Генералам, командовавшим после приграничных боев армиями на северо-западном и юго-западном направлениях, тоже выпала неодинаковая судьба. Например, после нанесенного в августе Северо-Западным фронтом контрудара под Старой Руссой Сталин снял с должности командовавшего 34-й армией Н. И. Пронина, но оставил на своих постах В. И. Морозова и H. Е. Берзарина, командующих 11-й и 27-й армиями. На юго-западном направлении после катастрофических окружений в августе и сентябре под Уманью и Киевом 6-я армия Р. Я. Малиновского, 12-я армия И. В. Галинина, 18-я армия В. Я. Колпакчи и 9-я армия Я. Т. Черевиченко совершили в конце сентября — октябре умелый отход на восток через Украину. Сталин отметил всех этих четырех командующих, назначив Малиновского (а позже — Черевиченко) командовать Южным фронтом и оставив Галинина и Колпакчи на постах командующих армиями до конца войны.
Еще позже успешная оборона Красной Армией в октябре-ноябре Ленинграда, Тихвина, Москвы и Ростова и ее последующие наступления в этих областях значительно подняли престиж многих командующих армиями. В их число входили И. И. Федюнинский (54-я армия) и К. А. Мерецков (4-я армия), которых Сталин после одержанных ими побед под Ленинградом и Тихвином назначил командовать фронтами, а также В. Я. Колпакчи (18-я армия), А. И. Лопатин (37-я армия) и Ф. М. Харитонов (9-я армия), которые после удара по войскам вермахта под Ростовом остались командующими своих армий. Во время битвы за Москву многие командующие армиями, включая Д. Д. Лелюшенко (30-я армия), В. И. Кузнецова (1-я Ударная армия), А. А. Власова (20-я армия), К. К. Рокоссовского (16-я армия), Л. А. Говорова (5-я армия), М. Г. Ефремова (33-я армия), Д. К. Голубева (43-я армия), И. Г. Захаркина (49-я армия), И. В. Болдина (50-я армия) и Ф. И. Голикова (10-я армия), либо заслужили, либо отшлифовали свою уже заслуженную репутацию. Позднее Рокоссовский, Говоров и Голиков успешно командовали фронтами, а Лелюшенко, Кузнецов, Голубев, Захаркин и Болдин продолжали до конца войны умело руководить войсками на уровне армий. Кроме того, значительно улучшили свою репутацию три генерала, командовавшие армиями Брянского фронта, одержавшего в декабре знаковую победу под Ельцом к югу от Москвы. Первый из них, Ф. Я. Костенко, руководивший специальной оперативной группой, возглавившей это наступление, стал командующим фронтом — но только затем, чтобы погибнуть в мае 1942 года под Харьковом. Второй, Я. Г. Крейзер (3-я армия), оставался командующим армией до конца войны.[165] Третий, А. М. Городнянский (13-я армия), служил командующим армией вплоть до гибели под Харьковом в мае 1942 года.
С другой стороны, многообещающая карьера Ефремова закончилась гибелью, когда в феврале 1942 года его армия попала в окружение под Вязьмой. Генерал Власов попал в плен вскоре после того, как принял командование 2-й Ударной армией, в июне 1942 года окруженной и уничтоженной близ Любани; позже стал сотрудничать с немцами, прославившись как самый знаменитый предатель в Красной Армии во время войны.
1942 год. В январе этого года Красная Армия вела операции силами 50 армий, из которых 48 были подчинены действующим фронтам, а две — Резерву Верховного главнокомандования. В мае 1942 года немцы уничтожили или сильно потрепали 6-ю и 57-ю армии под Харьковом и 51-ю армию — в Крыму, в июне — 2-ю ударную армию под Любанью, в августе — 39-ю армию к западу от Ржева и в сентябре — вторично 2-ю ударную армию под Синявино.[166] Несмотря на эти потери, Ставка, формируя новые армии, сумела к 1 июня 1942 года увеличить количество своих полевых армий до 63, к 1 октября — до 66 и к 31 декабря — до 67{428}.
Таким образом, считая уничтоженные или недавно сформированные, Ставка за 1942 год в целом выставила на поле 83 армии. За этот период на должности командующих армиями побывало в целом 133 генерала — в среднем 1,6 командующих на армию за год, в отличие от 2,6 командующих в год для 1941-го. Хотя за 1942 год средняя продолжительность пребывания в должности командующего армией несколько возросла, чехарда в командовании продолжала снижать боевую эффективность армейского звена вплоть до начала в ноябре Сталинградского наступления. Например, все 83 армии, существовавшие или сформированные за год, пережили 117 принятий или смен командования — в среднем по 1,4 командующих на армию по контрасту с 3,2 сменами в 1941 году (считая на год){429}.
Что же касается индивидуальной судьбы всех 133 генералов, которые в 1942 году командовали армиями, то десять из них (8 %) погибли в боях, попали в плен, были репрессированы или сняты с командных постов, 88 (66 %) на 1 января 1943 года по-прежнему служили командующими фронтами, армиями или военными округами. За исключением восьми генералов (6 %) — П. А. Иванова, М. А. Парсегова, А. Н. Первушкина, A. A. Хрящева, A. M. Кузнецова, A. Г. Батюни, Д. H. Никишева и H. A. Москвина[167], конечная судьба которых остается неясной, остальные 27 (20 %) оказались на штабных должностях или были командующими на более низких уровнях. В число десяти потерянных для армии входили пятеро погибших или смертельно раненных в боях (А. М. Городнянский, М. М. Иванов, Я. И. Броуд, К. П. Подлас и Л. И. Львов), один попавший в плен (А. А. Власов), один покончивший с собой, чтобы не попасть в плен (М. Г. Ефремов), один репрессированный (И. Ф. Дашичев) и двое снятых с командных постов (М. А. Антонюк и Г. Г. Соколов).
Из 88 генералов, продолжавших к концу года командовать на уровне армий и выше, семеро доросли до командования фронтами (Л. А. Голиков, К. К. Рокоссовский, М. А. Рейтер, И. В. Тюленев, М. А. Пуркаев, А. И. Еременко), а еще трое — военными округами. И наконец, из 27 генералов, освобожденных от командования армиями, 11 стало командирами корпусов, трое — командирами стрелковых дивизий или бригад, еще 13 оказались штабными офицерами на уровне фронтов, армий или центральных ведомств НКО либо заместителями командующих.
Как и в случае с 1941 годом, наиболее адекватной основой для анализа командирских качеств и боевой эффективности этих командующих армиями будет изучение их боевого послужного списка, а также того, как относились к ним Сталин и Ставка — в смысле повышения в чине и дальнейших назначений.
В дополнение к тем командующим армиями, которые добились известности в ходе битвы за Москву, многие другие отличились во время последующей зимней кампании. Например, за успешное руководство 3-й и 4-й Ударными армиями в ходе январского наступления на Торопец и Холм Сталин в августе произвел А. И. Еременко и М. А. Пуркаева в командующие Юго-Западным и Калининским фронтами. Схожим образом М. М. Попов (61-я армия), П. И. Батов (3-я армия) и Н. П. Пухов (13-я армия) умножили свою репутацию эффективных командармов в ходе наступления в январе-феврале на Орел и Волхов, а К. П. Подлас (40-я армия) и В. Н. Гордов (21-я армия) в тот же период добились успехов в ходе наступления на Обоянь и Курск. Гордова Сталин назначил в июле командовать Сталинградским фронтом, Попова, Батова и Пухова он оставил командующими армиями, а Подлас погиб во время майской катастрофы под Харьковом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
