея — холодные голоса». Та молодая женщина в положении, с которой я познакомилась в академии, супруга Дар-Кана. Далее шло краткое описание ее дара, и надо сказать, он весьма жуткий. Я обернулась на некроманта, он кивнул, а я, больше не раздумывая, написала так, как называл меня отец: «Муза желаний».
— Отлично. Теперь вы дадите клятву не распространять конфиденциальную информацию, не причинять вред королевству Интарии… и сотрудничать с короной, — удовлетворенно проговорил наблюдатель.
— Нет, постой, Дар! — вмешался ректор. — Об этом мы не договаривались! Вы собираетесь использовать Лину при каждом удобном случае? Принуждать⁈ Ты же знаешь, она не сможет, если это будет претить ее дару. Она будет мучиться, болеть.
— Это воля короля, Гила, — ответил некромант, а сам скривился.
— Да пошло оно все к нечисти! Лина, идем! — схватил меня за руку Гилатер, двигаясь к выходу.
— Подождите, — остановил нас некромант. — Мне самому это не нравится. Есть одна мысль. Эвалина, если потребуется твой дар и у тебя не возникнет диссонанса, приводящего к нежелательным последствиям для здоровья, ты согласишься сотрудничать?
— Да, — кивнула я.
В конце концов дар для того и нужен, чтобы помогать, а если он не откликнется на просящего, то и не нужна, значит, ему помощь.
На том мы и решили. Я произнесла слова клятвы, и мы с Гилой отправились на заслуженный отдых.
Зимний вечер окутал столицу сизой дымкой. Ректор подал мне руку, помог выйти из кареты. Порыв задумчивого ветра, пришедшего с гор Интарии, окутал нас прохладой. Совсем скоро наступит новый виток жизни. Новый год, который обязательно принесет очередные вызовы и препятствия на пути. Но мне не страшно, потому что со мной он, мой мужчина, мой ректор. Праздник, традиционно пахнущий морозом в Дорке, здесь не кусался холодом.
— Очень красиво! — восхитилась я, впечатленная видом самой лучшей ресторации Морены.
Двухэтажное строение из белого камня, увитое лепниной, выглядело как небольшой дворец с высокими колонами и дверями, больше похожими на ворота.
Мы разместились за дальним столиком в уединенной нише огромного зала. Мягкий полумрак обволакивал каждый столик, рассыпая блики золота от сотен мерцающих свечей. Аромат изысканных блюд — тонкие нотки трюфеля, пряный шлейф специй, свежесть цитрусов — витал в воздухе, смешиваясь с едва уловимым запахом роз в небольших вазах на каждом столе.
Огонь свечей отражался теплым светом на лице Гилатера, делая его голубые глаза пронзительней. Мне кажется или он волнуется? Хочет, чтобы мне все понравилось? Но мне в его компании всегда хорошо, я уже не представляю себя без него. Приручил, окутал своим теплом, решил множество моих проблем. Я бы сама не справилась. Этот мужчина послан мне богами. Я украдкой смотрела на ректора, который в первую нашу встречу показался мне грозным руководителем. А теперь я знаю, насколько он переживает за все, что ему дорого.
— Я люблю тебя! — вдруг выпалила я, не ожидая от самой себя такого.
В ответ — гнетущая тишина. Удивленный ректор потерял дар речи, а мои щеки опалило жаром.
— То есть я… Прости, наверно, не стоило. Тебя это не должно ни к чему обязывать. Просто мне… я не знаю…
Что я несу? Не могу связать ни слова. Мысли разбежались в разные стороны. Так неловко я себя никогда не чувствовала. Да, мы вместе и у нас все хорошо, но признаний от меня не звучало.
Ректор рывком поднялся, обошел стол и встал передо мной на одно колено. Теперь я изумленно смотрела на него.
— Лина, ты… —
