Она не могла понять, какое действие произвели на Карлтона ее слова. Его лицо было неподвижным, как маска, он с силой стиснул зубы. Он протянул Джулиан свободную руку, в то время как на другой по-прежнему цепко висела миссис Гарстон. Она взяла его руку и задержала в своей, он сжал ее пальцы так сильно, что если бы она сама с той же силой не сжимала его ладонь, то, наверное, вскрикнула бы от боли.
– Конечно, я простил вас, и я все понимаю, – ответил он.
«Это последний раз, когда я прикасаюсь к нему», – подумала она, глядя ему в глаза и видя, как ее любовь, отражаясь в них, возвращается к ней.
– Нам действительно пора ехать, – проворковала ему на ухо миссис Гарстон.
Он медленно выпустил руку Джилли, глаза его подернулись влажным блеском. Он погладил руку вдовы и, поклонившись Джулиан, повел свою невесту к выходу.
Едва не теряя сознание, Джулиан смотрела, как он уходит, и каждый из девяти членов убогой семейки, сидевшей в углу комнаты, тоже уставился на Карлтона. Рослая полногрудая женщина вдруг выдохнула его имя с неким благоговением с силой толкая своего тощего мужа локтем под ребра. Он поперхнулся своим горячим кофе, после чего проговорил: «Ей-богу, Аннабель, ты как всегда права. Это сам Карлтон».
Карлтон хотел было открыть дверь перед своей невестой, но она неожиданно распахнулась, чуть не ударив виконта, а из-за дверей послышался крик боли. Кричал мужчина. Лорд Карлтон и миссис Гарстон испуганно отскочили от двери, в которой появилась леди Редмир, тащившая за ухо капитана Бека.
– Вы испортите мне прическу, Миллисент! Прошу вас, прекратите. Кроме того, это больно!
Следом за Беком в комнату уверенно вошел лорд Редмир и попросил Карлтона уделить ему несколько минут – и миссис Гарстон тоже, если она не возражает. Выражение лица миссис Гарстон мгновенно изменилось, ее нежно-розовые щеки стали белыми, как мел. Джулиан терялась в догадках, что же затеяли ее родители, и почему ее мать так сердита на капитана Бека.
Карлтон, все так же крепко держа руку миссис Гарстон у своего локтя, вернулся в комнату и, пройдя через всю гостиную, остановился у камина.
– Мама! Папа! – воскликнула Джулиан. – Вы хотите помешать лорду Карлтону выполнить свой долг по отношению к миссис Гарстон? Что вы хотите сказать? Зачем вы здесь? И что сделал капитан Бек, что вызвал такой гнев?
– Что он сделал?! – вскричала леди Редмир. – Ты не поверишь своим ушам, Джилли! Я тоже с трудом поверила. Но ничего не поделаешь… Джек, пожалуйста, избавься от этих людей! Кто они такие?
Она указала рукой на семейку возле дверей. Все они бесцеремонно уставились на бурную сцену.
Лорд Редмир сощурил глаза и, пристально оглядев всех членов семейства, достал из кармана кошелек, прошел через всю комнату к их столу и высыпал на скатерть не менее половины его содержимого.
Когда они вышли, Редмир сказал хозяину, что гостиная нужна ему лично на несколько минут. Леди Редмир, все еще державшая Бека за ухо, приказала своему «оруженосцу»:
– Расскажите Карлтону, что вы поведали мне и Редмиру час назад! Рассказывайте сейчас же, или вам больше век не видать общества!
– Хорошо! Как вам будет угодно, только… – он взглянул на миссис Гарстон и нервно сглотнул. Джулиан заметила, что Гарстон по-прежнему очень бледна, а взгляд ее мечется от Бека к леди Редмир, а от нее – к Карлтону.
Наконец, ее глаза остановились на Беке.
– Если вы скажете хоть одно слово, Джеймс, – выдавила миссис Гарстон шипящим шепотом. – Я тогда… я…
– Что вы тогда сделаете? – спросила леди Редмир, отпуская Бека. – Знаете, что, по-моему, было бы сейчас самым лучшим? Полагаю, вы должны рассказать своему жениху все о вашей гнусной деятельности, начиная с вашей небезызвестной прошлогодней кампании.
– Это все чистейший вздор! – ответила миссис Гарстон. Отпустив руку Карлтона и повернувшись к нему лицом, она твердо заявила: – Я отказываюсь слушать все, что бы ни говорила эта семья мне или вам. Мне уже давно совершенно ясно, что они хотят лишь одного – видеть вас женатым на их дочери. В любом случае их честолюбие перевешивает все их доводы; что же касается капитана Бека и всего, что он хочет сказать, то какой разумный человек сможет поверить хоть слову в его бессмысленном лепете?
Леди Редмир открыла свою сумочку и достала из нее письмо. Она швырнула письмо на пол, и оно упало к ногам Карлтона.
Миссис Гарстон взглянула на него, и брови ее взлетели вверх от ужаса. Карлтон посмотрел на нее, затем наклонился и поднял письма.
Миссис Гарстон, как парализованная, наблюдала, как ее жених раскрывает письмо и читает его. Закончив, Карлтон повернулся, наконец, к ней; голос его звучал спокойно:
– Вы собирались расстроить их брак? Вы намеренно пытались подорвать любовь Редмира к его жене? Зачем?
– Вы… вы не должны так подло искажать смысл этого письма! Я никогда не имела подобных намерений!
Он указал пальцем на середину листа и прочел:
– «Я полагаю, что очень надежно держу его в руках, еще несколько недель – и он будет просить развода с М., который может даровать только парламент…»
– Все еще не могу поверить. Каким же я был идиотом! – воскликнул лорд Редмир.
Леди Редмир, успокоительно взяв его под руку, снова атаковала Бека:
– А кто пустил слух, Джеймс, что миссис Гарстон – любовница моего мужа? – Она с силой дернула его за ухо и пригрозила вылить ему на волосы целый кувшин воды, если он не скажет правду.
Он закричал:
– Я! Я!
– А почему вы пустили этот слух? – допрашивала леди Редмир. – Вы должны всем нам сказать, почему.
– Она заплатила мне, конечно! Почему бы еще я стал это делать?
– Кто? Кто заплатил вам?
– Шарлотта! Я больше двух лет у нее на службе.
– А как вы пытались разлучить Джилли и Карлтона? Сплетню, что миссис Гарстон – любовница Карлтона, тоже сочинили вы?
– Да! Да! Пожалуйста, отпустите меня. Вы делаете мне больно!
– Если бы вы не были таким непроходимым идиотом, Джеймс, я бы просто отлупила вас! А теперь скажите Карлтону правду: кто сказал вам, вернее, кто заплатил вам, чтобы вы распространили эту мерзкую сплетню о нем!
Бек взглянул на миссис Гарстон и сказал:
– Простите, Шарлотта, но, черт возьми, я так привязался к Милли и Джулиан. Я же с самого начала говорил вам, что вы зашли слишком далеко, и что из этого вышло? Ничего хорошего. А прошлым вечером, когда вы заставили меня толкнуть Джилли, мне хотелось заползти под какое-нибудь кресло и исчезнуть. Я не отказываюсь от денег в уплату за небольшие услуги, но вы очень злая женщина, и я больше не буду вашим другом.
– Все это просто чушь! – закричала миссис Гарстон.
Она вырвала письмо из рук Карлтона и, быстро отвернувшись, швырнула его в камин. Затем она заговорила, обращаясь к нему одному:
