знает о существовании Школы для альез и о том, каковы там правила наблюдения за выпускницами. Либо она работала там когда-то. Либо…
– Училась? – ляпнула я.
Но эта версия внезапно показалась мне разумной.
– Вот сейчас и выясним.
Выждав ещё немного, мы покинули свой экипаж и вошли в прохладный холл доходного дома. Он и правда оказался респектабельным: большие чистые окна, мраморная лестница и закрытые массивными дверями хозяйственные помещения, откуда доносились приглушённые разговоры работников. Тут был и свой ресторан, и даже портье, как в гостинице, но только чуть менее внимательный. Он лишь едва поднял на нас взгляд и останавливать не стал.
Дальше Рикард шёл по следу маячка на конверте. Не знаю, что он чувствовал, но вёл меня уверенно и быстро. Мы поднялись на третий этаж и остановились у высокой двери одной из квартир. Генерал прислушался, я тоже – для вида, потому что не могла похвастаться такой же, как у него, остротой слуха. Всё-таки он не совсем человек.
– Заходим, – коротко распорядился дракон. – Я первый, ты – когда я разрешу.
Мне этот факт не совсем понравился. За последние недели я настолько привыкла действовать сама, что теперь мне казалось, что меня ущемляют. Но задним умом понимала, что это просто забота и беспокойство. Так удивительно! Обо мне давным-давно никто так не тревожился.
– Кто? – резко спросили изнутри, когда Рикард позвонил в дверь.
– Откройте! У нас с потолка капает вода! Кажется, вы нас заливаете! – рявкнул генерал так уверенно, будто имел неоднократный печальный опыт.
– Что за ерунда? – буркнул страж у двери и открыл нам.
Рикард метнулся вперёд, сразу сшиб его с ног и скрутил силком из тёмной магии. А я только застыла, приоткрыв рот, сражённая зрелищем молниеносно действующего теневого дракона. Вот это реакция! Охранник даже пикнуть не успел!
Услышав шум, к нам вышел ещё один верзила – в грудь ему сразу ударился плотный сгусток силы и мгновенно заключил его в кокон. Других охранников у Сатины не оказалось, и дальше мы прошли свободно.
Женщина сидела за письменным столом у окна и что-то сосредоточенно читала.
– Джейме? – спросила она буднично. – Что там случилось?
– День добрый, матра Вергис, – ответила я.
Спина Сатины напряглась, и она наконец повернулась к нам всем корпусом. Бесстрастно оглядела с головы до ног сначала меня, а затем и Рикарда.
– Надо же! Вы пришли сами. Так и знала, что для того, чтобы уговорить вас на встречу, генерал, надо всего лишь затронуть вашу истинную. Магия очень облегчила мне жизнь.
– Что вам нужно от Изабель? – хмурясь, спросил Рикард.
– От неё? Ничего. – Женщина пожала плечами. – А вот вы мне очень нужны, мессир шан Дегрейн.
Прозвучало не очень хорошо, повеяло какой-то ловушкой, и мы с Рикардом одновременно огляделись. Сатина встала и подошла ближе.
– Хорошо, что вам нужно от меня?
Я почувствовала, как внутри генерала качнулась волна магии. Он приготовился обороняться.
– Вы отпустили бы моих парней, они не сделают ничего плохого, если мне не угрожает опасность, – между делом напомнила Сатина. – А мне она не угрожает, ведь я тоже не желаю вам зла, мессир шан Дегрейн.
– Именно поэтому вы хотели расстроить мою свадьбу и гонялись за моей истинной? – Рикард скептически прищурился. – Нет уж, пусть полежат так.
Сатина вздохнула, но настаивать не стала.
– Всё это были лишь уловки, чтобы открыть вам глаза на то, что очень давно происходит вокруг. И чего вы, будучи даже человеком очень внимательным, не замечаете. Признаюсь, моей целью было внести разлад между вами и королём Легаром. Но времени было слишком мало, и не всё задуманное удалось. Поэтому, когда я узнала, что нанятая мной альеза по счастливому стечению обстоятельств оказалась вашей истинной, то решила, что это может мне пригодиться.
– Зачем вам было ссорить меня с королём? – Лицо генерала стало ещё напряжённее.
– Чтобы вы согласились поговорить с принцем Дартасом и выслушать его аргументы. Ослеплённый благосклонностью Легара и долгом перед королевством, вы вряд ли стали бы его слушать, верно? – Сатина взяла с подноса стакан с водой и залпом осушила его, будто очень волновалась.
Впрочем, в присутствии Рикарда волновались, кажется, все женщины – такая уж у него энергетика. Зато я сейчас чувствовала себя в непоколебимой безопасности. Наверное, первый раз в жизни.
– Не стал бы, – согласился дракон.
– Потому что вы отличный, верный своему королю воин. Это прекрасно. Но, как вы, наверное, уже поняли, Его Величество подобные качества не ценит. Я тоже стала жертвой предательства со стороны государства, служению которому хотела посвятить жизнь. Но я сама виновата, да. – Сатина на пару мгновений задумалась, словно решалась сказать что-то важное. – Это я стала виновницей разлада между принцем Дартасом и вашей сестрой.
Между нами повисло слегка озадаченное молчание. В тишине стало слышно возню спеленутых в прихожей охранников.
– И каким же образом? – наконец спросил Рикард. – Бытовала версия, что любовник опоил её, но Вивелии не удалось это доказать.
– Зелье действительно было, – согласилась женщина. – На время оно могло заблокировать магию истинности, и – теоретически – девушка провела бы ночь с другим так, что дракон об этом не узнал бы.
Я вспомнила, как Рикард упустил момент, когда меня поцеловал Корнелл, потому что был истощён магически после сложного сражения. Значит, это всё-таки возможно!
– Чувствую, где-то в этом месте закралось «но», – вставил Рикард.
– «Но» заключается в том, что Вивелия любила Дартаса и не пошла бы на это, даже не будь между ними магической связи. Зелье просто подбросили ей, чтобы уличить в хитрости. А она просто не помнила, что делала в тот момент, когда это всё произошло, поэтому никак не могла себя оправдать.
– Вы подбросили зелье? – тон генерала не предвещал Сатине ничего хорошего.
– Нет, я подменила Вивелию. Я альеза, как и Изабель, – буднично ответила та, словно всё это было очевидно давным-давно.
Ещё одна молчаливая пауза, и мне показалось, что всё вокруг сейчас начнёт покрываться льдом.
– Как-то слишком много альез на меня одного, – тихо проговорил Рикард. – И на кого вы работали?
– Мне не называли имён, не посвящали меня в подробности – я просто выполняла задание, – принялась рассуждать Сатина. – Но всё, что случилось дальше, ясно говорит о том, что выгодно это было лишь одному человеку – принцу Легару. Теперь уже королю, естественно.
Она вновь села и приглашающим жестом указала нам на диван. Ноги, признаться, уже начали затекать, поэтому мы не стали себя мучить, и Рикард сразу взял меня за руку, хоть поддержка в этой ситуации скорее была нужна ему.
– И вы можете это
