вкрадчивый бархатный голос над её ухом, и чьё-то дыхание коснулось волос, поколебав завитки у виска.
Девушка крепче сжала ножку бокала и обернулась.
– Дэниел, – кивнула она.
Он был одет в прекрасно сидящий на нём смокинг и как всегда выглядел потрясающе. Только вот сердце Алекс не дрогнуло и не сжалось при виде его, и тело не охватила дрожь предвкушения, как это бывало, стоило Роберту переступить черту её интимного пространства.
– Наконец-то ты одна. Выйдем?
Он кивнул в сторону широко распахнутых балконных дверей, ведущих на террасу.
Алекс огляделась, ища Роберта, но тот так и не появился, хотя обычно уже через полчаса приходил за ней.
– Хорошо, – в итоге согласилась она.
Аккуратно придерживая Алекс за локоть, Дэниел повёл их на свежий воздух.
Темнеющее небо было ясным, и дневной ветер стих. Приятный вечер плавно перетекал в тёплую ночь.
Народу на террасе было немного, но Дэниел потянул их подальше от центра, в тень.
Алекс высвободилась и подошла к широким каменным перилам, поверх которых опустила свой почти нетронутый бокал с вином.
– Какими судьбами в Касл-Ховарде? – оборачиваясь, вежливо спросила она. – При нашем последнем разговоре, как я поняла, ты собирался уезжать из Англии.
Алекс тут же запнулась и почувствовала, что краснеет. Упоминание про последний разговор явно оказалось неуместным, особенно если учесть то, как он начался и как закончился.
– Я приехал забрать родню и задержался на день, – пожав плечами, ответил Дэниел. – Ну, а ты, что тут делаешь?
Она ненадолго задумалась, подбирая правильное слово.
– Мы просто… гостим.
– Мы?
То, как она объединила себя и Роберта в короткое, но весомое понятие «мы» не осталось незамеченным.
Она кивнула и прижалась к мраморным перилам, ощущая их холодное касание чуть выше талии.
– Мы… я и Роберт.
– Так вы как бы с Акимовом вместе? – поинтересовался Дэниел.
На лице его не было ни интереса, ни любопытства, ни любых других подобных чувств. Они словно бы говорили о погоде. Хотя с другой стороны Алекс не относила тему личных отношений к списку приемлемых предметов для светской беседы. Но с другой – когда-то они встречались, а значит, не были чужими. Так что на правах друга он мог поинтересоваться её жизнью.
Правда в своё личное поле она не допускала никого и никогда, но, сделав небольшую уступку, подтвердила, чтобы у Дэниеля не осталось никаких сомнений или побуждений к действию.
– Вместе.
– И давно?
Алекс закусила губу, отчего-то захотелось рассмеяться.
– Больше пяти лет, – наконец ответила она.
Алекс могла бы сказать ему срок вплоть до дней, часов и минут, но кого это интересует, кроме её разбитого и только начинающего заживать сердца?
– Последние три года мы не общались, – быстро добавила она, чтобы Дэниел не подумал, что, будучи с ним, она обманывала и его, и Роберта.
– Понятно, больше пяти лет отношений, это…
– Брака, – поправила она, решая быть до конца честной. – Ну, вернее, брак – последние четыре года, а… за минусом трёх и вообще всего ничего остаётся… – её голос понизился до шёпота.
Алекс чувствовала себя препаршиво, и ощущение, что она несёт полную околесицу, так и не покидало её.
– Почему ты не сказала мне? – задал Дэниел вполне справедливый вопрос.
– Ну, мой развод затянулся, а поскольку мы с тобой не собирались связывать себя узами брака, я просто подумала, что эта информация не является существенной. А ты никогда не интересовался, – пояснила она.
– Любишь его? – она вскинула голову, наконец, взглянув в глаза Дэниелу, но ничего не ответила.
В конце концов, это её чувства, и она не на исповеди, а он не священник.
Дэниел понял, что ответа не будет. Медленно покачал головой и приблизился к Алекс. Она развернулась боком к перилам, положив на их поверхность ладонь. Холод мрамора под пальцами не позволял ей оторваться от реальности.
Мужчина удивлённо приподнял брови и несколько сожалеюще выдохнул.
– Ладно, признаю, вопрос был некорректным, – потянувшись к Александре, он взял её за подбородок. – Тогда будь счастлива, милая, – просто прошептал он и коснулся её губ своими.
Он не пытался углубить поцелуй или проникнуть языком в её рот, он просто прижался к её губам, томительно и нежно лаская их своим ртом. Это был поцелуй любовника… бывшего. Ничего интимного по сути. Последнее «до свидания» и «мне очень жаль, что у нас ничего не сложилось».
Но вопреки здравому смыслу Алекс ощутила лёгкое покалывание в груди, всё же она была женщиной, живой женщиной, и не могла не отреагировать на близость притягательного мужчины. Порой наше тело живёт отдельной жизнью от разума, и так было и будет всегда. Ни она первая, ни она последняя.
Опустив руку на его белую гладкую рубашку, Алекс слегка нажала, мягко отталкивая Дэниела, пока он не принял её покорность за согласие и не перешёл границ.
Он тут же отодвинулся.
Она провела языком по губам и закусила нижнюю, убирая ладонь с его груди и обхватывая себя руками, грея прохладную кожу предплечий.
– Дэниел, я…
Но она не договорила, краем глаза уловив какое-то движение сбоку.
– Роберт… – выдохнула Алекс.
Он стоял, нахмурившись, зелёные глаза почернели, а от всей фигуры исходила едва сдерживаемая агрессия.
Алекс горько усмехнулась про себя; похоже, это входит у них в традицию – появление Роберта в самый неподходящий момент. Ну, почему он не пришёл на террасу раньше, когда они просто беседовали?
Дэниел тихо присвистнул и усмехнулся. Вероятно, вся ситуация несколько забавляла его. А вот то, что именно она стала невольной причиной этой ситуации, совсем не веселило саму Алекс. Порой эхо наших необдуманных поступков долетает к нам через годы. Одно недосказанное или неверно истолкованное слово, необдуманный шаг, недомолвка, оговорка – могут дорого обойтись. Может быть, не сразу, но потом расплачиваться всё равно придётся, хоть и с некоторым опозданием.
– Это… – начал Говард.
– Конечно же не то, что я подумал, – закончил Роберт. – Александра, мы можем поговорить наверху? – спросил он, не смотря на неё.
Алекс не могла не заметить немую борьбу взглядов, которую вели между собой мужчины.
– Конечно, – ответила она и прошла мимо Роберта к балконным дверям, почти физически ощущая сгустившуюся вокруг него предгрозовую атмосферу.
Кивнув последний предупреждающий взгляд на Дэниела, в котором сквозила явное обещание, что он сделает с ним, если тот ещё хоть раз приблизится к его жене на расстояние ближе ста метров, Роберт покинул террасу вслед за Алекс.
– Что это было, чёрт возьми, Александра? – процедил Роберт сразу же, как за ними захлопнулась дверь спальни.
«Ох, он дважды называл её полным именем. Плохой знак», – подумала
