– Придется задействовать Смагина, – сказала озабоченная Ирина, ставя перед Завадским чашечку с кофе.
– Боря не согласится, – покачал головой Аркадий Савельевич.
– А кто его спрашивать будет, – ощерился Годунов. – Накачаем наркотиками и доставим в капище в лучшем виде.
– Осталось только выяснить, где это капище находится? – вопросительно глянул Завадский на своих подручных.
– В Дубосеково, – усмехнулся Годунов. – Есть там заброшенная шахта, где во время войны добывали уголь. Потом месторождение признали бесперспективным и разработки бросили. Дробышева утверждает, что из шахты ведет туннель в подземный храм, построенный в незапамятные времена. Именно в этом древнем вертепе и был зачат Кирилл Мартынов.
– А старуха ничего не перепутала?
– Не думаю, – холодно бросил Годунов. – Мы выдавили из нее все, что только возможно.
– Я умоляю, Владислав, – сложил руки на груди Завадский, – без подробностей. Я и так практически не сплю по ночам.
– Ладно, – согласился подполковник. – Что с тебя взять, чистоплюй. Но, надеюсь, наш договор остается в силе?
– Какие в этом могут быть сомнения, – обиделся Завадский. – Миллион лежит в сейфе и будет передан тебе сразу же по завершению дела.
– Думаю, тебе интересно будет узнать, Завадский, что Дробышева доводится покойной Мартыновой родной сестрой, – проговорила с улыбкой Дятлова. – А ты называешь меня завистливой. Вот она истинная зависть, под личиной набожного смирения. Эта стерва до того ненавидела свою сестру, что готова была убить не только Маргариту, но и рожденное ею потомство. Мария всего на пять лет старше Маргариты, однако та еще в пятнадцать лет увела у нее жениха. Просто взяла и переспала с ним. После этого романтичный юноша разлюбил свою невесту Машу и прикипел телом к распутной Маргоше. Впрочем, счастья ему столь откровенное легкомыслие не принесло. Ведьма отравила своего жениха.
– Это ты о Маргарите?
– Это я о Марии, – возразила Ирина. – Страсть к убийству у набожной дамы в крови.
– Семейка, однако, – вздохнул ошарашенный чужими страстями Завадский.
– Пустяки, – махнула рукой Дятлова. – Меня затащили в постель в четырнадцать лет. В пятнадцать я сделала первый аборт. Вам мужчинам этого не понять. Я хочу отомстить всем, кто меня обидел. И я своего добьюсь, Завадский, чего бы мне это не стоило.
– Я никогда не доверял женщинам, Аркадий, – покачал головой Годунов. – А теперь окончательно разочаровался в них.
– Можно подумать, что мужчины лучше.
– О мужчинах, Ирочка, даже речи нет, – вздохнул подполковник. – На их счет у меня не было никаких иллюзий.
– Когда? – оборвал бесполезный разговор Завадский.
– Завтра ночью, – отозвалась Ирина.
– А почему не сегодня?
– Такие браки заключаются только в полнолуние. Во всяком случае, так утверждает старая карга.
– Ну что ж, – не стал спорить Аркадий Савельевич, – подарим нашему другу Боре еще одну спокойную ночь. Быть может, последнюю в его жизни.
Смагин остановил машину без всякой задней мысли – просто среагировал на призывный жест. Гуманистом по природе Борис Вячеславович себя не считал, но женщин, случалось, подвозил, причем бесплатно, без претензий на их плоть и кошелек. Правда, среди его пассажирок порой попадались особы, считавшие своим долгом отблагодарить холостого полного сил мужчину. Смагин не считал зазорным воспользоваться бабьим расположением, но неизменно пресекал все попытки дам, надолго воспользоваться его гостеприимством. Жизнь одинокого холостяка еще не приелась Борису, расставшемуся со своей половиной пять лет тому назад. Впрочем, брак их был недолгим и, к счастью, бездетным. Детектив решил целиком посвятить себя избранной профессии, которая, увы, не оправдала его надежд. Казалась бы верный и денежный заказ, полученный от солидного клиента, едва не утянул Смагина на дно глубокого и черного омута. Борис удержался на плаву только благодаря своему мужеству и удачному стечению обстоятельств. Со вчерашнего дня он твердо решил никогда больше не влезать в дела с сомнительным исходом, а в будущем подыскать себе пусть и менее доходную, но куда более безопасную профессию.
– Вы верите в ведьм? – спросил детектив у случайной пассажирки, как только та разместилась на переднем сидении его «Форда».
– Это что, намек? – кокетливо улыбнулась ему незнакомка.
Смагин опытным глазом оценил женщину. Лет тридцать, не больше. Красавицей он ей не назвал бы, но лицо приятное и улыбчивое. Фигура выше всякий похвал – как раз в его вкусе. Борис терпеть не мог худосочных девочек, плоских как школьная доска. Идеалом детектива были полногрудые матроны с широкими бедрами и обширным задом. Сдержанные, но без комплексов. Готовые принять мужчину таким, каков он есть, не предъявляя к нему чрезмерных претензий.
– Помилуйте, сударыня, я даже в мыслях не держал ничего подобного.
– Неудачный брак? – словно бы мимоходом полюбопытствовала пассажирка.
– Увы, – усмехнулся Смагин. – Вы на редкость проницательны.
– Не обольщайтесь на мой счет, – засмеялась незнакомка. – Любая женщина с первого взгляда отличит женатого мужчину от холостого.
– Неужели с первого? – притворно удивился Смагин. – Зато мужчины, к сожалению, такими способностями не обладают. Я прямо-таки теряюсь в догадках на ваш счет. Извините, я не представился – Борис.
– Екатерина. Можно Катя. Разведена.
– Не знаю, выразить ли вам сочувствие по этому поводу или поздравить.
– Поздравьте, – коротко бросила женщина и отвернулась к окну, ясно давая понять, что разговор о несостоявшейся семейной жизни ей неприятен.
– Извините, заболтался, – вздохнул Смагин. – Профессия, видимо, сказывается. Я ведь частный детектив.
– Серьезно! – встрепенулась Екатерина. – Как интересно. Погони, перестрелки, ночные клубы, шикарные женщины.
– Ревнивые мужья, неверные жены, строптивые детишки, наркоманы, проститутки, притоны и прочая дребедень, – в тон ей отозвался Борис.
– Все равно завидую, – не согласилась с ним романтически настроенная пассажирка. – Наверняка ведь есть что вспомнить и о чем рассказать.
– Пожалуй, – не стал спорить Смагин. – А вы свободны сегодня вечером? Хочу вас пригласить в ресторан.
– Вот так сразу?
– Помилуйте, Екатерина, что же в этом плохого. Столовые уже закрыты, а я сегодня не ужинал. Не откажите одинокому человеку. Когда еще мне выпадет счастье, угостить красивую женщину конфетами и вином.
– Вы рыцарь, Борис, – улыбнулась пассажирка. – А вдруг я захочу большего?
– Коньяк, омары, суп из черепахи – все к вашим услугам, благородная дама. Ланселот Озерный сегодня при деньгах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
