– Я понял вас, простите, мои глаза застлала пелена.
– Как велика милость Всевышнего, так и мы прощать должны. Тебе не удалось победить зло, как и спасти свою дочь…
– Ваше Святейшество, я прозрел! Эта юная дева пала во грехе, она защищала еретика! – взвыл чёрный рыцарь, продолжая елозить по полу разбитым лбом. – Увидев, чем стала моя плоть и кровь… Я от неё отрёкся!
– Знаю, именно поэтому ты сейчас здесь, а не на плахе, – морщинистые губы архиепископа растянулись в некоем подобии улыбки. – Иди же, закончи начатое! Исчадье, что ты породил, не должно больше омрачать взор Божий!
– А её презренный учитель? – Астрату, наконец, решился поднять глаза.
– Во время утренней молитвы явилось видение мне! Нет больше падшего мага, нечистый забрал его душу!
– Во славу Его! – крикнул паладин и удалился, не показывая спины.
В дальнем углу залы колыхнулись занавески и из-за них показалась рука, украшенная перстнями чудесной красоты.
– От магов – одни беды, не находишь?
– Совершенно с вами согласен! – раболепно ответил глашатай Бога, хромая в сторону собеседника.
– Волшебники должны служить империи, быть инструментом, а не вольными купцами. То, как Обозревающий Небеса ведёт дела… Это никуда не годится. Его люди, как и всё, что находится на территории Лампары, принадлежит нам.
– А территория империи – везде, где солнечный свет дарит жизнь! – подпел архиепископ.
– Я подготовил указ, позволяющий моим людям свободно проникать в любые помещения гильдии магов и обыскивать любого её члена. А если их глава посмеет противиться – отправится в яму, так же, как и прошлый лорд Запада.
– Все именно так, как вы говорите, Ваше Императорское Величество.
***
Открыв глаза, Астра увидела незнакомую комнату. Обстановка была небогата: потрескавшаяся мебель разных цветов, украшения из костей животных и людей. Напоминало лачугу престарелой ворожеи, чья слава прошла с появлением светского волшебства. Девочка хотела встать, но тело было тяжёлым, как колода.
[Доброе утро, офицер], – поприветствовал хозяйку артефакт.
[Всё… получилось?]
[Не без последствий, но да, ваш план сработал. Впредь же, прошу, избавьте меня от необходимости вас травить. Это прямое нарушение моих функций.]
[Мне нужна была эта сила…]
[Чтобы унять страх и «полюбить всё на свете», вы потребовали, чтобы я синтезировал препарат, вызывающий искусственную эйфорию. Вы находились в этом состоянии почти сутки и ваши клетки начали умирать от интоксикации. Это не сила, а бред наркомана, офицер. Будьте любезны, черпайте храбрость в другом месте.]
[Тьфу, зануда.]
[Я обязан просчитывать все варианты. А если бы Митрия не оказалась столь сердобольна?]
[Н-да, сразу видно, мужик. Она в первую очередь мать, я заметила это ещё в нашу первую встречу. Страдания ребёнка для неё невыносимы.]
[Получается, вы это нарочно?] – в голосе Эфии проклюнулись нотки удивления.
[Ага, верно. Не ожидал? Взрослые вечно притворяются, строят из себя невесть что, а на деле… Пройти мимо «умирающего котёнка» не каждый сможет.]
[Вроде маленькая, а уже такая коварная], – усмехнулся артефакт.
Рядом что-то скрипнуло и у Россы сердце в пятки ушло. Повернув голову, она увидела дракониху, лежащую на соседней кровати.
[Очнулась, наконец, овечка?]
– Угум… – тихонько ответила снедаемая страхом волшебница.
[Спокойно, офицер, госпожа-ящер не слышала нашего разговора. Я со всей ответственностью подхожу к разделению телепатических каналов.]
[Ужасная болезнь тебя настигла, недуг такой неведом мне.]
[Моя носительница обзавелась силой, которую не способна контролировать, перенапряглась.] – пояснил за Астру Эфия. Он знал – врать хозяйка не умеет.
Митрия поднялась и присела на край кровати Россы. Очарованная артефактом, она нежно провела по нему когтями. В одном лишь халате, без украшений и головного убора, дракониха выглядела женственней чем прежде. Короткие белые рожки и белая же чешуя только подчёркивали её шарм.
– Прошу, перестаньте. Меня беспокоит ваш интерес к моей персоне, – вслух произнёс артефакт.
[Знания и мудрость – мага клинок. Как не польститься.]
– Я принадлежу офицеру Россе. Иного не рассматриваю.
[Какой преданный…] – колдунья поникла.
– Вы мне поможете? Будете говорить от моего лица? – решила вмешаться в разговор волшебница.
Взглянув на девочку, Митрия ахнула. Лазурные глаза волшебницы обзавелись вертикальными зрачками, а над бровями проклюнулась чешуя. Прикусив нижнюю губу, дракониха вышла.
– Что это с ней? – спросила Астра.
Вместо ответа, Эфия развернул перед лицом хозяйки небольшое голографическое зеркало.
– Ого! Я теперь дракон?! – вертя головой из стороны в сторону, восторженно воскликнула девочка.
– Частично. Кровь драконов – особенная, об этом я уже говорил. Её можно переливать кому угодно, отторжения не будет. Их называли бы идеальными донорами, если бы не одно «но». Реципиент[2] не только «становится драконом», но и подвержен хаотичным мутациям, многие из которых летальны.
– Значит…
– Беспокойство избыточно. Раз уж мне выпала уникальная возможность сделать вас сильнее, я взял от ящеров лучшее и отсёк
