На первоначальных этапах операции «Барбаросса» вермахт полностью или частично уничтожил большую часть механизированных и кавалерийских корпусов и танковых дивизий Красной Армии, поэтому на 1 сентября у действующих фронтов имелось лишь четыре уцелевших подвижных корпуса — два механизированных и два кавалерийских корпуса. В целом на фронте к этому времени действовали 21 танковая и 25 кавалерийских дивизий. Однако после тяжелых осенних боев количество подвижных соединений еще более сократилось и к 31 декабря в действующей армии насчитывалось пять кавалерийских корпусов, 48 кавалерийских дивизий и три танковых дивизии.
За первые три месяца войны 30 механизированными корпусами Красной армии командовало в целом 32 генерала. Но поскольку большинство этих механизированных корпусов быстро погибло в ожесточенных боях вместе со своими командирами, то чехарда в командовании просто не успела повлиять на их боевые действия — за исключением 22-го механизированного корпуса, в котором сменилось трое командиров, у всех остальных командир был только один.
Что же касается индивидуальной судьбы этих 32 генералов, командовавших механизированными корпусами в 1941 году, то девять из них (28 %) погибли в боях или были репрессированы Сталиным за нарушение воинского долга, 16 (50 %) к 1 января 1942 года по-прежнему служили на командных постах армейского, корпусного или дивизионного уровня, еще трое (9 %) служили на штабных должностях, а судьба четырех генералов (13 %) — М. Л. Чернявского, И. И. Карпезо, А. Д. Соколова и М. А. Мясникова — остается неясной[171]. В число девяти потерянных командиров механизированных корпусов вошли семеро погибших или умерших от ран (И. П. Алексеенко, М. Г. Хацкилович, H. М. Шестопалов, П. Н. Ахлюстин, С. М. Кондрусов, В. Н. Символоков и B. И. Чистяков) и двое репрессированных Сталиным (С. О. Оборин и В. С. Тамручи).
В число тех 16 генералов, которые к концу года продолжали командовать на армейском, корпусном и дивизионном уровне, входили семеро ставших командующими армиями (А. А. Власов, Д. И. Рябышев, К. К. Рокоссовский[172], М. П. Петров, Д. Д. Лелюшенко, И. Е. Петров и В. В. Новиков), семеро назначенных командовать подвижными корпусами (А. В. Куркин, И. Г. Лазаров, Д. К. Мостовенко, Н. В. Фекленко, С. М. Кривошеин, Н. Я. Кириченко и М. И. Павелкин); еще один (В. С. Голубовский) командовал стрелковым корпусом и один (Ю. В. Новосельский) — стрелковой дивизией. Наконец, еще трое генералов стали начальниками штабов фронта или армии (В. И. Виноградов, П. В. Волох и А. Г. Никитин).
Кроме того, 71 танковой дивизией (как в составе механизированных корпусов, так и отдельных), имевшейся в Красной Армией между 22 июня и 31 декабря 1941 года, командовали в общей сложности 67 полковников{433}. Из них десять (15 %) погибли в боях или попали в плен, а 45 (67 %) в 1942 году по-прежнему служили на разного уровня командных должностях. Правда, итоговая судьба еще 12 (18 %) из них (М. И. Мындро, П. С. Фотченко, Ф. У. Грачева, Л. В. Бунина, О. А. Ахманова, C. 3. Мирошникова, В. П. Крымова, М. В. Широбокова, С. И. Капустина, Д. А. Яковлева, К. Ф. Швецова и А. А. Котлярова) остается неясной[173]. В числе десяти потерянных командиров дивизий шестеро погибли или были смертельно ранены в боях (E. Н. Солянкин, А. Г. Потачурчев, С. В. Борзилов, Т. А. Мишанин, И. В. Васильев и В. П. Пуганов), один попал в плен (С. Я. Огурцов), еще трое то ли погибли, то ли попали в плен (Ф. Ф. Федоров, Н. П. Студнев и H. М. Никифоров)[174].
Из 57 полковников, которые в 1942 году по-прежнему служили на разного уровня командных постах, 29 командовали танковыми бригадами, а позже — танковыми или механизированными корпусами (А. И. Лизюков, Г. И. Кузьмин, Е. Г. Пушкин, И. П. Корчагин, И. Д. Васильев, Ф. Т. Ремизов, М. Е. Катуков, М. И. Чесноков, М. Ф. Панов, И. Д. Черняховский, С. И. Богданов, Ф. Г. Анукушкин, В. И. Полозков, Г. С. Родин, В. Т. Обухов, Н. И. Воейков, В. А. Концов, К. А. Семенченко, П. П. Павлов, М. Д. Соломатин, Б. С. Бахаров, В. М. Баданов, В. Г. Бурков, B. М. Алексеев, М. Д. Синенко, Б. М. Скворцов, А. Ф. Попов, C. А. Иванов и В. А. Мишулин), еще 7 командовали только танковыми бригадами (В. И. Баранов, Н. А. Новиков, Г. Г. Кузнецов, С. А. Калихович, Н. В. Старков, И. Г. Цибин и П. Г. Чернов), 7 — танковыми или мотострелковыми дивизиями (Г. М. Михайлов, И. Д. Илларионов, А. С. Белоглазов, С. П. Чернобай, П. Н. Домрачев, И. В. Шевников и А. Л. Гетман), а еще двое — стрелковыми дивизиями (К. Ю. Андреев и Т. С. Орленко).
Многие из этих командиров подвижных корпусов и дивизий в те катастрофические первые шесть месяцев войны проявили храбрость, а в некоторых случаях даже мастерство. Например, А. В. Куркин со своим 3-м механизированным корпусом произвел в первую же неделю войны пусть и не вполне успешную, но энергичную контратаку близ Расейняя в Литве[175], Д. К. Мостовенко проделал то же самое со своим 11-м механизированным корпусом близ Гродно в Белоруссии, а Д. И. Рябышев, К. К. Рокоссовский и Н. Ф. Фекленко возглавляли свои 8-й, 9-й и 19-й механизированные корпуса в первом крупномасштабном танковом сражении той войны около Дубно на Западной Украине. В результате Сталин вскоре после этого в начале 1942 года, произвел Рябышева и Рокоссовского в командующие армиями[176], а Фекленко поставил командовать танковым корпусом[177].
На удивление много тех, кто командовал в 1941 году танковыми дивизиями, достигли на последующих этапах войны еще большей известности и дослужились до более высоких чинов. Например, И. И. Лизюков после успешного командования во время битвы за Москву 2-м стрелковым корпусом, прежде чем погибнуть в июле 1942 года в бою под Воронежем, командовал 5-й танковой армией и 2-м танковым корпусом. Еще семеро — Г. И. Кузьмин, Е. Г. Пушкин, Ф. Г. Аникушкин, В. И. Полозков, П. П. Павлов, В. А. Копцов, Б. С. Бахаров и В. М. Алексеев — успешно командовали в конце 1941 года танковыми бригадами, а на последующих этапах войны — танковыми и механизированными корпусами. Однако шесть из них позже погибли в боях, а П. П. Павлов в конце февраля 1943 года попал в плен.
Несколько других командовавших танковыми дивизиями полковников из этого «выпуска 1941 года» добились еще больших успехов. Так например, И. Д. Черняховский, прежде, чем погибнуть в феврале 1945 года в бою под Кенигсбергом успешно командовал 60-й армией и 3-м Белорусским фронтом. М. Е. Катуков, С. И. Богданов, М. Д. Соломатин, В. М. Баданов и М. Д. Синенко доросли до командования танковыми армиями, а И. П. Корчагин, И. Д. Васильев, М. Ф. Панов, Г. С. Родин, В. Т. Обухов, Н. И. Воейков, В. Г. Бурков, В. А. Мишулин, Б. М. Скворцов, А. Ф. Попов, С. А. Иванов и A. Л. Гетман позже хорошо проявили себя, командуя танковыми или механизированными корпусами. Для большинства этих офицеров следующим шагом в танковых войсках Красной Армии было командование танковыми бригадами во время битвы за Москву и других наступательных операциях конца 1941 года{434}.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
