как вкопанная, не доезжая до дома. Она просто стояла и смотрела.
— Что случилось? — прошептала я, поглаживая ее по холке. — Чего ты встала?
Звездочка фыркнула и ударила копытом о землю. В этом звуке мне почудился… испуг. Мне стало не по себе. Она сделала шаг назад, потом еще один и снова застыла, низко опустив голову и рассматривая что-то у себя под ногами.
Я проследила за ее взглядом и похолодела.
Следы. Множество следов на снегу. Женские — маленькие, аккуратные. И мужские — широкие, тяжелые. Они вели от дома прямо в лес, в самую чащу. Что здесь произошло?
— Анна? — крикнула я в сторону дома, но никто не ответил.
Звездочка вдруг заржала и резко свернула в лес — туда, куда вели следы.
— Куда?! Мы куда?! — закричала я, мертвой хваткой вцепившись в седло.
Лошадь не ответила. Она набирала скорость, и останавливаться явно не собиралась.
— Яся, вы куда?! — донесся сверху встревоженный крик Тео, но я могла только мотать головой.
— Не знаю! Я… я не знаю! — выкрикнула я в ответ, и ветер тут же унес мои слова.
Звездочка мчалась сквозь лес, и я чувствовала себя беспомощной, как никогда в жизни. Я не могла ни остановить ее, ни свернуть, ни даже просто спрыгнуть. Она явно вела меня куда-то. Но зачем? И главное — куда?
Может, Кайл в лесу? Может, они все там? Но зачем ушли в такую глушь?
— Яся, там граница! — отчаянно закаркал Тео, обгоняя нас и залетая прямо перед мордой лошади. — Остановись! Дальше нельзя!
Звездочка взвизгнула и забила копытами перед вороном, но остановилась. Я оглянулась по сторонам и увидела на деревьях обережные символы. Старые, потускневшие, но все еще различимые. Дальше действительно была Чернь.
— Звездочка, Кайл… он там? — спросила я, и голос мой дрогнул.
Лошадь фыркнула, мотнула головой, словно пыталась мне что-то ответить, и сделала шаг в сторону, пытаясь обойти Тео. Ворон снова преградил ей путь, отчаянно хлопая крыльями. Тогда Звездочка привстала на дыбы.
Я закричала, вцепившись в седло из последних сил. И в этот момент раздался такой треск, что, кажется, сама земля содрогнулась.
Звездочка рухнула на все четыре копыта, дрожа каждой мышцей. Но вибрировала не только лошадь — вибрировала земля под нами, вибрировал воздух, вибрировало все…
А в небе появилось ЧУДОВИЩЕ.
Мое сердце остановилось. Оно просто взяло и перестало биться на несколько бесконечных ударов.
Огромный, черный как сама ночь, дракон взмыл в вышину, широко распахнув крылья. Они закрыли полнеба, затмили солнце, и на землю лег сумрак. Чудовище замерло на мгновение, а потом резко ушло в сторону, скрывшись за верхушками деревьев.
В этот момент мне показалось, что я умерла от ужаса. Прямо здесь, в седле. Но опомниться мне не дали.
Звездочка рванула вперед — в сторону от обережных символов, туда, куда полетел дракон.
— Куда?! — закаркал Тео, догоняя нас.
— Может… может, это Кайл! — закричала я в ответ, и эта мысль была единственным, что удерживало меня в сознании.
Кайл — дракон. Я знала это. Но никогда не видела его в этой ипостаси. Никогда не представляла, что это настолько… чудовищно. Но если это он, если он там, раненый, в беде, зовущий меня… Я должна! Я должна быть рядом!
Звездочка теперь неслась со всех сил. Я закрыла глаза, вцепилась в седло, прижалась к лошади всем телом и просто молилась. Молилась всем богам, какие только есть, чтобы удержаться. Чтобы не упасть, не разбиться, не потерять сознание от страха. Я чувствовала: я должна помочь!
Мы вылетели на поляну, и лошадь резко остановилась. Я открыла глаза, все еще судорожно вцепившись в седло, но в этом уже не было нужды. Звездочка припала к земле, словно приглашая меня слезть.
У меня тряслись поджилки, ноги казались ватными. Я боялась, что не смогу и шагу ступить после всего пережитого. Но когда мои ноги коснулись снега, весь мой страх резко уступил место другому чувству.
Я почувствовала черное зло. Оно коснулось меня прямо через кулон. Страшная магия плотным коконом накрывала поляну. Она была везде — в воздухе, в снегу, в деревьях. Я чувствовала ее привкус на губах — горький, как полынь. Чувствовала ее опасность каждой клеточкой тела. И сквозь эту горечь пробивалась боль. Чужая, разрывающая, невыносимая боль.
Голова перестала кружиться, словно ужас выжег всю слабость.
Я подняла глаза и увидела их.
Нет, не Кайла. Не его.
Яромир сидел на снегу, прижимая к груди тело Анны. Ее голова была безвольно запрокинута, руки висели, а по телу расползалась та самая черная магия, въедаясь в кожу, в плоть, в самую душу. Яромир сжимал ее…сжимал так крепко, будто пытался удержать силой, не дать уйти. Но я видела то, чего не мог видеть он.
Я видела ее душу.
Она была уже очень и очень далеко. Тоненькая, прозрачная ниточка, что еще связывала ее с телом, готова была оборваться в любую секунду.
Глава 58
Яся
— Черная магия, — прошептала я. — Я… я чувствую проклятие.
Яромир поднял на меня глаза. В них было столько боли, столько отчаяния…
— Яся, спаси ее, — выдохнул он. — На ней… этот проклятый кулон.
Он рванул с шеи Анны железяку и протянул мне. Первым порывом было отшатнуться, но я протянула руку к источнику заражения. Черная магия пульсировала в этом кулоне, жила своей страшной жизнью, сочилась сквозь металл липкой, холодной смолой.
— Они его для меня сделали, — голос Яра дрожал от эмоций. — Но Стоум надел на Аню.
Для меня сделали… Стоум надел на Аню… Это были обрывки фраз, но из них становилось понятно: Анна проклята. И не просто проклята… Я чувствовала страшное, поломанное проклятие. Оно было уготовано не Анне, но от этого было хуже… Оно было неправильным, искаженным и оттого еще более опасным, чем обычное.
Я старалась дышать ровно, хотя внутри было чувство, что воздуха мало. Что черни так много, что я вот-вот задохнусь. Но я старалась держаться. Не время паниковать, не время плакать! Я нужна Анне, у нее слишком мало времени. Я должна… Должна ей помочь.
Я села рядом с Яромиром и взяла руку Анны. По рукам тут же пополз холод, проклятие, чернь… Мороз, от которого хотелось убежать и спрятаться, но я только сжала руку Анны сильнее.
Мне нужна магия, нужна моя сила, как
