Таким образом, учитывая уничтоженные и сформированные армии, Ставка в 1943 году имела в целом 75 армий. За этот период на должности командующих армиями находилось 106 генералов — в среднем 1,4 командующих на армию, в противоположность 1,6 командующим в 1942 году и 2,6 командующим в 1941 году. Зимой 1943 года чехарда в командовании оставалась довольно высокой, но после Курской битвы в июле-августе она значительно снизилась. Например, 75 армий, существовавшие на начало года либо же сформированные или перенумерованные в течение года, пережили лишь 82 принятия или смены командования — в среднем по 1,1 на армию, по контрасту с 1,4 на армию в 1942 году и 3,2 — в 1941 году{430}.
Что же касается индивидуальной судьбы 106 генералов, бывших в 1943 году командующими фронтами, то четверо из них (4 %) погибли в боях, 76 (71 %) к 1 января 1944 года по-прежнему командовали фронтами, армиями или военными округами, а 24 (23 %) служили на штабных должностях или командовали на более низких уровнях. Судьба еще двух генералов, Г. А. Хазюлина и В. М. Шарапова, остается неясной. Кроме того, 4 командующих армиями (П. П. Корзун, Ф. М. Харитонов, А. И. Зыгин и В. А. Хоменко) в течении этого года погибли или же были смертельно ранены в боях.
В число тех 76 генералов, которые к концу года командовали на уровне армий или выше, входили трое ставших командующими фронтами (И. X. Баграмян, Ф. И. Толбухин и Р. Я. Малиновский), 70 оставшихся на прежней должности и трое командовавших военными округами. Наконец, в число 24 снятых с этой должности входило семеро ставших командирами корпусов, один ставший командиром стрелковой дивизии и 16 назначенных заместителями командующих либо штабными офицерами во фронтах, армиях или структурах НКО.
Кроме того, из 70 генералов, по-прежнему остававшихся на 1 января 1944 года командующими армиями, пятеро (К. Н. Леселидзе, И. Ф. Николаев, И. Г. Захаркин и Г. Ф. Тарасов) в этом году погибли в боях, один (И. Д. Черняховский) погиб в 1945 году. При этом двое (И. Д. Черняховский и И. И. Масленников) поднялись в должности до командующих фронтами, еще один до конца войны стал командующим танковой армией, а 52 оставались командующими общевойсковыми армиями до конца войны.
Как и раньше, наиболее точной мерой эффективности этих командующих армиями в 1943 году является их боевая отдача в 1943 году и последующая карьера. В отличие от предыдущих двух лет Сталин не снимал с постов никого из командующих, чьи армии в феврале и марте потерпели поражения в Донбассе, под Харьковом и Орлом — главным образом потому, что они строго выполняли его приказы оказывать максимальное давление на отступающий вермахт. Напротив, несмотря на эти поражения, Сталин в марте и апреле назначил трех наиболее успешных командующих армиями за этот период — Толбухина (57-я и 68-я армии), Малиновского (2-я Ударная армия) и Попова (5-я ударная армия и оперативная группа Попова) — командовать соответственно Южным, Юго-Западным и Резервным фронтами, а в ноябре — И. X. Баграмяна (16-я армия) командовать 1-м Прибалтийским фронтом.
По окончании зимней кампании Сталин 16 апреля переименовал 24-ю, 66-ю, 21-ю, 64-ю, 62-ю, 30-ю и 16-ю армии в гвардейские, перенумеровав их, соответственно, с 5-й по 8-ю и 10-ю и 11-ю гвардейские армии. Он либо оставил в этих армиях прежних командующих, либо назначил на них своих наиболее выдающихся генералов. У пяти из семи новых гвардейских армий и одной из четырех сформированных ранее (с 1-й по 4-ю) с 1943 года до самого конца войны оставался единственный командующий. В число этих командующих входили А. А. Гречко (1-я гвардейская армия, с декабря 1943 года), А. С. Жадов (5-я гвардейская армия, с апреля 1943 года), И. М. Чистяков (6-я гвардейская армия, с апреля 1943 года), М. С. Шумилов (7-я гвардейская армия, с апреля 1943 года), В. И. Чуйков (8-я гвардейская армия, с апреля 1943 года) и К. Н. Галицкий (11-я гвардейская армия, с ноября 1943 года).
В качестве дальнейшего подтверждения стабильности командования на армейском уровне в 1943 году 34 генерала, назначенных на должность командармов, командовали своими армиями до конца войны — или же до тех пор, пока эти армии не были расформированы (некоторые на время оставляли армии на заместителей). В результате к 31 декабря 1943 года 39 (64 %) из 61 полевой армии в войсковой структуре Красной Армии возглавлялись единственным командующим до самого (или почти до самого) конца войны.
В конце 1943 года Ставка повысила в должности И. И. Масленникова, П. А. Курочкина и И. Д. Черняховского, назначив их командовать фронтами: Масленникова и Курочкина — 3-м Прибалтийским и 2-м Прибалтийским, а Черняховского — командовать в 1944–1945 годах Белорусским фронтом.
За всю войну в Красной Армии появилось много компетентных командующих армиями, но наиболее выдающимися (если судить по их послужному списку) были П. И. Батов, А. С. Жадов, В. И. Чуйков, И. М. Чистяков, М. С. Шумилов, Н. П. Пухов, К. Н. Галицкий, К. С. Москаленко, И. М. Манагаров, Н. И. Крылов, А. В. Горбатов, А. А. Гречко, В. Я. Колпакчи, С. Г. Трофименко, Ф. И. Стариков, И. И. Федюнинский, К. А. Коротеев, П. А. Белов, а также — по крайней мере, в части долгожительства на посту командующего — И. В. Болдин.
Командующие подвижными корпусами
Кроме командующих фронтами и армиями, весьма важной частью командного состава Красной Армии в июне 1941 года были генералы и полковники, командовавшие ее механизированными корпусами, танковыми дивизиями и кавалерийскими корпусами, а с 1942 года по 1945 год — те, кто командовал кавалерийскими, танковыми и механизированными корпусами и танковыми армиями{431}. Успех Красной Армии в целом как в наступательных, так и в оборонительных действиях напрямую зависел от боевой эффективности командиров ее подвижных войск.
Хотя перед войной механизированные корпуса и отдельные танковые дивизии Красной Армии образовывали ядро ее ударных маневренных войск, после их уничтожения летом 1941 года для выполнения в том году этой жизненно-важной задачи у нее остались только весьма уязвимые кавалерийские корпуса.
1941 год. Когда началась война, подвижные войска Красной армии состояли в целом из 30 механизированных[170] и четырех кавалерийских корпусов. 25 механизированных и три кавалерийских корпуса подчинялись действующим фронтам либо находились в стратегическом резерве, пять механизированных и один кавалерийский корпус были приданы военным округам и недействующим фронтам{432}. В эти войска входили 61 танковая дивизия, 58 из которых являлись составной частью 29 механизированных корпусов, а две — более свободно связанными с частично сформированным 30-м механизированным корпусом на Дальнем Востоке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
