с начальством и друг с другом, их разговор с руководителем должен отличаться от разговора между коллегами. В получившем „Эмми“ сериале „Вице-президент“, например, манера общения Эми (Анна Кламски) и Дэна (Рейд Скотт) между собой заметно меняется в присутствии Селины (Джулия Луи-Дрейфус) для комического эффекта. Луи-Дрейфус благодаря роли Селины стала первой актрисой, получившей „Эмми“ шесть раз подряд. Притягательность „Вице-президента“ – в моментах, когда политические планы идут наперекосяк и Селина начинает шипеть, а это происходит часто. Это усиленный разговор о работе.
В „Бруклине 9–9“ детективы Джейк Перальта (Энди Сэмберг) и Эми Сантьяго (Мелисса Фумеро) – мастера полицейского разговора. Их перепалки острые и смешные. Ближе к концу первого сезона Джейк и Эми заключают пари на год о том, кто из них лучший полицейский и может за год арестовать больше преступников. Если побеждает Эми, Джейк отдает ей свой „мустанг“; если побеждает Джейк, то он везет ее на свидание в „мустанге“. Они еще не поняли, что нравятся друг другу. Они идут рядом, с небольшими разрывами.
ИНТ. КАМЕРА ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ – ПОЗЖЕ.
Эми врывается с арестованным. Она запыхалась.
ЭМИ
Дамы и господа, знакомь
тесь – Карл Лодсон, укравший 3000 долларов! Сантьяго вырывается вперед на последней минуте! Отсоси, Перальта!
ДЖЕЙК
(беззаботно)
О нет!
ЭМИ
Верно, „о нет"…
(осознавая)
О нет, ты не волнуешься… Почему ты не волнуешься?
ДЖЕЙК
Введите Джонов!
Джейк встает. Полицейский в форме вводит десять Джонов.
ДЖЕЙК
(продолжает)
Я провел облаву на проституток и арестовал тридцать человек за праздношатание.
ЭМИ
Это не преступление.
ДЖЕЙК
Преступление, если это второе нарушение. И это верно для десяти джентльменов.
Немного деталей – четверо из них действительно Джоны!
Иронично. Ладно, еще десять за Перальтой. Прими свою судьбу!
ЭМИ
Никогда!
ДЖЕЙК
Пять… четыре… три… два… один… Все. Джейк победил! Эми проиграла!
Он включает „Celebrate“ Kool & The Gang на бумбоксе. Джейк раздает всем конфетти, дудки и так далее. Он переворачивает маркерную доску, на ней написано „Перальта победил“. Эми садится побежденная. Джейк падает на колено и достает КОЛЬЦО.
ДЖЕЙК
Эми Сантьяго, ты сделала меня счастливейшим мужчиной на земле. Ты пойдешь со мной на худшее в мире свидание? Ты должна согласиться.
ЭМИ
…Да.
ДЖЕЙК
Она согласилась, она согласилась!
Натуралистичный диалог: сквернословие в „Прослушке"
Некоторые диалоги пишутся натуралистичными; сценаристы не хотят привлекать к ним внимания. Они хотят, чтобы нам казалось, будто мы подслушиваем настоящую ситуацию – как в печально известной сцене „все матерятся“ (all fucks) в „Прослушке“. Использование слова снова и снова становится почти игрой между двумя детективами. И они хотят, чтобы слова в сцене стали матерной бомбой. Все начинается с идеи сценаристов; затем публика понимает, что в сцене будет только это слово. Детективы начинают соревноваться, и все превращается в игру. Если писать сцену напрямую, чтобы получить текст, то в ней должна появиться конкретная информация. Но затем мы достаем инструменты и спрашиваем себя: „Как можно смешно, интересно и необычно показать отношения между двумя детективами, чтобы это не выглядело как типичный сухой процедурал, который мы видели милион раз?“ Поскольку „Прослушка“ шла на НВО (2002–2008), у сценаристов была полная свобода. И это было весьма своевременно для премиум-кабельного телевидения. На кабельном телевидении нет ограничений стандартов и практик, контролирующих ругательства в эфире. Поэтому персонажам можно дать свободу и позволить им говорить так, как они хотят. Вот занятная сцена из четвертой серии первого сезона „Старые дела“.
Бунк и Макналти входят в квартиру.
БУНК
(смотрит на фотографии места преступления)
Ох. Блядь.
МАКНАЛТИ
Блядство.
Бунк раскладывает фотографии на полу кухни.
БУНК
Блядь. Блядство. Блядь.
Блядь.
Макналти смотрит отчет о вскрытии.
МАКНАЛТИ
Блядь?
БУНК
Вот блядь.
Макналти щелкает рулеткой.
МАКНАЛТИ
Блядь!
Бунк кладет фото на окно. Обводит след от пули. Джимми стоит посреди кухни, пытаясь определить, как нужно держать пистолет, чтобы получить входное и выходное отверстие от пули на теле жертвы. Не получается.
БУНК
Блядь.
МАКНАЛТИ
Блядь. Блядство.
Бунк смотрит на фото на окне и на отверстие от пули, которое он обвел.
БУНК
Блядь.
Бунк замечает, что стекло внутри окна, а не снаружи. Стреляли снаружи.
МАКНАЛТИ
Ох, блядь.
Макналти подходит к окну поверить предположение. Да.
МАКНАЛТИ
Блядство.
БУНК
Блядь.
Макналти и Бунк начинают искать пулю.
МАКНАЛТИ
Ох, блядь.
БУНК
Блядь, блядь, блядь, блядь, блядь, блядь.
На фотографиях видны осколки пластика на теле.
БУНК
Блядство.
Макналти находит выступ на дверце холодильника.
МАКНАЛТИ
Блядь.
Макналти поддевает его кусачками.
МАКНАЛТИ
Блядство.
Они находят пулю.
МАКНАЛТИ
Блядь.
БУНК
Твою ж мать.
Они проверяют траекторию выстрела, чтобы найти, куда могла отлететь гильза. Они выходят наружу. Макналти стучит по стеклу, имитируя выстрел.
МАКНАЛТИ
Пау.
Бунк примеривается, чтобы найти гильзу. Они ищут в траве. Вот она!
Предыстория: то, о чем они не говорят вслух
Помимо предоставления всем персонажам в ансамбле точки зрения, у них должна быть история. Неопытные сценаристы часто пишут сцены так, будто до этой сцены персонажей не существовало. Но нужно помнить, что у персонажей есть жизнь, предыстория, определяющая их настоящее. Они несут ее с собой везде, куда приходят. В поп-психологии это называется багажом. Иногда он полезен, а иногда просто тяготит и ограничивает. Но если у нас нет ансамбля, а есть, например, сцена с двумя персонажами, помните, что их истории может быть 20,30 лет – а может быть всего неделя.
Персонажам не нужно говорить полными предложениями. У них есть внутренние шутки и близость друг с другом, основанные на предыстории, и совершенно нормально не объяснять, что это значит. Публика поймет, что в этих шутках
